Записки странствующей травницы (СИ) - Головач Дарья - Страница 48

Старыч! Что ж за бред в голову лезет, когда надо выглядеть максимально серьезной? Впрочем, судя по оторопевшим стражникам у входа, маленький выпад все же возымел должный эффект, да и крюк, кажется, все-таки упал в петлю.

— Не дай Совенна, сунетесь за мной! — Рыкнула и бегом направилась к своим покоям с радостью отмечая, что служивые столбами остались стоять посреди коридора. Так, теперь у меня есть минут десять для того, чтобы переодеться, взять вещи и спуститься на подземный этаж к тайному входу, минуя все патрули. Хотя… пока охранники придут в себя, решат поскрестись в закрытую дверь, выломают ее, найдут мага без сознания может и все двадцать минут пройдут.

До своих комнат я пробежала никого не встретив, что можно было считать неслыханной удачей. Патрули по этому этажу ходили каждые четыре минуты, если, конечно, за шесть лет ничего не поменялось. Или я бежала очень быстро, или попала в пересменку. Рывком скинув платье, расстегивать которое начала еще в коридоре, я вытащила приготовленную сумку из-под кровати, натянула штаны, грубую, но теплую тунику, куртку и уже стоя у двери начала завязываться-заправляться, чутко прислушиваясь к творившемуся в коридоре. Слаженный строевой шаг, выдававший патруль шагов за двадцать, послышался как раз тогда, когда я принялась скручивать волосы в привычный узел. Дождавшись, пока стражники завернут за угол, выскочила наружу, оглянулась и поспешила к черновой лестнице, которой предпочитали пользоваться слуги. Время сейчас ночное — есть реальный шанс, что я никого на ней не встречу.

Следующий патруль пришлось переждать за портьерой в нише, находившейся всего в пяти шагах от заветной двери. И здесь мне тоже повезло. Мужчины легкое шевеление ткани то ли не заметили, то ли списали на гуляющие в изобилии по коридорам сквозняки. По лестнице вниз я не просто спускалась, а летела, перепрыгивая по две-три ступеньки за раз. И только оказавшись в подвальных помещениях остановилась и перевела дух. Естественно, Морен знал расположение всех замковых тайных ходов, наверняка он и сюда послал несколько патрулей. Чтобы не столкнуться с одним из них нос к носу — ниш в подвалах-то не предусмотрено — придется переждать несколько минут в этом винном отсеке. Пришлось простоять не меньше семи минут за огромной бочкой, терпко пахнувшей забродившим виноградом, пока в проеме не показался одинокий стражник, несколько раз махнувший факелом из стороны в сторону. Вверх он подниматься не стал, видимо, патрулируемая территория этого бойца ограничивалась только нижним этажом или выходила на улице — был сюда еще один вход снаружи. Ладно, значит будем осторожно двигаться за ним.

Стараясь держаться шагах в десяти от круга света, я кралась сзади ничего не подозревающего мужчины, беспечно насвистывающего какую-то песенку. Так, тайный проход будет шагах в двадцати за этим поворотом. Прижавшись к стене затем, чтобы стражник не отметил ничего подозрительного боковым зрением, я резво подбежала к углу и, высунувшись всего на полпяди, прицелилась, создавая магический светляк у головки факела всего на долю секунды. Должный эффект это возымело. Стражник отшатнулся от, как ему показалось, резко вспыхнувшего пламени, убедился, что со светилом все в порядке, чертыхнулся и продолжил путь к виднеющейся в конце коридора фигуре.

— Что, сквозняки? — Донесся до моих ушей понимающий голос.

— Так точно, граф Сорно! — Отрапортовал стражник.

— Рядовой, сколько ты уже тут ходишь?

— Третий час.

— А сменный патруль где?

— Так вы ж его сами наверх отправили, а то людей не хватало.

— А, точно. Запамятовал. — Последовала короткая пауза. — Знаешь что, иди двадцать минут отдохни, а потом здесь чтоб как штык был, подменишь меня. Проверю, как там наверху дела. Понял?

— Так точно, граф Сорно!

Явно повеселевший стражник уже значительно бодрым шагом отправился наверх. Как только его шаги стихли, я, не скрываясь, высунулась из-за поворота и быстрым шагом направилась к мужчине, заключившем меня в крепкие объятия.

— Дядя Мьер!

— София, деточка. Что за блажь тебе опять в голову стукнула? — Внимательные серо-зеленые глаза оглядели меня с ног до головы и неодобрительно сузились.

— Вы же все прекрасно понимаете…

Сорно вздохнул.

— Я дал клятвенное обещание твоему брату во всем помогать тебе, но видит Совенна, насколько это идет вразрез с моими личными желаниями сейчас. Морен не причинит тебе вреда… Он бывает грубым, несдержанным, может где-то жестоким, но все это во благо герцогства.

— И даже смерть прямого наследника?

— У тебя нет доказательств… — Тихо промолвил граф. — Да и по прошествии такого времени вряд ли когда-нибудь появятся. Не лучше ли забыть это все, принять новую жизнь и выполнять свою роль герцогини?

— Это и есть моя роль герцогини. — Грустно улыбнулась я в ответ. — Я доберусь до правды, чего бы это мне ни стоило.

Дядя Мьер лишь неопределенно покачал головой и взял протянутый мной мешочек.

— Может, давайте я сама?

— Чтобы я свои старые кости совсем отморозил? Нет уж, вдохну, когда услышу приближение того шалопая. Кстати, а что с капитаном?! Он же клятвенно обещал Морену…

— У него не получилось сдержать обещание. — Перебила дядю я. — К слову, проснется он совсем скоро. Пожалуй, я пойду.

— Береги тебя Совенна, деточка.

Мьер поцеловал меня в лоб на прощание, нажал на замаскированный в стене рычаг и отступил от открывшегося черного лаза.

— До свидания, дядя. Я обязательно вернусь.

Каменная плита со скрипом встала на место, как только я вошла в тайный тоннель. Что ж, похоже, из замка я все же выбралась. Длинный тайный ход заканчивался в пределах города, а именно — в подвале маленькой лавчонки, торгующей глиняной посудой. Хозяин, судя по всему, был предупрежден о моем прибытии, так как и самострел, и капкан — обычные меры пресечения воровства — были разряжены. Выскочив на улицу, я быстро взглянула по сторонам и, сориентировавшись, направилась в сторону «Зеленого гая». Овечку, как и лошадей отряда Вернара, забрать за эти несколько дней так никто и не удосужился. Капитан, полагаю, просто про это забыл, ну а я теперь решила воспользоваться прекрасной возможностью еще немного замести следы.

Расплатившись с корчмарем, я вскочила на кобылку, аж притоптывающую от нетерпения. Застоялась, бедная. Ну ничего, сейчас мы это с лихвой компенсируем. Выехав за городские ворота, пустила лошадь тяжелым галопом, подсвечивая дорогу ярким светляком. С таким расходом магической энергии, конечно, долго я не протяну, да мне в принципе и не надо. Главное — доехать до небольшого лесочка, облюбованного местной знатью для конных прогулок. В свое время и я там частенько каталась. Овечка дорогу хорошо знает, чем я и собиралась воспользоваться.

До опушки добрались неожиданно быстро. Сбросив на землю сумки, я погладила лошадь по морде и обняла на прощание.

— Прости, милая, но бежать с тобой снова — слишком большая роскошь. Не беспокойся. Совесть не даст Вернару оставить тебя просто так, а то, что он тебя найдет, я не сомневаюсь.

Когда медная пластинка, она же следящий артефакт была надежно зафиксирована в крыле седла, я отошла на несколько шагов назад и кинула прямо под ноги Овечке хлопушку. Испуганная лошадь заржала, взвилась на дыбы, а затем понеслась дальше по дороге прямо в лес. Оглянувшись напоследок на огни ночного города, я тоже вошла под сень деревьев, но сразу же свернула на узенькую тропку, ведущую напрямик к мельнице, где хозяйничал один из сыновей дяди Мьерна. На пару дней укрытие мне будет, а как только в округе перестанут рыскать поисковые отряды — придется снова пускаться в путь. Ну что ж, я снова одна, снова с прежней целью. Словно и не было тех шести лет… Судьба, все-таки, вредная шутница.

Глава 9

Сиргай проснулся в углу дощатого барака от холода, сковавшего конечности ледяными путами. Не вставая, кое-как растер затекшие руки, стараясь не шевелиться и не выпустить этим скудные крохи тепла, скопившиеся под поношенным овечьим тулупом. Он и еще примерно два десятка мужиков ютились в хлипком помещении, держащимся на честном слове и при каждом порыве ветра истошно скрипящем, словно побитая собака. Сейчас, когда холода, хоть и ненамного, но спали, переносить ненастные ночи казалось легче. Еще пару недель назад в это время бы уже ходили часовые, тыкая в пленников заостренными палицами. Кто не откликнулся — под рученьки и в костер. Мертвечины вояки у себя не терпели.