Элла покинула здание! - Гринь Анна Геннадьевна - Страница 39

— Изольда! — больше не слушая профессора, негромко воскликнула я и направилась к рейяне. — Какая встреча! Вы не на работе?

— Заглянула выпить чашечку кофе, — доверительно сообщила Изольда, глядя на меня сквозь свои огромные очки. Сегодня она вновь была облачена в ярко-зеленый наряд, но уже другого оттенка, а ворот украшали не цветочки, а крупные вязаные виноградные листья.

— Профессор, позвольте вам представить мою коллегу Изольду, — сказала я Тадеушу. — Изольдочка работает в управлении машинисткой. Очень ценный сотрудник.

— Приятно, — галантно прошелестел рейян, но от целования ручек воздержался. — Очень приятно.

— А это профессор Тадеуш Каранский.

— О! — выдохнула Изольда и восхищенно воззрилась на пожилого мужчину огромными зелеными глазами. — Вы! Вы!

Она взволновалась так, что затряслись ее кудри. Пока профессор устраивался за столиком и отбивался от восторженной стенографистки, оказавшейся поклонницей артефактики, я смогла перевести дыхание и обдумать внезапное появление Каранского.

Только розововолосая дурочка могла поверить, что профессор просто прогуливался мимо. Мои волосы были ярко-розовыми, но дурочкой я себя не считала. Но зачем об этом знать Каранскому? Пусть и дальше верит, что я ничего не поняла.

Изображая юное трепетное создание, я кивала на все, что говорил профессор, даже позволила ему выбрать мне кофе, хотя не питала особой любви к обильным шапкам молочной пены над жижей с легким кофейным вкусом. Если в этом кафе и готовили что-то вкусное, то мне не повезло.

Прихлебывая из чашки и стараясь не морщиться, я следила за тем, как Изольда штурмует профессора вопросами, и радовалась тому, что экспромт с привлечением третьего человека вышел на славу. Рейян держался, улыбался и отвечал на вопросы. А я даже не пыталась вмешиваться. Зато со стороны было отлично видно, что профессор намеревался вот так же осаждать вопросами меня, рассчитывая на пустоголовость помощницы Белянского. Что ж, не в этот раз, профессор! В следующий раз я буду готова. И выясню, зачем вам потребовалось переговорить с Эллой Бонс.

— Ах, я же вам мешаю, — вспомнила Изольда, когда профессор в очередной раз бросил на меня долгий разочарованный взгляд.

— Что вы, — торопливо отозвался Каранский, хотя ему явно хотелось кивнуть и выставить стенографистку не только из-за столика, но и из кафе. Но это мы к ней подсели, а я не делала попыток вмешиваться, изображая постороннюю.

— Вы ведь хотели о чем-то поговорить с Эллой, — вздохнула рейяна.

— О, мы с профессором просто случайно встретились и зашли выпить чашку кофе, — отмахнулась я. — Ведь так, профессор? Вы же не искали встречи со мной, да?

— Нет, нет, конечно нет, — вынужденно подтвердил мои слова Каранский.

Я улыбнулась и вернулась к своей чашке.

— Ох, мне на самом деле пора, — встрепенулся рейян. — Особых дел у меня нет, но я хотел успеть в несколько мест до возвращения домой. Так что, с вашего позволения, я пойду.

— Как жаль, — искренне расстроилась Изольда. — Я еще так о многом хотела вас спросить.

— Как-нибудь в следующий раз, — вежливо ответил профессор. — И с вами, Эллочка, мы же еще встретимся?

— Конечно, профессор.

— Я расплачусь по счету, — добавил Тадеуш Каранский, вынимая из внутреннего кармана портмоне.

— Не стоит! — воскликнула Изольда и покраснела.

— Пустяки, — улыбнулся профессор и отошел к стойке.

— Спасибо, — улыбнулась я Изольде, как только Каранский вышел из кафе. — Вы мне очень помогли.

— Ой, чем же? — удивилась стенографистка и захлопала ресницами.

— Не важно, — снова улыбнулась я. — Все вышло лучше, чем могло бы быть.

— Ну ладно, — кивнула Изольда, ничего не понимая.

Я еще минуту посидела с ней, а после решительно покинула кафе, собираясь отправиться к Баржеку не заходя домой. Что-то подсказывало, что я уже потеряла драгоценное время.

ГЛАВА 17

Дом рейяна Любиуса располагался в довольно престижном, но очень малолюдном районе города, из тех, что лишь в последние годы обрели популярность среди новой волны зажиточных семей, потянувшихся в столицу. На уютных бульварах, вдоль которых высились старинные особняки, им мест не осталось, и люди постепенно обжили кварталы, где прежде селились богатые ремесленники.

В нынешнем веке хотя бы раз в месяц в каждой газете выходила статья о том, как стирается грань между бедными и богатыми в нынешнем обществе, но на деле все обстояло не столь радужно.

Расплатившись с водителем наемного самохода, я вышла на узкий тротуар перед рядом серых непримечательных домов. Не было здесь ни колонн, ни лепнины, лишь массивный и чуть грубоватый камень. Да и сама улочка смотрелась довольно аскетично — вдоль домов тянулся лишь ряд фонарей. Ни тебе маленьких подстриженных деревьев, ни живой изгороди. Сразу видно, что прежние и нынешние жильцы не гонятся за тем, чтобы каждому показать свой достаток.

Вздохнув и зажав ридикюль под мышкой, я решительно направилась к нужному дому.

— Здравствуйте, — пробормотала я перед дверью, подбирая наилучшую манеру поведения для встречи с Любиусом Баржеком. — Здравствуйте!

Нужно начать так, чтобы рейян не подумал, что я действую без разрешения начальства. Не хочется в глазах свидетеля выглядеть самонадеянной пигалицей, всего без году неделя работающей в управлении.

— Фух, прорвемся! — выдохнула я и постучала в дверь. А дверь с тихим скрипом подалась, открываясь внутрь…

Замерев, я уставилась в возникшую узкую щель. Нервно сглотнула и отступила.

— Так, спокойно, — едва слышно велела я себе. — Это может быть просто оплошностью хозяина, да?

Интуиция утверждала, что люди в очень редких случаях забывают закрывать двери в свои жилища.

— Значит, действуем согласно инструкции, — пробормотала я, отступая и медленно спускаясь по лестнице.

Решение мгновенно придало мне уверенности, так что на тротуар я спустилась собранной и готовой к действию помощницей старшего следователя, а не перепуганной двадцатилетней девицей, которая на секунду дала страху одержать верх. Увереннее перехватив сумочку, я осмотрелась, нашла взглядом будку с таксофоном и решительно направилась к ней. Открыв дверцу, я шагнула внутрь и, став так, чтобы видеть дверь в дом Баржека, набрала короткий номер управления.

— Помощник следователя Центрального управления магконтроля Бонс, — отчеканила я в трубку, как только мне ответили. — Код… предположительно синий, адрес…

Продиктовав адрес и убедившись, что на том конце провода все поняли верно, я села на лавочку и стала ждать. Наверное, стоило войти и удостовериться в своих догадках, ведь иначе я выставлю себя дурой перед коллегами, если окажется, что Баржек просто забыл запереть дверь или на минутку вышел из дому к соседям за солью.

— Ничего, — прошептала я. — Это не так страшно. Хуже, если Баржек мертв, а я могу нарваться на убийцу.

Черные самоходы управления подкатили через десять минут. Люди глянули на меня и направились к дому. По тому, что они не вышли из здания через несколько секунд, я сделала вывод, что не ошиблась. Вздохнув, поднялась и направилась к коллегам.

— Труп, — сообщил мне кто-то из младших служак. — Свеженький. Эк вас, рейночка, угораздило.

Да уж, угораздило…

— Эй, а Белянского вызвали? — спросил кто-то из спецов.

— Он не отвечает, — ответил ему другой. — Дубинскому звонить или Хормунту?

— А где Белянский?

— Да вроде с Хартом к кому-то из бывших следователей укатил. К тому…

— Хракс! — выдал один из водителей. — Знаю я, к кому он поехал. К тому! К тому самому! Вряд ли сегодня от Белянского будет толк.

— Вызывайте Белянского, — решил все тот же жандарм управления. — От Дубинского здесь толку нет. — Он глянул на часы. — Времени немного прошло, Белянский у нас крепкий.

Я посматривала на мужчин и чувствовала, как мои брови задираются все выше и выше.

— Вы как, рейночка? — спросил вышедший из здания жандарм со знакомым лицом, но я не сразу вспомнила, где его видела. — Бледненькая. Вам бы присесть.