Тень (ЛП) - Андрижески Дж. С. - Страница 97

Ревик покачал головой, громко щёлкнув языком.

— Я не пытался сделать ей больно, — сказал он, хмурясь. — Просто у неё есть особенность: ей нужно слышать всё в грубой форме, иначе она склонна это игнорировать. Я пытался быть с ней деликатным. Это не работает. Её нужно шарахнуть со всей дури, иначе такое чувство, будто я вовсе ничего не говорил.

— Серьёзно? — спросил Джон. — Ты будешь втирать это? Мне? То есть, ты хочешь сказать, что она немного тупоголовая? Немножко туго соображает? — когда видящий не посмотрел на него, в голосе Джона зазвучала настоящая злость. — Я не она, Ревик. Ты не можешь впарить мне дерьмо в духе «Элли дура» и ожидать, что я в это поверю. Я вырос вместе с ней, помнишь? Чёрт, да я думаю, что она наверняка умнее тебя. Во всём, что не касается тебя, само собой.

— Джон, — произнёс он, поднимая взгляд. — Я не обязан объясняться перед тобой.

— Конечно. Ладно, — сказал Джон, всё ещё подавляя злость. — Так что насчёт связи, мужик? Что насчёт того факта, что вы двое буквально не можете разделить свой свет, иначе вы умрёте? Что ты планируешь сделать с этим? Или ты думаешь, что если будешь вести себя как настоящий засранец, то это тоже само собой уйдёт?

Ревик нахмурился. Он зажал пальцы между коленями, цепочка и кольцо всё ещё болтались между ними. Он безо всякого выражения сосредоточился на кольце.

— Я не знаю, — сказал он.

— Ты не знаешь.

— Нет, Джон, я не знаю. Но мы что-нибудь придумаем. Ты её слышал. Мы можем закрываться щитами. Мы можем найти какой-то способ…

— Щитами? — с неверием переспросил Джон. — Ты просто будешь закрывать щитами свой свет, когда опять начнёшь покупать секс… или продавать, или чем ты там занимаешься? Ты же не серьёзно, мужик.

— Чего, бл*дь, ты от меня хочешь?

Когда Ревик поднял взгляд, Джон растерял все слова, в неверии уставившись на другого мужчину. Он уставился на слезы в его глазах, затерявшись в выражении лица видящего.

Прежде чем он успел заговорить, Ревик отвернулся и вытер лицо, затем стиснул свои волосы в ладони. Несколько долгих секунд Джон не шевелился, наблюдая, как видящий сидит там с согнутыми коленями, запустив руки в волосы и прерывисто дыша. Он снова вытер глаза.

— Бл*дь, я изнасиловал её, Джон.

Джон нахмурился.

— Я знаю, приятель. Я видел.

Ревик вздрогнул, сильнее стиснув свои волосы.

— Тогда чего ты от меня хочешь? — спросил он. — Почему ты не оставишь меня в покое?

— Потому что дело не в этом, дружище, — сказал Джон.

— Это что ещё значит?

— Ты сделал это не ради неё. Ты злишься на неё. Почему?

Несколько долгих секунд видящий не шевелился. Он сидел и расфокусированным взглядом смотрел на тёмно-зелёную комнату. Джон наблюдал, как слезы всё ещё катились по его лицу, но его глаза вновь озлобились, и чем дольше смотрел Джон, тем темнее становилась эта злоба. Ревик вытер щеку ладонью, и его взгляд ожесточился ещё сильнее.

— Она никогда не простит меня, Джон.

— Теперь может и не простить, — ровно произнёс он.

Ревик поднял взгляд, и в его глазах полыхнула ярость.

— Ты не знаешь, как она смотрела на меня, — сказал он. — Каждый раз, Джон. Каждый бл*дский раз. После каждой сессии. Я видел это на её лице. Не просто из-за людей, которых я убил. Из-за всех, с кем я спал, что я делал с видящими в моем отряде. Что я делал с теми человеческими видящими в городе.

— Ревик, чувак, — Джон вздохнул. — Чего ты ожидал?

— Я ничего не ожидаю! Но мне не нужно это дерьмо, Джон. Плохо уже то, что она всё это видит. Плохо уже то, что мне самому приходится это вспоминать. Я не буду объяснять это ей до конца своей жизни. Я не буду это делать! Не буду!

Джон просто смотрел на него с лёгким изумлением.

— Серьёзно, мужик? Это жалко.

— Она никогда не забудет, — сказал Ревик, снова вытирая лицо. — Она будет смотреть на меня и думать, что я убийца, трахатель шлюх, мелкий мудак-заморыш, каким я был в детстве. Она никогда не будет видеть меня прежним, Джон. Никогда. И я никогда не буду прав. Только не тогда, когда она рядом и напоминает мне, кем я был, всякий раз, когда я что-то делаю, чёрт подери.

Когда видящий зло отвернулся, Джон вздохнул.

— Иисусе, дружище. Ты должен дать ей время справиться с этим. Ты должен и себе тоже дать время. И ты ошибаешься на её счёт. Её беспокоит не это. Она вымоталась, Ревик. И она беспокоится о тебе… и о Касс… и о миллионе других вещей. Она изо всех сил старается быть стойким оловянным солдатиком, не расклеиться.

Подумав над своими словами, Джон нахмурился.

— Слушай. Она надломилась, ладно? Ты поэтому злишься? Потому что она сорвалась раньше тебя?

Ревик издал резкий смешок, опять запустив пальцы в волосы.

Воцарилось очередное молчание.

В это время Джон осознал, что смотрит на видящего другими глазами. Что-то встало на место, и он осознал, что испускает какой-то понимающий вздох.

— И тем не менее, это ещё не всё, — сказал он. — Давай. Покончим с этим.

Видящий покачал головой, уставившись в пол. Его рука дрожала, когда он вытер лицо костяшками пальцев, проведя ими по щекам.

— Я не злюсь на неё, — сказал он.

Джон тихо присвистнул.

— Нет. Злишься. И не по тем причинам, которые ты только что назвал. Скажи мне. Серьёзно. Я не уйду, пока ты не расскажешь.

Ревик раздражённо щёлкнул языком.

— Ты выдумываешь, Джон.

— Я так не считаю. Ну же. В чём на самом деле проблема?

Ревик покачал головой, не отвечая.

Джон ждал, всматриваясь в угловатое лицо, наблюдая, как мысли кружат в этих прозрачных глазах, пока Ревик хмуро смотрел на собственные ноги. После небольшой паузы видящий покачал головой. Из его горла вырвался сиплый смешок. Он стиснул волосы и щёлкнул языком себе под нос.

— Это неважно. В этом нет ни капли смысла. Это не по-настоящему, Джон.

— Что именно?

— Я же сказал тебе, это…

— …Неважно. Я знаю, — сказал Джон. — Так почему бы просто не сказать мне?

— Нечего говорить.

— Ревик, Иисусе. Ты обвиняешь её в ребяческом поведении…

— Бл*дь, она бросила меня здесь! — прорычал Ревик.

Джон вздрогнул. Он уставился на лицо Ревика, наблюдая, как видящий тяжело задышал, сверля его гневным взглядом. Злость на его лице лишь усилилась, он уже едва выдавливал стеснённые вздохи. В прозрачных глазах мелькали искры света, заставлявшие Джона нервничать. Видящий раскраснелся, впиваясь длинными пальцами в свои бёдра.

— Просто забудь, ладно! — сказал он.

Джон сглотнул, но стоял на своём, скрестив руки на груди.

— Что ты имеешь в виду? Когда она тебя бросила?

— Забудь, Джон!

— Нет, я не отстану. Когда она тебя бросила? Поскольку всё то время, что я тебя знаю, это ты её отталкивал…

— Бл*дь, да оставь ты это в покое, Джон!

Когда Джон лишь продолжил смотреть на него со скрещёнными руками, видящий сердито сверлил его взглядом блестящих глаз, но в этот раз они блестели уже от слез. Злость ожесточила его губы, и он показал жест одной рукой, вытирая глаза и рыча следующие слова.

— Годы, — произнёс он. — Годы, бл*дь, Джон. Ты понимаешь? Она оставила меня гнить. Она оставила меня с ними. На годы. И теперь она будет осуждать меня за то, кем я стал? Она бросает меня… — он вновь показал жест, насупившись. — …Здесь. И она будет осуждать меня? — он вытер лицо другой рукой. — За то, что я отрёкся от неё, от этой дерьмовой истории… это единственное, что помогло. Мне стало лучше после этого, Джон. Мне стало лучше.

— Ревик, — Джон растерянно уставился на него. — Что, дружище? О чём ты говоришь?

— Я не обязан выслушивать всё это дерьмо. Ни от неё. Ни от кого-то другого, кому никогда не приходилось иметь дело ни с чем… кто так и не утрудился показаться, просто быть здесь, хотя бы помочь мне с этим. Она может просто возвращаться к своим бл*дским богам и её золотистому чёртову океану света, или куда ей, бл*дь, захочется. Я ей не нужен. Я никогда не был ей нужен. А когда она была нужна мне, её рядом не было.