Невеста повелителя моря - Головина Оксана Сергеевна - Страница 20

— Замечательно, — медленно проговорил Эйден, обходя девушку кругом.

Явно задумал что-то недоброе. Бринн насторожилась, ожидая очередного подвоха. Но Даррелл указал ей на одно из кресел, поставленных полукругом перед огромным камином. Ведьма вымучила улыбку и присела, продолжая наблюдать за действиями хозяина дома. Эйден сел напротив и принялся наполнять бокалы золотистым вином.

— Попробуй, а если оно покажется тебе суховатым, мы заменим, — предложил молодой человек и поставил высокий бокал на столик рядом с гостьей.

— Мне без разницы, — отозвалась Бринн, принимая предложенный бокал.

Пить? Это на пустой желудок? Она сощурилась, глядя на Даррелла через сверкающий напиток.

— Без разницы? Это неправильно, Бринн, — покачал головой Эйден и продолжил: — Всегда должно быть предпочтение. Как это вино, на твой вкус?

Бринн сделала глоток, опуская ресницы и смущаясь под взглядом собеседника. Горло, как она ожидала, не обожгло. Напиток оказался прохладным, с немного необычным вкусом. Что она должна сделать? Похвалить, чтобы задобрить его? Или заявить, что это кислая гадость? Она не была специалистом в подобных вещах, обожала абрикосовый сок и могла пить его бесконечно.

— Неплохо… — едва улыбнулась девушка.

Голова закружилась, и гостья испугалась, решив, что Даррелл сочтет ее какой-нибудь пьяницей. Молодой человек едва улыбнулся. Он наблюдал за меняющимся выражением ее лица с такой проницательностью, что Бринн стало казаться, будто видел насквозь. Стоп. Пьяницей… Пьяницей! Точно! Ведьма звонко поставила бокал на столик, откинулась в кресле, положила ногу на ногу и заявила:

— Как-то душно сегодня.

Эйден кинул взгляд на одно из окон гостиной и неспешно поднялся, намереваясь приоткрыть его. «Вы только гляньте, какой галантный», — пронеслось в захмелевшей голове Бринн. Хозяин дома притормозил на мгновение, но потом все же продолжил идти.

Но она не должна терять время зря. Ведьма отпрянула от спинки кресла, склоняясь над столиком, на котором красовалось несколько разноцветных бутылок с вином. Она помнила, что двоюродный дядя Торин, когда выпивал больше нужного, всегда становился добрым и сентиментальным, а потом быстро засыпал.

Значит, если Эйден хлебнет лишнего, то обязательно опьянеет, заснет, и не будет этого ужасного допроса. Ей просто необходимо взять паузу, чтобы придумать, как поступить дальше. Как бы ни хотела бежать прочь из этого дома, но очутиться ночью на улице, без телефона и денег, было еще страшнее. А унижаться и просить помощи она просто не могла. Да и не имела права после всего произошедшего. Она не имела права просить Эйдена Даррелла ни о чем. Как же неловко…

Бринн подняла ладонь над столиком и прошептала заклинание. Эйден, к ее облегчению, задержался у окна, сложил руки на груди, отчего ткань его пиджака натянулась на спине, а затем прерывисто выдохнул. Все еще зол на нее? Бринн поджала губы. Наверняка так и есть. А едва Эйден повернулся, как золотистый знак растаял в воздухе, рассыпаясь над бутылками. Ну да ладно, будет знать, как несчастных ведьм пугать. Гостья сдержала улыбку, довольная тем, что успела сотворить свою магию. Глядя на ее внезапное хорошее настроение, Даррелл присел обратно в кресло.

— Скоро будет готов ужин. Ада сообщит об этом. — Молодой человек потянулся к бокалам, снова наполняя их.

Давай-давай. Губы Бринн тронула улыбка. Теперь ты будешь пить до тех пор, пока последняя капля вина не выльется из этих бутылок… И только отпивая из предложенного бокала холодный напиток, ведьма осознала свою ошибку.

ГЛАВА 18

Спустя полчаса…

— Представляешь, я лежала посреди дороги. Просто посреди дороги… вот так… и понимаю, что ничего не понимаю! — рассмеялась девушка, в избытке чувств ударяя ладонями по столику и едва не переворачивая пустые бутылки.

Те зазвенели, и гостиную наполнил ее веселый смех.

— Подумать только, — медленно протянул Эйден, сложил руки на груди и посмотрел на свою вконец опьяневшую гостью.

— Но я не специально, все произошло само собой, — принялась жарко жестикулировать Бринн. — Оп — и я тут! Ты понимаешь?

Она подалась вперед, заглядывая в лицо хозяина дома, но перед глазами все плыло.

— Ты ж меня как человек, хоть и жалкий смертный, понимаешь, горю… говорю… — заплетался ее язык.

— Понимаю, — нахмурил брови Даррелл. — Так какой там смертный?

— Что? — Глаза Бринн взволнованно распахнулись, искрясь аквамаринами. — Где смертный?

— Боже… — пробормотал Эйден.

— Ты, видимо, совсем не соображаешь. Не понимаю тебя! — отмахнулась от него Бринн. — А почему расстроенный такой? Мм?

— Ты всему виной, Бринн, — с укором проговорил Даррелл.

— Да ну? — Бринн вновь подалась вперед, щурясь и вглядываясь в лицо молодого человека. Затем даже провела по нему ладонями. — Я?

Эйден тяжело вздохнул, старательно игнорируя неловкую ласку пьяной гостьи, и отодвинул от нее очередную бутылку. Ведьма, глядя на вино в его руке, возмущенно ахнула:

— Да ты пьян… — Бринн прижала руки к груди. — Точно. Так и есть…

С таким выводом и с видом знатока ведьма закивала шумевшей головой. Эйден откинулся на высокую кожаную спинку кресла и, теряя терпение, осведомился:

— Так зачем ты здесь, Бринн?

Девушка снисходительно поглядела на «пьяного» хозяина дома и вздохнула.

— Сначала я тебя соблазняла, чтобы ты от меня отстал, — принялась она пояснять. — Понял? А теперь поду… подумываю соблазнять, чтобы ты откинулся…

— Что? — приподнял он темную бровь.

— Прикинулся! — тщательно поправила себя Бринн. — Чтоб прикинулся…

— Кем же я должен прикинуться, Бринн? — продолжил свой допрос Эйден, глядя на румяное лицо гостьи.

Даже пьяная хороша, чертовка… Это откровение вынудило его шумно вдохнуть и ослабить узел галстука. Нет, бред какой-то, да и только!

— Прикинься… притворись, что любишь меня! — Она так простодушно раскрыла объятия, подавшись к нему навстречу, что Эйден на мгновение растерялся. — Ты же такой добрый, Дракула. Спаси меня… пожалуйста…

— Вы только посмотрите, теперь я «добрый»… — снова задумчиво нахмурился Даррелл.

— Эйден, я умру от голода! И так ждал тебя весь день. Почему вы здесь до сих… пор… — Даниэль замер на входе, держась обеими руками за ручки раскрытых створок дверей.

Его взгляд переместился на столик, стоящий у кресел. Бутылка была пуста!

— Господи, Эйден! — Молодой человек прикрыл глаза ладонью, благо видеть парочку в это время не мог никто посторонний.

Младший брат прошел к ним, останавливаясь рядом с хозяином дома:

— Что ты творишь?

— Тише, Дан. Не буди нашу гостью.

Но его уже не слышали: свернувшись клубочком, Бринн мирно посапывала, устроив голову на мягком подлокотнике.

— Как ты мог позволить ей напиться? — возмущенно прошипел Даниэль.

— Она собиралась споить меня! — сердито пояснил старший Даррелл.

Не слушая возражений брата, Эйден подошел к спящей девушке и осторожно убрал прядь волос с ее лица. Румяная, как спелое яблоко, Бринн поджала босые ноги, видимо, замерзла в кресле. Нужно перенести ее в гостевую и велеть Аде, чтобы позаботилась о ней утром. Да, утро у малышки будет ярким и незабываемым.

Судя по всему, она подобное в своей жизни еще не переживала, иначе не стала бы творить такие дела в чужом доме. Наверное, перестарался с местью… Но как она посмела даже предположить, что он настолько бессердечен? Выгнать из дома в ночь?! Размышляя, Эйден поднял Бринн на руки и осторожно повернулся к выходу. Как назло, двери закрылись.

— Вот черт, — пробормотал Даррелл.

Бринн сонно приоткрыла глаза, что-то прошептала, по привычке рассеянно пошевелила пальцами руки и снова отключилась. Двери с грохотом распахнулись, и Эйден почувствовал, как холодок пробежал по спине. Он усмехнулся, глядя, как затрепетали шторы на распахнутом окне.

— Колдунья…

Эйден оставил брата и решительно вышел из гостиной.