Бабой-Ягой нельзя родиться – ею нужно стать (СИ) - Клюкович Олечка - Страница 47

— Очень смешно. — Буркнула Одетта.

— Та не особо. — Ответила ей.

— Вы как всегда. — Буркнула Брина и, схватив свою сумку, добавила. — Я первая в ванную!

— Эй! — Понеслось ей в след наш слаженный с Одеттой возмущенный вопль.

Как только за Бриной закрылась дверь в ванную, мы с Одеттой опять переглянулись и, не сговариваясь, поменялись местами. Я пошла, осматривать спальню, в которой нам навряд-ли удастся поспать, а она кабинет. Правда сначала она подошла к двери, за которой скрылась Брина и, постучав громко крикнула «Брина, только не долго! Ты не одна». Что ответила ей Брина, я не расслышала, но сомневаюсь, что то-то приятное.

Спальня и вправду оказалась огромной и еще более шикарной, чем все остальное. Хотя тут, кроме постели практически ничего и не было. Но громаднейшая постель с балдахином из темно-изумрудного бархата, позолоченные светильники невиданной красоты (я отчего-то даже не сомневаюсь из-под чьих рук вышло это волшебство), тяжелые шторы такого же оттенка, как и балдахин, небольшой столик, два кресла и не малых размеров камин, а также стоящая рядом полка для книг, создавали атмосферу поистине царских покоев. Ну, учитывая, чьим племянником, является Гордиан, то в этом нет ничего удивительного. Задерживаться в спальне я не стала, поскольку уж больно давно мы не спали в столь мягкой постельке. А потому соблазн был очень велик…но нельзя!

Выйдя из спальни, я натолкнулась на Одетту, которая прожигала взглядом закрытую дверь ванной, пока там что-то с громким звоном не упало, и не послышалась не менее громкая ругань Брины. После чего с самым невинным выражением лица подруга повернулась ко мне, но ехидно-радостная улыбка портила всю «невинность» этой картины.

— О, ты уже вышла. Как раз вовремя! — Быстро затараторила Одетта, выпихивая Брину из ванной. Тем самым, не давая ей прийти в себя и разразится еще одним потоком ругани, но уже непосредственно направленной на нее.

Брина злобно фыркнула, но закрытая дверь ванной никак на это не отреагировала, поэтому ей пришлось сдаться. И тут она вспомнила обо мне. Поэтому резко развернувшись на уже открыла рот для того, чтобы заготовленные для блондинки слова вывалить на меня, но:

— У меня магии нет! — Напомнила ей спасительные в данной ситуации слова.

— Тьфу на тебя. — Недовольно буркнула она и скрылась в спальне.

Одетта хоть и возмущалась на Брину из-за ее долгого пребывания в ванной, но и сама, кажется, решила остаться там навечно, что меня, конечно же, не устраивало. И так как у меня магии сейчас не наличествовало, то я решила использовать извечно женский способ, а именно вынос мозга с особой жестокостью. Поэтому каждые десять секунд я громко стучала в дверь и задавала один и тот же вопрос «Ты скоро?». От такой пытки звереют даже самые спокойные люди и нелюди, а учитывая, что наша блондинка и так не особо отличается терпением, то не прошло и минуты, как Одетта освободила для меня ванную. Проходя мимо, она пыталась испепелить меня взглядом, но единственное слово, произнесенное ею в мою сторону, было «Изверг!». В чем-то я была с ней согласна, но отчаянные времена, требуют отчаянных мер.

Итак, ванная. Ванная была вполне в духе остальных комнат, то есть выглядела просто и роскошно. Не знаю, случайно так получилось или так оно и задумывалось, но вся комната выглядела как мраморная пещера. Потому что пол, стены, потолок, да и вся остальная мебель была вырезанная из темно-синего мрамора. Выглядело это все несколько необычно и в то же время потрясающе (в хорошем смысле этого слова!). Мебели, правда, здесь было еще меньше чем где либо. Точнее все что было, так это универсальная ванна-душ, отгороженная туалетная кабинка, полочка возле ванной для всяких мыльных мелочей и большой комод для полотенец, вот собственно и все. Но все равно — красотища-а-а!

Налюбовавшись и помывшись, я наскоро постирала одежду, которую чуть позже высушила Брина потоком воздуха. Причем одежду Одетты она мстительно «слегка» пересушила, из-за чего она теперь стала несколько меньше и некоторые части тела подруги, обладающей довольно приличными формами, откровенно выпирали. После того, как вдоволь насмеялись и надурачились, мы принялись поглощать еду принесенную заботливыми чертями, которые теперь подобострастно улыбались и непрерывно кланялись Одетте. Блондинка показательно корчила несчастную и замученную несправедливостью жизни ведьму в целом, и некоторыми чертями в частности, и от чего бедные черти бледнели еще сильнее и кланялись еще ниже. Видимо «братец» провел просветительную беседу на тему «личностей случайно забредших к ним в гости ведьм». Причем подозреваю, что и обо мне было сказано не мало «приятных» слов, поскольку рядом со мной они вели себя еще странней. Нет, никто мне не кланялся, конечно, но постоянно следили настороженными взглядами за любым моим движением или даже вздохом. И при любом моем резком движении они тут же чуть ли не боевую стойку принимали, чем мы с Одеттой не преминули воспользоваться, чтобы развлечься. На что Брина, как всегда, только укоризненно покачала головой.

Поиздеваться над беднягами дольше нам не дали, так как в скорее должен был вернуться Алэйр, о чем нам сообщил молодой черт из-за полуоткрытой двери. А к моменту его прихода мы должны быть в полной боевой готовности для того, чтобы сбежать при первой же возможности, потому как потерянный нами чудо-юдо мог влипнуть в неприятности похлеще, чем наши. Хотя…мне как-то сложно представить неприятности страшнее злого Гордиана, который я уверенна в скором времени заявится сюда.

— Вы уже поели? Это очень хорошо. — Обвел нас глазами только что зашедший черт (правильно говорят «не поминай черта, а то нагрянет») и, повернувшись к Одетте «обрадовал» ее. — Я уже связался с дворцом, и Гордиану передадут новости о том, что вы здесь, так что он скоро прибудет.

— А нам вообще-то некогда здесь рассиживаться. Мы очень спешим. — Сказала она, резко вскакивая с места и подхватывая свою сумку.

— И куда же позвольте спросить вы спешите, если Розалия совсем недавно говорила, что вы просто гуляли? — А ничего так «братец», сообразительный. Хотя и кажется наивным на первый взгляд. Ну, принципе других в архемы и не берут.

— Так мы гулять и спешим! — Тут же нашлась, что ответить Одетта.

— Но Гордиан…

— Ой, девочки быстрее, мы очень-очень опаздываем. Все пока-пока, поцелуй от меня Гордианчика. — Тараторила подруга, утаскивая за руки нас с Бриной подальше от столь гостеприимного дома.

— Ага, пока Алэйр, спасибо за все. И прости. — Искренне улыбнулась я растерянному чертяке, пока еще не понимающему, что три ведьмы, которых Гордиан я уверенна, ну ОЧЕНЬ ищет, вот-вот упорхнут прямо у него из-под носа. Ой, только бы чертяка не пришиб его за это, а то будет у меня на одного брата меньше, а я ведь уже привыкла к такому количеству родственников.

— За что? — Донесся до нас заданный оторопевшим чертом вопрос, который так и остался без ответа по причине того, что мы, выйдя в коридор сразу же, в очередной раз перенеслись с моей, так сказать, помощью.

* * *

Неожиданностью оказалось то, что вопреки обычаю оказались мы на…болоте. Которое было нам ну очень хорошо знакомо. Ведь это было то самое болото, откуда Одетта, после нашей совместной с мавками гулянки, забрала к себе домой Лилжика.

Мы все обрадовались тому, что наконец-то можем точно определить, куда нас занесло. Но вот после того, как первая волна радости схлынула, мне показалось, что тут что-то не так. Меня прямо-таки накрыло неопределенное чувство тревоги и неправильности происходящего. А затем я поняла. Мы ведь еще ни разу не появлялись в столь известных нам местах. Точнее мы вообще перемещались только по незнакомым и чаще нежилым местам. И это было странно и пугающе. Повернувшись к подругам, чтобы поделится своими мыслями, я натолкнулась на столь хмурую, как и я, Одетту и все еще беззаботно улыбающуюся Брину, улыбка которой глядя на нас постепенно гасла.

— Это не хорошо, да? — Неуверенно прошептала она.