Безмолвные - Глазнева Оксана - Страница 39

В последующие дни они не разговаривали. Каю и Луке отвели комнату на чердаке. Ри проводил все время в обществе чародеек. Пока золото капля за каплей собиралось в котле и затем застывало в приготовленных формах, они знакомились с замком и его хозяйками.

Вставали чародейки лишь ночью. Впрочем, в сумерках, вечно царящих над этим краем, день не занимал много времени. Они обильно завтракали; слушали музыку в гостиной; играли в заморскую игру «шахматы», чаще со своими молчаливыми слугами, иногда с Ри; ужинали, а затем расходились по своим комнатам, затерянным среди бесчисленных коридоров замка. Время от времени кто-то из шести чародеек пропадал, затем вновь появлялся в замке, не переступая при этом порога гостиной.

Иногда приезжали люди. Красивые, но измученные, похожие на чародеев, они привозили целые телеги с ящиками и коробками. Сгружали все у рва, не смея пересечь его, и тихо уезжали. Со стен Кай и Лука дважды наблюдали, как слуги забирали подношение и уносили в подвалы. Иногда люди входили в замок, но ни Лука, ни Ри, ни Кай ни разу не встречали их после. Что с ними происходило? Кай мог лишь догадываться.

Он с трудом вел счет времени, быстро сбился из-за однообразия дня и ночи, потому не мог точно сказать, сколько не разговаривал с магом, прежде чем заметил, что Ри перестал заходить в лабораторию. Ничего хорошего это не предвещало.

Кай нашел Луку спящим. Войтек много спал в последнее время, то ли отсыпался за прошедшие в пути дни, то ли от скуки. Северянин еле растолкал его, бросил топор и броню к изголовью кровати.

— Одевайся. Идем.

— Куда? — удивился Войтек, но поднялся, взял топор и пошел следом.

Они нашли Ри в гостиной. Маг лежал в объятиях Зденки. Чародейка ласково перебирала его волосы и что-то шептала на ухо. Филиннион раскуривала для него трубку с опиумом. На первый взгляд ничего необычного в этой картине не было, именно так провел чародей несколько последних дней, но…

От вина и опия Ри не мог двигаться. Зденка отложила тонкую трубку и поползла к нему, легла сверху, поцеловала, улыбнулась подругам.

— Даже не думай кусать его, — холодно приказал Кай, пересекая комнату.

Джеральдина зашипела по-кошачьи. Лука перехватил удобней топор. От страха он вспотел, но отступать не собирался.

— Для ее шеи мне хватит и рук, Войтек, — успокоил его Кай.

Тени заскользили по стенам вниз. Северянин в два шага оказался рядом с Ри и Зденкой, схватил чародейку за узкие плечи, поднял и бросил на пол. Хозяйки Лисьего замка повскакивали. Гостиная наполнилась ветром, свистом и когтистыми тенями. Вот только Кая они тронуть не могли. Северянин, не долго думая, схватил Джеральдину за шею.

— Ладно, ладно! Похоже, мы увлеклись, — улыбалась Миркалла, жестом останавливая подруг. — Он сам просил лекарства от бессонницы, но если ты настаиваешь… Забирай своего хозяина!

Кай приказал Луке спуститься в подвал и собрать в сумки золото. Сам перетащил Ри в его покои, бросил на кровать, так что у того клацнули зубы. Перевел дыхание.

Ри плыл между сном и явью. Он тихо засмеялся, глядя в потолок слепым взглядом, а затем словно выплюнул:

— Сдохните все!

Кай хотел выйти, но остановился. Не ясно, говорил Ри эти слова ему или просто бредил.

— Сдохните! Сдохните! Сдохните!

Маг поперхнулся, закашлялся, повернулся на бок, и его стошнило.

Кай брезгливо поморщился. Ри открыл глаза, вытер губы тыльной стороной ладони, с трудом сел и посмотрел на воина. Зрачки его были расширены, превращая карие глаза в черные.

— Противно, правда? Разочарован?

— Да. Думал, маги не блюют.

Ри сполз с загаженной кровати на пол, прислонился к ней спиной.

— Спасибо, что заступился за меня. Не нужно было. Им моя кровь не понравится, пусть хлебнут.

— Ты чего-то вообще боишься? — спросил Кай, прислоняясь к дверному косяку.

— Нет, — не моргнув, ответил маг.

Кай не поверил.

— Тебе, трусу, странно такое слышать, верно? — усмехаясь, спросил Ри.

Северянин не ответил, но кулаки его сжались.

— Оскорбительно. Знаю, — продолжил маг. — Но признайся себе: я прав. Ты боишься, что тебя раскроют, и боишься, что, узнав правду, люди будут ждать от тебя подвигов. Боишься, что я тебя предам, боишься, что так и не придумаешь, что делать со своей жизнью. Тебе нравится быть ведомым, и ты смертельно боишься оказаться во главе отряда. Только поэтому спасаешь меня.

— Похоже на правду, — сказал Кай. — А ты? Если сейчас я выйду за дверь и не вернусь, ты все еще будешь бесстрашным?

Ри не ответил и бессильно откинулся на подушки.

Северянин разжал кулаки и тяжело вздохнул. Маг был слишком жалок, чтобы Кай мог сердиться на него.

— Нам пора уходить, Ри, — сказал он. — Нечего здесь делать ни нам, ни тебе. Я отправил Луку за золотом.

— Не говори глупостей, Северянин. Во всем Яблоневом Крае нет места, где могут укрыться такие, как ты или я, или дурак-Войтек. Куда ты предлагаешь бежать? Даже легендарный король подох, не смог схорониться от магов, а мы с тобой что? Просто сиди на заднице. Или уходи. Как хочешь.

Лука ждал на улице. Он собрал в лаборатории Ри золотые кирпичи и сложил в две тяжелые сумки. Увидев Кая, Войтек махнул призывно рукой.

— Бери и пойдем!

Но Северянин молчал.

Лука все понял. Он посмотрел на темный замок, на мертвый сад.

— Ты дурак, Северянин! Гроневальд подохнет здесь, но он сам сюда шел, к своим. А ты? Чего ждешь? Думаешь, господин маг оценит твою преданность?

Лука укоризненно покачал головой, сплюнул под ноги.

— Помрешь здесь ни за что.

Кай промолчал, упрямо сжимая губы. Он и сам не знал, почему не уходит. Стыдно было даже в мыслях назвать чародея другом.

Войтек не уговаривал, еще раз покачал головой и, взвалив мешки на спину, медленно побрел прочь.

Наутро Ри делал вид, что ничего не произошло. Он рассматривал свою лабораторию, лишившуюся золота, и разбитые неловким Войтеком колбы.

— Лука все забрал.

Маг носком сапога отодвинул в сторону осколки.

— Думаю, ясный ум тебе сейчас нужнее крепкого сна, — заметил Кай.

— Не спорю, — согласился Ри. Потом хмуро взглянул на Северянина. — Тебе тоже нужно было уйти.

— Я жду тебя.

— Напрасно.

— Я не знаю, кем ты был раньше, Гроневальд, но знаю, кем ты стал. И тебе не место в этом замке.

— Что ты знаешь обо мне и моем месте, стражник? — высокомерно ответил Ри. — Я знаю, куда пришел и чего жду. Не мешай мне!

Кай молча покинул лабораторию.

Прошел день, второй и третий… Ничего не менялось. Словно назло Каю, Ри продолжал проводить время в обществе чародеек, впрочем, от опия отказался. Ночами, мучаясь бессонницей, маг сидел в лаборатории, забавлялся алхимией.

Кай не верил в чудесный план Ри. Чего бы ни ждал, что бы ни вообразил себе маг, он ошибся. Но бросить его в замке одного, означало струсить и предать, и Кай упрямо ждал, пока Ри одумается.

Весна закончилась, наступило лето. Ночи стояли жаркие. Ри не закрывал окна, впуская в спальню ветер и лунный свет. Он не спал. Лежал на кровати, разглядывая созвездия на темном небе и ожидая рассвета.

Темнота сгустилась, стало холодно, и Ри сел. От сильной магии по стенам побежала изморозь. Он знал, кто так появляется.

В ночной темноте она походила на снежного призрака: длинное белоснежное платье, белая кожа, белые волосы вокруг молодого красивого лица. Йенни Линд.

Чародейка переступила подоконник, плавно опустилась на пол, остановилась. Ри отбросил одеяло, поднялся ей навстречу.

— Здравствуй, Адриан.

— Здравствуй, Йенни.

Замолчали. Несмотря на то, что Совет Шести старательно покопался в его памяти, он помнил их последнюю встречу. На площади, когда лошади потянули за веревки, разрывая на части тело его жены.

В темноте они едва видели лица друг друга. Йенни подошла, погладила его по щеке, провела пальцами по губам, по шее, наклонилась, поцеловала его плечо, потом отстранилась. Села на край кровати.