Когда вдруг решил... что уже... поздно (СИ) - Флёри Юлия - Страница 38

— Альбина Чауда. Ты спал с ней. А теперь она исчезла.

— Интересно даже, откуда такая информация. И пистолет… Ты где его взяла, крошка? Трахаешься так себе, из чего делаю вывод, что насосала. Верно? — Унизительно хмыкнул, а я нервно сглотнула, всего на мгновение прикрывая глаза в знаке усталости.

— Просто скажи, где она, и я уйду. — Пообещала, но Литнер не проникся. Неспешно к бару подошёл и распаковал бутылку «Джина». Сделал два глотка из горлышка, губы обтёр тыльной стороной ладони.

— Очень жаль тебя разочаровывать, но ничем не могу помочь. Ты зря потратила восемь дней своей жизни, малыш. — Внушительно в глаза посмотрел. — И ошиблась. — Добить попытался, но я устояла. Давая понять о серьёзности намерений, сняла пистолет с предохранителя.

— Или ты говоришь, где она, или я выстрелю.

— А о том, что мёртвый я больше не скажу уж точно… как? Подумала… нет?

— Где Альбина?

— Я не знаю, о ком ты. — Категорично качнул он головой, а у меня сдали нервы.

— Раз… — Задержала дыхание. — Два. — Закусила нижнюю губу, в отчаянии понимая, что Литнер молчит. — Три. — Прошептала едва не плача, но не могла уйти! Я уйти не могла! Нужно идти до конца! Об этом и отец, и Строговцев твердили в один голос и я выстрелила! Не в него, конечно… в бутылку, которую только что поставил в бар.

Не ожидая ударной силы, растерялась, выстрела и оглушительного звука испугавшись. Всего на миг внимание рассеялось, а уже в следующий я почувствовала боль. В голове будто что-то лопнуло, разорвалось от сильного удара в лицо. Это я понять успела… И то, как Литнер для удара замахнулся, видела. Как в замедленной съёмке, к слову. Что, правда, не спасло, и увернуться от кулака я не успела. А дальше оставалась только темнота, пустота.

Боль вернулась, когда я пришла в себя. Лицо горело, противный запах крови ударил в нос, заставляя поморщиться и тут же взвыть от очередной болевой вспышки. В номере я была одна. Пятница тринадцатого чиста помахала мне ручкой в момент, когда я на ноги встала. И ясность мышления вернулась, и чёткость сознания. Изначально провальный и до нелепости глупый план заставил досадно взмахнуть руками, рассмеяться в голос. Оценить свой поступок вернувшимся разумом я не пожелала. Теперь точно знала, что обращусь к отцу вопреки любым его доводам, возможным насмешкам, строгим выговорам. А ещё знала, что нужно уходить. Что и сделала, завернувшись в широкий банный халат с эмблемой отеля. В полотенце замотала остатки льда, приложила к переносице, скрывая пока ещё не окончательно расползшийся синяк.

— Вызовите мне такси. — Устало вздохнула, а на вопросительный взгляд молодого мужчины, бросила на стойку администратора десятку, расплачиваясь за халат, за неудобство, за скорость. А за молчание накинула ещё пять тысяч.

Уже дома, наглухо закрывшись на все замки, занавесив плотные шторы, выла и кричала, рыдала, молотила отцовскую боксёрскую грушу. И только тогда, измученная, уставшая, уснула в гостиной на ковре. Как упала, пытаясь отдышаться, так и отключилась. Проснулась с адской головной болью, с ритмичной пульсацией в висках. Кости ломило, мышцы ныли, кожу саднило. Но внутренний стержень, тот самый, что куда-то пропал в пятницу тринадцатого и вернулся будто из ниоткуда вчера, отступить не позволил.

В клубе я направилась прямиком к бару, наплевав на всё понимающую улыбку бармена, натирающего бокалы. Выложила фото Альки на стойке и глянула на него вопросительно.

— Видел её здесь?

— А вы похожи. — Единственное, что ответил парень, с сомнением кивнул. — Но этой не было. Я бы запомнил.

— Мужика с которым я вчера ушла помнишь? Она с ним должна была появляться.

— А ты вчера была в ударе. — Усмехнулся он. — Студентка? Не хочешь подработать? У нас хорошо платят и не приветствуется тесная связь с клиентом.

— Ты на вопрос не ответил.

— Ответил, только ты услышать его не пожелала. Её здесь не было. Точка. Ни с ним, ни без него. — Литнера упоминая, парень категорично кивнул.

— Ты уверен? Но ведь не каждую ночь здесь. Она могла прийти в другой раз… Нет?

— Денис, Антоновича позови? — Крикнул бармен охране и парень скрылся за стеклянной дверью. — Понятно же, что яркая девчонка. — Кивнул он на фотографию. — Такую не потеряешь. Всегда из толпы выделится. Вот, кстати, — туфельки на барную стойку выставил. — Ты вчера обронила, Золушка. — Усмехнулся, когда я презрительно фыркнула.

— Что случилось? — Приблизился мужик в возрасте, глянул на меня, улыбнулся.

— Антоныч, глянь на фото, девочка свою подругу потеряла. Она с Константином Сергеевичем могла быть. Не видел?

— Нет. Хотя такую бы точно запомнил. Он чаще в компании друзей приходит, иногда один. — Бросил мужчина на меня странный взгляд. — И вчерашних выходок себе обычно не позволяет. — Демонстративно фото от себя отодвинул.

— Спасибо. — Растерянно пробормотала я и в сторону выхода двинулась.

— Эй, Золушка, а туфельки?

— Спасибо. — Нахмурившись, кивнула, и на улицу едва не бегом бросилась.

Забрав машину со стоянки, в офис к отцу направилась. Там его и дождалась. Войдя в кабинет, он долго смотрел на меня нечитаемым взглядом. Характерное потемнение под глазами вопреки ожиданиям, не заставило его мстительно прищуриться, выдавая фразу вроде: «а я тебе говорил…».

— Что с лицом? — Хорошо обдумав с чего начать, присел он за рабочий стол.

— Неуёмная тяга к приключениям, ты же знаешь. — Отмахнулась я, решая на этом внимания не заострять. — Альбина пропала. Нужно найти. Поможешь?

— Что на этот раз?

— Даже не буду тратить твоё время, пытаясь передать суть её выходки.

— А я вижу, уроки жизни всё же идут тебе на пользу. Скажи мне только, ты никуда не вляпалась?

— Мне предложили работать на подтанцовке в одном из лучших столичных клубов, но я отказалась. А так… Нет. Никуда.

— В любом случае, если ситуация выйдет из-под контроля…

— Я обязательно тебе сообщу. Главное, чтобы к тому моменту ты захотел меня выслушать. — Укорила, на что отец развёл руками.

— Некоторые позиции нельзя объяснить на пальцах. Их нужно прочувствовать.

— Спасибо, урок усвоила. Больше туда, где решить что-то мне не под силу, не полезу. И, давай уже… поднимай свои связи. — Нетерпеливо рукой взмахнула, заставляя отца довольно улыбнуться.

О том, что Алька укатила на Кипр с одним из своих ухажёров, мы знали ровно через час. И запись с камер видеонаблюдения аэропорта на почту пришла, и распечатка купленных билетов. И о том, что прилетала она через два дня, я теперь знала. Грустно улыбнулась, устраивая голову на отцовском плече, тягостно вздохнула, лишь примерно представляя, каких дел могла наворотить. А ещё предстояло поговорить с Андреем. Вот только что сказать, я не знала, а, главное, не была уверена, стоит ли…

— Ох, что с тобой? — Ахнула Алька, когда я встретила её в аэропорту. Лицо моё обеими руками обхватила, к свету выворачивая, ладонь к груди приложила и в панике закусила губу. — Вот это ты даёшь! С головой вообще дружишь? — С сомнением в глаза заглянула, на что я неодобрительно покачала головой.

— Не поверишь, думала, увижу тебя — придушу. А сейчас просто рада, что всё закончилось. Откуда в твоей голове берётся весь этот бред, а? — Проговорила без должной претензии, а она улыбнулась, неловко пожимая плечами.

— И сама не знаю. Ты выглядела такой несчастной… А я как только сказала, что тебя встряхнуть нужно, так меня и понесло. Ты же знаешь, умение вовремя остановиться у меня пока не выработалось. Но я перевоспитываюсь. Честно. Вот, смотрю сейчас на твоё лицо и прямо чувствую, как внутри что-то происходит.

— Это совесть, Альбина. Это просыпается твоя совесть. А благоразумия как не было, так и нет. — Осуждающе буркнула я, ладони её от своего лица убрала, махнула рукой в сторону местного кафетерия, а она с одобрением кивнула.

— Ты у врача была? Нос не сломан? И что, вообще, произошло, кто тебя так приложил?

— Литнер. — Пожала я плечами, искренне недоумевая подобному вопросу.