Пересечение вселенных. Трилогия (СИ) - Порохова Зинаида - Страница 163

— Уважаемые коллеги! — раздался голос доктора Донэла. — Прошу внимания!

Все обернулись к нему, наступила тишина.

— Как вам уже было объявлено — все функции корабля вновь восстановлены. Некоторые уже успели пообщаться с друзьями и близкими. Так? И, наверное, узнали, что связи с поверхностью не было десять дней. Никого не удивила разница в датах? Наших и там?

— Да. Разность составила три дня, — подтвердил астрофизик Конэл. — Мы, Очевидно, попали в область аномалии, где по-другому течёт время! — авторитетно пояснил он. — Вот и получилось разница в датах.

— И всё это из-за Ужасного Нечто! — крикнул техник Санэн.

— Возможно. Но есть ещё некоторые нестыковки, которые не дают покою, — продолжил доктор Донэл. — Многие из нас совершенно не помнят, чем занимались эти три дня. Я, например, не могу объяснить отсутствие записей в нашем бортовом журнале именно в эти даты. У нас были почему-то приостановлены все запланированные эксперименты и тоже именно на три дня. Хотя никаких выходных я не объявлял, да и сам не отдыхал. С чего бы? Работы — немеряно. А чем объяснить полное бездействие нашей кухни в этот период? Продукты не выдавались, техника не загружалась. Никто не ел? Вы все решили похудеть? В двери не проплываете?

В зале зашумели, кто-то засмеялся.

— Этого не может быть! — воскликнула полненькая биолог Вионэла. — Чтобы мы и не ели. Я, например, обожаю покушать и никакие двери меня не остановят, — кокетливо указала она на свои пышные формы.

— А, правда — где? Я был здесь! А где же нам ещё быть? Ну да, не на экскурсии же! Ага, к Ужасному Некту в гости ходили! Там и поели — громов и молний!

— Спали, что ли? — предположил доктор Пауэр. — И все сразу?

— Целых три дня? — воспротивился этой идее профессор Боэн. — Я на такое не способен!

— А кто способен? — обиделся химик Готэн. — Никто!

— Бортовые приборы свидетельствуют о том, что потребление энергии и кислорода за эти дни было минимальным, — гнул свою линию доктор Донэл. — То есть — почти ноль. Это соответствует нормам пустого батискафа, — заявил он.

— Как? Вы что-то путаете! — возмутился биолог Боэн. — Я отлично помню, что вчера мы были здесь, потом я ночь спал, а утром покинул каюту и пошёл сюда, в рубку. Помните, мы ещё договорились, что соберёмся здесь для выработки плана. Я никогда не теряю контроль над ситуацией! Уж будьте благонадёжны! Даже во сне! Не было никаких трёх дней!

— А с поверхности из Учёного Совета нам сообщили, что мы не выходили на связь десять, а не семь дней, — напомнил доктор Донэл. — Там уже, кстати начали снаряжать за нами спасательную команду! Чтобы вытащить батискаф. И нас — живых или…

— Это Ужасное Нечто виновато! — снова авторитетно заявил техник Тонэн. — Оно нас усыпило на три дня. Потому и пищеблок не работал, а потребление энергии было минимально.

— Зачем? — резонно спросил Донэл.

— Кто ж его поймёт? — отмахнулся Санэн.

— Странная была ночка! Мне снилось, будто я мчусь в нашем батискафе через космическое пространство! Представляете? В батискафе! — воскликнул Сэмэл. — А созвездия и кометы так и мелькают мимо нас. И всё это было так реально! Даже вы все тоже были в моём сне! В космосе! А почтенный доктор Донэл м там был нашим руководителем. Капитан космолёта! Приснится же такое!

В рубке вдруг наступила тишина и все повернулись к Сэмэлу со странным выражением на лицах.

И тут голос подала Танита:

— А мне тоже этот сон снился! Про космос и капитана. Но так ведь не бывает? Чтобы двоим сразу и — одинаково?

— А троим? Бывает? — озадачено проговорил доктор Донэл. — Мне снилось то же самое. Наш батискаф не имеет даже подходящего двигателя и оборудования, однако он перемещался в безвоздушном пространстве. И я имел нахальство руководить этим безумным полётом. Помнится, даже курс рассчитывал по созвездиям вместе с астрофизиком Конэлом.

— Да-да, я помню! Рассчитывали, — согласился Конэл.

И тут будто лавину прорвало.

— И мне снилось! И мне — то же самое! И мне! — зашумели остальные. — Ещё Конэл…

— Но так не бывает! — оборвала эти крики Танита. — Чтобы профессорам и студентам снился один и тот же сон? Обычно профессорам — о студентах, студентам — о профессорах, но чтобы вместе… Во, чудеса!

— Но как такое возможно?! — вскричал биолог Пауэр. — Гипноз, что ли?

— Групповое сумасшествие! — возразил ему профессор Боэн.

Тут учёные начали вслух вспоминать разные ситуации и случаи из общего сна. И оказалось, что их помнят все!

— А помнишь, досточтимый профессор Конэл, когда мы увидели болид Свэнэла, ты чуть не сошёл с ума от счастья? — воскликнула гидролог Вионэла. — И заставил наш батискаф гнаться за ним? А потом ты хотел рассчитать по его траектории время, когда он снова появится в нашей галактике. Помнишь?

— Помню, — упавшим голосом сказал астрофизик Конэл. — И даже все свои расчёты помню. Такие изящные… В формулу пришлось включить влияние отдалённой галактики Дэв, — пояснил он, — которую раньше никто не учитывал. Но… если расчётное время подтвердится, то… Это же сенсация! О, Древние Мудрецы! Раньше траектория болида Свэнэла была загадкой, не подчиняясь никаким законам!

— Вот бы так всегда: уснул, сделал открытие, проснулся — прославился! — пошутил доктор Донэл. — И так, уважаемые коллеги, пора просыпаться. Что же с нами произошло? Давайте разберёмся с этой ситуацией. Поскольку мы, учёные, не должны оставить подобное происшествие без объяснений.

Все участники экспедиции послали друг другу в сознание картинки из своих снов…

Сомнений не оставалось — неведомо как, неведомо почему, но все они видели один и тот же сон.

— Каково будет наше резюме? — озадачено спросил доктор Донэл.

— Но зачем это случилось? — ошеломлённо спросила гидролог Вионэла.

— И почему сейчас вдруг заработали средства связи и вся техника? — спросил Сэмэл. — Кто всё починил, пока мы спали?

— А, может, нам пора уже своим непосредственным делом заняться, — буркнул биолог Боэн. — А не сны обсуждать. И гоняться за болидами. Я не верю я ни в какие сны. Это была общая галлюцинация. Массовая.

Лана, слушая их, с каждой минутой всё более ужасалась.

Выходит — ей не снились Голоса? И пустой батискаф? Выходит, экспедиция — всем составом — была заброшена в какую-то иную реальность. В космос или безвоздушное пространство. А она тем временем бродила тут одна. Изобретала Решётку. И, что ли, действительно… прикоснулась к Голубому Кристаллу? Око Мира проснулось? Но почему же их мир не рухнул, как предсказали таблицы Баританы? Или, может, катастрофа ещё впереди? Но сценарий должен бы развиваться в сторону ухудшения, а у них вот даже связь восстановилась. Да и по ощущениям — над ними как будто рассеялись грозовые тучи…

И тут Лана заметила, как пристально её разглядывает Сэмэл.

— Не понял! — воскликнул он изумлённо. — А где всё это время была Лаонэла Микуни? Почему в моём сне я тебя ни разу не видел?

Он вскричал это так громко, что все услышали и обернулись.

— И я! И я не видел! — раздалось вокруг. — Тебя не было с нами в космосе! Где ты была?

И тут Лана поняла — о событиях, в которые она угодила, ей надо рассказать. Ну. Вот и доктор Донэл говорил, что учёным надо разобраться в этой ситуации. Она всё расскажет, ладно. А уж объяснять этот казус — это уже не к ней. Пусть профессора головы ломают. Они хоть и биологическая субстанция, но умная, у них мозгового вещества больше, чем у неё, студентки, не окончившей ничего.

Вздохнув, Лана поднялась.

— Можно я скажу? Досточтимые и почтеннейшие! — обратилась она к членам экспедиции. — Кажется, я могу объяснить вам ещё кое-что. Или окончательно вас запутать.

— Это, уж, скорее всего! — буркнул профессор Боэн. — Опять эти дети отнимают у нас время!

— Внимательно слушаем тебя, — заинтересованно сказал Донэл. — Давай, рассказывай! А то мы тут всё плаваем по кругу, скоро уже тошнить начнёт. Кстати в моём сне я тебя тоже не видал.