Безмолвные - Глазнева Оксана - Страница 26

Между собой они не говорили. Рядом с Каем музыкант переставал улыбаться, становился сосредоточенным и молчаливым. Эта двуличность могла бы насторожить, но, сбрасывая перед ним маску, Ри был честен, и Кай ценил эту честность. Он не пытался разговорить мага, вместо этого слушал. Вокруг хватало болтунов.

События в замке господина Дреговича обрастали все новыми и новыми слухами. Люди охотно обсуждали смерть мага. Так Кай впервые услышал легенду о чародее, влюбившемся в смертную женщину, о его пленении и ее смерти, о том, как чародея превратили в камень, а потом сделали собакой на цепи.

Последнюю часть сказки, о бегстве от магов, Ри помогал придумывать сам. Вечерами у костра он рассказывал о том, как пленник набирался — сил, как усыплял бдительность магов, как убил господина Дреговича. Ри рассказывал, что беглый чародей улетел на юг, искать помощи на южных островах у бывших любовниц. Что он отправился на восток, к самому побережью, где живут дикие племена, чтобы собрать там войско. Что ушел на север, в поисках драконов. Что его укрыли у себя лесные повстанцы… О том, что его освободил Кай, он молчал. И это тоже располагало к себе.

— Куда мы дальше, Ри?

Маг отодвинул от себя пустую тарелку, взял кружку с пивом, сделал большой глоток.

— На запад.

— Что там? На западе?

— Союзники.

Кай очень сомневался, что кто-то захочет быть союзником для Ри, но не успел высказать свои сомнения. На улице ударил раскат грома, задребезжали окна. Люди вокруг умолкли ненадолго, но затем продолжили пить и есть — грозы в последние дни никого не удивляли.

Но гром повторился. Оглушающий раскат прошел по небу, докатился до корчмы, ударил в окна. И еще один, и еще. Вылетели слюдяные окна, посыпались осколки в кухолии тарелки. Люди в зале повскакивали с мест.

Кай взялся за рукоять кастане и вопросительно посмотрел на мага.

— Гром-птицы, — ответил на его немой вопрос Ри, и в наступившей тишине его голос прозвучал на весь зал. — Наемники с острова Вит.

Кай не слышал о таких, но люди в зале поняли, о чем он говорит. Посетители побросали недопитое пиво, шумно отодвигали стулья, спешили на улицу, прочь из корчмы-ловушки! В дверях началась давка, завязалась драка, люди вывалились на улицу. В опустевшем зале остались трое: Кай, Ри и девушка за столом у противоположной стены.

В глухой тишине шумел, врываясь в разбитые окна, ветер, трепал скатерти. Ночь в окнах расцветили фиолетовые зарницы, наполнили удары грома. Девушка стряхнула с подола осколки слюды и посмотрела на мужчин.

— Не собираешься уходить, панночка? — крикнул через зал маг.

Она не ответила и с места не сдвинулась. Сидела прямая, обреченно сложив на коленях руки. Ри с шумом отодвинул стул и пошел к ней сам.

Александра не понимала, что делает. Просто его присутствие лишало ее сил. К ней шел не человек — судьба шла. Как тут бежать? Он остановился напротив, и Александра подняла взгляд.

На Ри давно так не смотрели. С тревогой и печалью. Она рассматривала его неровно обрезанные волосы, бледное лицо, старый шрам на щеке…

— Ты меня знаешь? — спросил Ри.

— Да.

— Откуда? Десять лет назад тебе было лет шесть…

— Тринадцать. Я знаю вас, господин Адриан.

Девушка была одета бедно и вразнобой. Лента в волосах и юбка-понева, как носят на юге, сорочка с синей выцветшей вышивкой и стоптанные сапожки, как на севере. Всё не по размеру, всё с чужого плеча. Ри не мог знать такую.

— Тебе лучше бежать отсюда и забыть о нашей встрече.

Но она не двинулась с места. Тогда Ри схватил ее за плечи, грубо поднял из-за стола, толкнул к стене. Девушка ударилась затылком, вскрикнула. Он не спешил подходить, давая ей время убежать, но она не бежала. Поморщилась, но не рассердилась и не испугалась. И вновь смотрела на него. На руки, на плечи, в лицо, ища взглядом… что?

— Что? Что ты хочешь увидеть?

— Вы в порядке? — шепотом спросила она.

Ри растерялся.

Александра смотрела в глаза Адриана Гроневальда, и сердце стучало как бешеное. Глаза у него были не черными, как ей помнилось, а карими, как листья осенью. Красивые глаза.

А у девушки глаза были зелеными, как у русалки, прозрачными, как вода в озере. Темнеет на дне карий песок, черная галька.

— Кто ты?

— Александра.

Она стояла неподвижно, будто позволяя дикому зверю обнюхать себя. Ри все силился вспомнить ее, но не мог. Темно-русые волосы, кожа золотится от загара, маленький лоб, веснушки на носу, полные губы. Хорошенькая, но не красавица. Такие лица не остаются в памяти. Не у магов.

От ее близости кровь наполнялась щекочущими пузырьками.

— Чародейка? Непосвященная? Откуда ты здесь?

Эта история была слишком длинной, чтобы ответить в двух словах, поэтому она промолчала.

Ри тяжело вздохнул и сделал шаг в сторону.

— Когда мы выйдем, вылезай в окно и беги. Уходи из деревни, спрячься в полях. Дура…

Он отвернулся и пошел к своему спутнику. Александра осталась стоять на месте.

На улице снова ударил гром, уже во дворе, на несколько секунд все трое оглохли, но затем слух вернулся. На улице кричали животные и люди.

— Будем ждать их здесь? — спросил через зал Кай.

— Бежать смысла нет, — ответил Ри, идя ему навстречу. — От наемников с острова Вит никто не сбежит.

Кай поднялся и пошел к двери.

Птицы походили на черных орлов. Огромные, каждая размером с телегу. Первая кружила в небе, вторая опустилась во двор и теперь доедала лошадь, кося по сторонам большими желтыми глазами. Их хозяева — двое южан в многослойной одежде — рассматривали лица покойников, небрежно, пинками переворачивая тела лицом к небу.

Кай крепче сжал рукоять сабли.

Ри остановился слева:

— Боишься?

— Нет. И ты не бойся.

Кай сделал шаг вперед, становясь между музыкантом и наемниками.

Один из островитян заметил движение у корчмы, прищурился, узнал Ри и пошел к ним. Наемник заговорил на незнакомом языке напевно и громко. Двое обожженных мертвецов, лежащих у входа, задвигались, выгнулись дугой, запрокинули головы. Затрещали кости, мертвая плоть стала податливой, как тесто, превращаясь из человека во что-то иное. Мертвецы поднялись на четырех лапах спиной вниз, их головы повернулись вверх подбородками, становясь лицами жутких тварей со ртами на лбу. Оскалились, зарычали и кинулись на людей.

Кай встал между чародеем и тварями, готовый принять бой.

Кастане по рукоять вошла в тело первой твари, но мертвец не спешил умирать снова. Потянулся руками к Каю, вцепился в запястье.

Вторая тварь прыгнула на Северянина и он едва успел увернуться. Кай отступил, сапогом сбросил с сабли мертвеца, рубанул снова и снова. Мертвая плоть не сдавалась, не желала умирать дважды, пришлось рубить ее на мелкие куски. Второй мертвец тем временем вцепился зубами в ногу. Кай ударил по его шее каблуком, вбивая повернутый вверх кадык глубже под кожу. Отсек голову, стряхнул с ноги.

Ри прижался спиной к двери корчмы. Нужно было уходить, но он не мог отказать себе в удовольствии посмотреть, чем так хорош воин из соли, пепла и железа.

В небе вспыхнула сиреневая молния, освещая двор. Маг-южанин поднял руку, ловя ее, словно рукоять кнута, и ударил ею Кая, но напрасно. Раскаленная плеть коснулась кожи и тут же рассыпалась искрами, едва опалив одежду и не причинив вреда человеку. Южанин удивился, переглянулся с напарником, они одновременно подняли руки, поймали молнии-плети, двинулись по двору навстречу друг другу, их движения напоминали слаженный танец, напрягались под тонкой белой тканью мышцы рук, капли пота выступали на смуглых лбах, а над постоялым двором в воздухе извивались, сплетаясь в раскаленную добела сеть, молнии.

Кай придвинулся к магу так близко, что мог коснуться рукой. Южане одновременно опустили сеть, она ударила в землю, но ни Кая, ни стоящего за его спиной Ри не тронула, разлетелась прямо над головой стражника сиреневой дымкой.