Понять. Поверить. Простить (СИ) - Леонова Светлана - Страница 97

Я снова проснулась раньше. Солнце еще не успело подняться высоко, отчего в комнате царил полумрак. Стас мирно спал рядом со мной: лежа на животе, уткнувшись лицом в подушку, которую сжимал одной рукой, а другой обнимал меня. Милый мой, родной, любимый… Я с нежностью смотрела на него, а от чувств слезы наворачивались на глаза. Чуть было не потеряла тебя навсегда по своей же глупости. Как же поздно приходит понимание этого. Но теперь я знаю, что такое жизнь без любви, что значит любить до исступления и не иметь возможности даже хоть на мгновение увидеть любимого. "Я люблю тебя" — я готова кричать это всему миру. Именно сейчас я понимаю, что я живу, не существую — а именно ЖИВУ только рядом со Стасом. И теперь я точно знаю, что сделаю все, чтобы наше счастье не разрушилось снова. Мало просто быть счастливым — нужно суметь сохранить это чувство на многие годы, чтобы оно не погасло и не померкло.

Я попыталась осторожно выскользнуть из кровати, но едва только зашевелилась, как Стас повернулся на бок и крепко притянул меня к себе рукой. Не хочет отпускать даже во сне! Ну и черт с ним, с завтраком, — подождет, его можно приготовить и вдвоем. Я повернулась к Стасу, обняла и прижала его голову к своей груди. Он всегда оберегал меня, а сейчас мне захотелось постеречь его сон. Я стала осторожно гладить его по коротко подстриженным черным волосам. И только сейчас заметила, что в них пробивается седина. И снова мое сердце сжалось — значит, не только шрамы остались как напоминание о пережитом. Я наклонилась и поцеловала его в макушку, да так и осталась, прижав его голову в своей груди и уткнувшись носом в черные волосы.

Я вспомнила, каким Стас приехал ко мне: осунувшийся, с застывшей в глазах болью — мне самой было больно смотреть на него. За вчерашний день он невероятно преобразился, как будто в него вдохнули новую жизнь, но самое главное — ожили его глаза. Они просто невероятные, его глаза. Я никогда не могла спокойно смотреть в них — они притягивали, словно магнитом, заставляя забывать обо всем на свете, прерывая на полуслове. И я тянулась к нему, не имея ни сил, ни возможности, ни желания сопротивляться этому притяжению.

Стас еще спал некоторое время, но вскоре проснулся и перевернулся на спину, увлекая меня за собой.

— Да, вот так просыпаться гораздо приятнее, — хриплым ото сна голосом проговорил он, все еще не открывая глаз. — Больше не уходи от меня, пока я сплю.

— Не буду, — согласилась я, целуя его улыбку и глаза.

Мы еще понежились вместе некоторое время в постели, а потом, приняв совместный душ, спустились вниз вместе готовить завтрак.

— Отдохнула немного? — спросил Стас у Эли, нарезая хлеб. — Сегодня нам нужно будет вернуться в город.

— Уже? — немного расстроилась Эля. — Только сначала мне нужно к папе.

— Обязательно, он же переживает за тебя. — Стас остановился и принюхался. — А на сегодня чем так вкусно пахнет? — Он подошел к Эле сзади и выглянул из-за ее плеча. — Ммм, оладушки… Обожаю…

И потянулся к первым испеченным оладьям, лежащим на тарелке, за что тут же был сердито остановлен легким шлепком по руке и серьезным голосом Эли:

— Имей терпение. Сейчас все сделаю, и сядешь позавтракаешь. Ты бы лучше пока чаем занялся.

Стас обхватил Элю за талию, положил ладонь на ее живот, слегка его погладив, и поцеловал в висок.

— Как ты думаешь, там уже есть кто-нибудь? — задумчиво прошептал он Эле на ушко, поглаживая ее живот.

— Стас, пожалуйста, не надо торопить события… — взмолилась Эля. Не то, чтобы она не хотела ребенка, просто сейчас она не могла об этом даже и подумать. Ей казалось, что время для этого еще не пришло.

— Хорошо, положимся на судьбу — как она распорядится. — И как можно бодрее произнес. — Ну что, есть-то будем?

Быстро позавтракав, убравшись в доме, они сели в машину и отправились обратно в Москву.

— Чего загрустила? — спросил Стас, заметив задумчивый Элин вид.

— Как-то жалко уезжать. Мы были как будто в сказке, вдали ото всех.

Стас взял Элину руку, поднес ее к своим губам и поцеловал тыльную сторону ладошки и запястье.

— Мы будем сюда часто приезжать, не переживай, — мягко произнес он. — Да и потом, сказку ведь можно повторить не только за городом. И в Москве есть еще много мест, которые, я уверен, ты помнишь.

— Это ты сейчас на что-то намекаешь? — с улыбкой спросила Эля.

— Можно и так сказать, — загадочно улыбнулся в ответ Стас. — У меня для тебя на сегодня еще один сюрприз.

— Звучит загадочно и интересно, — Эля устремила на него пытливый взгляд. — Но ты, конечно же, ничего не расскажешь?

— Даже и не проси. Терпи до вечера.

— Ууу, — девушка притворно надула губки, — я ж теперь до вечера вся изведусь догадками. Мог бы тогда не говорить.

— Хорошо, — засмеялся Стас, — в другой раз ничего не скажу.

— Стас, а ведь ты мне так и не рассказал, откуда ты узнал, что я вернулась.

— А что рассказывать? — он ненадолго оторвался от дороги и посмотрел на Элю. — Мне позвонила Мария Николаевна и сказала, что ты приехала.

— Да, так просто?

— Так просто.

— А больше ничего не хочешь рассказать?

— Например?

Эля обиженно посмотрела на Стаса.

— Ты что, смеешься надо мной? Мария Николаевна вот так вот взяла и позвонила тебе — незнакомому человеку…

— Да почему незнакомому? — совершенно спокойно ответил Стас. — Я имел удовольствие с ней познакомиться. Ты когда уехала, я почти каждый день приезжал к тебе домой в надежде, что ты могла вернуться. Вот тогда-то я с Марией Николаевной и познакомился. Она после пожара, правда, ремонт делала и сын ее к себе забрал на два месяца. Но, в общем, мы с ней нашли общий язык. Она мне рассказывала, как вы с Аней жили. Кстати, еще она мне поведала, что ты, оказывается, вкусные пироги печешь. А я даже не знал этого.

— Пирожки, — поправила его Эля. — Я и сама не знала, что умею, пока Аня немного не подросла. А вообще меня моя бабушка учила.

— Вот с отцом твоим я познакомился, а с бабушкой еще нет…

— Я обязательно вас познакомлю. Она тебе понравится. — И немного поколебавшись, Эля все же решилась задать вопрос, который так и вертелся в ее голове. — Стас, а какие у вас теперь отношения с моим отцом?

Стас вновь оторвался от дороги и посмотрел на Элю. Он уловил бледный взволнованный взгляд и бледный вид девушки — она нервничает, догадался он. И чтобы хоть немного ее успокоить взял ее руку и поднес к губам.

— Не переживай, милая, все нормально. Мы с Виктором Сергеевичем поговорили и все выяснили. — Он снова поцеловал ее ладонь. — Мы не станем враждовать, и мстить я никому не собираюсь. А твой папа очень переживает из-за то, что с нами произошло.

— Ты ведь так и не смог его простить, — робко предположила Эля.

Стас тяжело вздохнул, и Эля заметила, каким серьезным сделалось его лицо.

— Не смог, малыш. Но мы пытаемся наладить общение. Ради тебя — я ведь понимаю, как это важно для тебя. Да и твой папа прекрасно это понимает.

Он снова оглянулся на Элю и, заметив ее грустный взгляд, опущенный в коленки, дотронулся пальцами до ее щеки.

— Не переживай, моя хорошая. Все будет хорошо. Мы вполне нормально общаемся, не затрагивая темы прошлого. Твой папа даже очень пытался помочь мне найти тебя: все время звонил, сам искал. — Стас неожиданно улыбнулся. — Он пару раз даже приезжал ко мне домой. Знаешь, он мне напомнил "братков" из девяностых — кожаный пиджак, очки темные всегда при нем, повадки… И неизменная марка машины — Grand Cherokee. Ну чем не бандит?

— Ой, а то можно подумать, что твой отец на бандита не похож, — заступилась за своего папу Эля, — У него у самого Mersedes бизнес-класса, в депутаты вон подался, да и повадки тоже выдают лихую молодость. Не удивлюсь, если у него еще и пиджак малиновый был.

На этих словах Стас громко захохотал.

— Когда к моим приедем, попроси маму показать тебе гардеробную — он и сейчас там висит.

— Ты это сейчас серьезно? — недоверчиво покосилась Эля и, увидев довольную ухмылку на лице Стаса и его утвердительный кивок, притворно закатила глаза. — Господи, за кого я согласилась выйти замуж? Мало мне было своей бандитской семьи, так теперь еще и такое счастье. Может еще не поздно передумать?