Еврейские литературные сказки - Перец Ицхок-Лейбуш - Страница 51

— А вот он ведь.

Увидели, что и вправду слепой прозрел, обрадовались и стали пировать.

Мельники

(Сказка в двух частях)

Часть первая

Давным-давно в одной деревне жил немец-мельник. Звали его Брейт. Был он выше высоких, крепче крепких. Была у него жена и одна-единственная дочка, любимица. Еще у него были дома и стойла, кони и коровы, гуси и утки, какую домашнюю живность ни назови — все у него было.

Его мельница с длинными широкими крыльями стояла за деревней, в поле. Чуть подует ветерок, крылья завертятся, и со всей округи идут люди к мельнице с мешками и мешочками.

У кого есть волы, на волах везет, а у кого нет, тот — мешок на плечи и так несет.

Мельница молола, а немец день ото дня становился богаче и толще. Ведь он злой был, этот немец. Бывало, принесет бедняк маленький мешочек зерна — немец не хочет молоть и прочь с мельницы гонит. Просит его жена не выгонять бедняков — он злится на нее. Приходит к нему дочка просить, он ей отказать не может, потому что очень любит ее. Скоро бедняки поняли: не ходи на мельницу, иди прежде в деревню, к дочке мельника.

Год на год не приходится. Случается голодный год. Хлеб на полях не родится. Колосья пустые стоят, да и тех мало: богатый собрал соломы на один воз, а бедный — на одну копну.

Все деревни в округе плачут. Орехи да желуди собирают. Все впрок, только бы от голода спастись. А Брейт-мельник лежит в поле рядом с мельницей, злой, сердитый и никого на мельницу не пускает: слишком маленькими мешочками зерно несете. Приходит жена просить, он ее прочь гонит. Даже дочку слушать не хочет — до того дошел.

Лежал как-то раз мельник в поле, а вокруг него бегали его злые собаки. Заснул он, и приснился ему такой сон:

Прилетела к нему птица с четырьмя большими крыльями, принесла маленький мешочек зерна и пристает к нему: мели да мели!

Никак ему эту птицу не прогнать. Схватил он палку, ударил птицу и перебил ей крыло. Птица все подползает к нему. Второй раз ударил, и еще два крыла перебил, а птица все не отстает. Он совсем разозлился, ударил птицу палкой прямо по голове и убил ее. Вдруг птица вскочила ему на грудь и начала душить, за горло клювом таскать — вот-вот задушит. От страха злой мельник проснулся, огляделся и побежал домой сон рассказывать. Рассказывает сон, хочет ему жена что-то сказать, а он уже знает, что она ему скажет, и велит ей молчать. Заводит его любимица речь, знает он, что она хочет сказать, и — бегом из дома.

Бежит он, бежит, прямо в поле, к мельнице. Бежит он, а копны туч как черные мешки потянулись, заволокли небо и устремились к мельнице. Вмиг стало темно, как ночью, пастухи погнали домой свои стада. Путники стали искать место, где переждать бурю. Поле стало маленьким, а мельница — низенькой. Брейт не смотрит по сторонам — бежит к мельнице. Вдруг, откуда ни возьмись, вылетает вихрь, отрывает у мельницы крыло и бросает мельнику под ноги. Отрывает второе крыло и швыряет его на соседнее поле. Мельник вбегает в мельницу, хочет спрятаться, мечется из угла в угол — места себе не находит. Залезет в короб — тесно. Натянет мешок на голову — мешок дырявый. Снаружи удар грома громыхнул, мельница так и затрещала. Второй громыхнул, горшки лопнули, и все из них на голову мельнику потекло. Упорные капли дождя сердито клюют крышу, да никак не проклюнут, рвутся — никак не прорвутся. Наконец, ударил последний удар, и молния подожгла мельницу, разорвала ее, разнесла на кусочки. Ливень прошел, а от мельника даже мокрого места не осталось.

Часть вторая

Жена с дочкой поплакали месяц, поплакали год, а потом перестали. Жить им было не на что — Брейт свои сокровища где-то закопал, а где, никому не сказал. Когда никто не видел, собирали они щепки, оставшиеся от мельницы, и носили в город продавать.

В соседней деревне, недалеко от мельницы, жил юный кузнец. Был он большой силач. Правой рукой мог дерево повалить, а левой в другой лес его отнести.

Однажды, ни с того ни с сего, с ним не пойми что сделалось. Сидит он рядом с кузницей на лавке, не хочет браться за работу и молчит. Мать поняла, чего ему не хватает, и думает: помолчу, пусть сильней затоскует. Сидит кузнец день, сидит другой. Не ест, не пьет. Ворот у него нараспашку, и сам он с тоски чуть не разрывается. Видит мать, нет у него больше сил, и говорит:

— Иди, сын, туда, где стояла Брейтова мельница, и сядь на камень. Как взойдет луна, кое-что увидишь.

Пошел юноша туда, где стояла Брейтова мельница, сел на камень и стал ждать. Только луна взошла, идет Флара, Брейтова дочка, щепки собирать. Луна сияет — ее лицо сияет ярче луны. Встала, как стройное деревце, оглянулась. Видит юноша, какая она, эта Флара, и говорит:

— Флара! Я для тебя город разрушу, а десять построю. Будь моей женой!

Подумала Флара, подумала и отвечает:

— Не надо город рушить, не надо десять строить, а отстрой ты мельницу, нам и этого хватит.

Пошел юноша в лес и стал деревья вырывать вместе с корнями. Одной рукой вырывает, а другой носит. За ночь целую гору деревьев натаскал. Нужно звать строителей — мельницу строить. Идет он в деревню, строителей зовет:

— Приходите Брейтову мельницу отстраивать. Раньше она молола из одного короба, а теперь будет молоть из четырех.

— Мы подумаем, — говорят строители и уходят. Были они злы на Брейта и не хотели его мельницу отстраивать.

Задумался кузнец:

— Все равно придут мельницу строить.

А был он здоровый: на руках и на ногах было у него по шесть пальцев. Подождал он, пока строители ушли в поле, взял веревку, обвязал их хаты и утащил за тридевять земель.

Приходят строители.

Где же хаты?

Ни огонька, ни дымка не видно, только печи голые стоят там, где были хаты, а хат-то и нет.

Бегут они к кузнецу.

— Верни нам, кузнец, наши хаты, где нам наших жен с детьми держать?

— А кто пойдет мельницу строить?

— Мы пойдем.

— Хорошо.

Притащил он им хаты, надел их обратно на печи, как были, и вся деревня пошла мельницу строить. Одни пилили, другие рубили, третьи строили. Потом кузнец притащил огромный ящик, обложили люди этот ящик кирпичом, на колеса ремни натянули и поставили высокий вал. Никто не может жернова надеть. Взял кузнец один жернов одной рукой, другой — другой, так все восемь жерновов и надел, засыпали зерно, и как только запустили мельницу, кузнец свистнул и позвал всех соседей водку пить.

А Флара сказала соседям так:

— Простите нам, соседи, злобу нашего батюшки. Батюшкина мельница молола из одного короба, а наша будет молоть из четырех. Богатые будут нам зерном платить, а прочим будем даром молоть.

— Правильно! — согласились соседи. — Пусть все деревни приходят на свадьбу.

И пришли все деревни. Такой свадьбы уже давно не было.

Угощенье выставили — целыми пирогами и еще сто ведер вина. Кто-то неленивый подсчитал.

И негде было на этой свадьбе яблоку упасть. На том кончается сказки вторая часть.

Девочка, которая продавала хворост

Вы знаете девочку, которая продает хворост? Я ее знаю. У нее папу забрали в солдаты, мама — служит в людях, а она осталась дома одна с маленьким братиком.