Бабой-Ягой нельзя родиться – ею нужно стать (СИ) - Клюкович Олечка - Страница 41

Пробуждение, увы, было не столь приятным как хотелось бы. Начиная из того, что во время сна кто-то голосом Ника настойчиво требовал, чтобы я проснулась, и кричал, обзывая меня «идиоткой» и «безголовой ведьмой, напрочь лишенной инстинкта самосохранения». Но так как я уважающая себя ведьма, то, конечно, же, не слушала советов орущего истребителя и продолжала мирно парить в облаках сна. После чего, осознав свою ошибку, этот кто-то все тем же голосом, принялся ласково, как маленького ребенка, ну, или душевно больного человека, уговаривать проснуться. К таким уговорам я оказалась не готова, потому-то как-то резко открыла глаза. Честно, лучше бы я этого не делала!

Первое, что бросилось мне в глаза это окружившая нас толпа людей, как-то не очень дружелюбно настроенная. Второе, это четыре горящие ярким пламенем костра. И только потом, я сначала почувствовала затекшие руки, а затем и узрела, что спали мы, стоя, так как были привязаны к столбам, под которыми эти самые костры и горели. Н-да, не так я себе представляла доброжелательных и гостеприимных человеков. Совсем не так…. И что-то мне подсказывает, что мы сейчас не в Берихстане, где сжигать ведьм без судебного решения запрещено, а в миленьком королевстве Сандория[2], где набожные человеки считают сжигание ведьм своей священной обязанностью. У них для этих нужд даже специальная служба есть — Инквизиция, такие милые ребятки. Мы как-то с бабулей к ним гости заходили. С другой стороны, может это у них такие традиции для встречи новых гостей? Поди разбери этих человеков. Или это они из-за яшницы обиделись? Так мы же не специально! Да и не так уж и много там вытоптали.

— Знаешь, Лия, а, оказывается, слушать твои рассказы о «кострищах» и самой в них учувствовать это совершенно разные вещи и что-то я не уверенна, что мне здесь нравится. — Исключительно для меня пробурчала показательно недовольным голосом Одетта, и пока жители деревеньки в шоке уставились на нее, видимо не ожидая от нас такого спокойствия, добавила уже обращаясь к ним. — Нет, мне определенно здесь не нравится! У вас горячо, неуютно и дышать нечем из-за вашего дыма. Может, я пойду, а?

Стоящий ближе всех к нам высокий крупный мужчина, видимо староста этой деревеньки, сначала машинально кивнул, а затем одумался и активно замотал головой, явно против предложения подруги. А ведь счастье было так близко. Хотя…

— А я бы на вашем месте ее все же отпустила…. — Ни к кому конкретно не обращаясь, произнесла я.

— Это еще почему? — Выступила вперед дородная женщина средних лет.

— Ну-у-у, она у нас не простая ведьма, а…чертовая. — Многозначительно выделила последнее слова.

— Все вы, ведьмы, порождения тьмы. — Окончательно осмелев вперед вышел, по всей видимости, человеческий священнослужитель.

И пока мы с истинным ведьменским исследовательским интересом изучали сей экземпляр человеческой культуры, я вдруг почувствовала, что пламя от моего костра уже начало ощутимо припекать пятки. А это значит, что если мы немедленно отсюда не уберемся, то рискуем и вправду стать тремя ведьмами и одним чудо-юдом «с корочкой».

Почему же Абр так долго не просыпается? Может та гадость, которой нас усыпили, на чудо-юдов как-то по-особенному действует? Или этот нехороший нелюдь просто-напросто притворяется. Ну, как бы там ни было, но он пока не подавал признаков жизни, а если не поторопится, то уже и не подаст никогда.

— Нет, вы не поняли, она реально чертова ведьма. — Опять попыталась достучаться я до особо несообразительных, а, потом, не выдержав того, что они оказались не готовы к высокоинтеллектуальным беседам, выкрикнула. — Да за чертом она замужем, от того и чертовая! И я искренне не советую вам связываться с ее мужем.

После моего крика наступила благостная тишина, и в этой тишине отчетливо раздавалось потрескивание горящих дров в кострах под нами. М-да, романтика, однако. Прямо увеселительная прогулка, а не инициация.

— Та сожгите ее конце-то концов! Пусть наконец-то заткнется. — Не выдержав такого издевательства Одетта. И добавила, мотая головой в мою сторону, за неимением руки, чтобы они не ошиблись. — И вообще она во всем виновата.

— Эй!

— А что, нет так, что ли? Ты же нас прямо на поле перенесла.

— Я случайно.

— У тебя все и всегда…случайно.

— Неправда! Но на поле мы и впрямь случайно попали. — Возмутилась я. — К тому же может они вообще не из-за этого хотят от нас избавится.

— Серьезно!?! Думаешь, все дело в том, что им не понравились наши лица? Или мы просто не вовремя зашли? Или может у них принято в это время года сжигать всех гостей??? — Праведно возмущалась подруга, тем самым вводя в полнейший ступор наблюдающих за нами людей. А нужно признать, они и до этого было в шоке, поскольку наше поведение ну никак не вписывалось в их понимание.

— Может и так! — Упрямо проговорила я и, посмотрев на старосту, обратилась уже к нему. — Вот вы, уважаемый, скажите кто из нас прав, а?

— Э-э-э, я…м-м-м… — Бедный мужик от такого прямо-таки растерялся и никак не мог найти слова, чтобы мне ответить, потому-то и бегал взглядом от меня к Одетте и обратно.

— Как же вы меня достали. — Простонала полным муки голосом Брина. — Сожгите уже хоть кого-нибудь, хоть за что-нибудь.

После ее слов на нее посмотрели абсолютно все, даже мы с Одеттой повернулись настолько, насколько позволяла нам наше привязанное тело. Мы с Одеттой смотрели на подругу изумленным взглядом, тогда как человеки, которые вообще-то и собираются нас здесь сжечь, с откровенным осуждением.

— А что? Вы просто не знаете их, так как я. — Попыталась оправдаться Брина. — Они же…

— Брина, а тебе не кажется, что не стоит посвящать их в наши личные взаимоотношения? — Тут же вмешалась я, прекращая ее излишнюю разговорчивость.

— Так вы же достали меня постоянными этими…

— Ой, знаете, а я передумала, сожгите сначала меня! — Закричала, перекрикивая переговаривающихся нас с Бриной. — А то я этого не вынесу, честное слово.

После ее крика все повернулись теперь к ней, она же кое-как неуклюже пожала плечами, точнее попыталась, потому что руки были плотно привязаны к столбу.

Отвлекла меня от Одетты пролетевшая в паре миллиметров от лица искра от костра подо мной, как бы напоминая, что у нас крупные неприятности, а мы тут разговоры разговариваем. Да, и Абр все еще молчит, что почему-то мне кажется, не очень хорошим знаком. И запах гари как-то все усиливается…. Не к добру это, ой, не к добру…

Благо окончательно впасть в панику мне не дало возникшее в этот момент ощущение приближающейся тошноты и головокружения. И радостно улыбнувшись, я надеялась, что это именно то о чем я подумала, и вскоре мы будем где-то очень далеко отсюда. Еще больше я надеялась, что все мои друзья перенесутся со мной, тогда как «дружелюбные человеки» все останутся здесь. Видя мою улыбку, собравшиеся вокруг нас деревенские жители пришли еще в больший шок и зашумели перешептываясь. Благодаря ведьменскому слуху к нам доносились многие громко высказанные фразы. Многие из них вызывали сочувствующий взгляд Брины и ехидную усмешку Одетты. Больше всего меня возмутили слова одной старушенции стоящей не так уж далеко от нас, видимо в силу возраста она нас уже не боялась. Поэтому безбоязненно смотря прямо на меня громко проговорила:

— Никак блаженная девка, совсем от магии того… умом тронулася.

К нашему общему облегчению именно предчувствием перехода и оказались мои ощущения. Поэтому напоследок счастливо улыбнувшись, а Одетта еще и издеваясь, послала воздушный поцелуй священнику, мы провалились в своеобразный портал на поиски новых приключений. Но за несколько мгновений до этого мне показалось, что среди толпы нагло выделяясь, стоял не кто иной, как Глава службы истребителей и мой, хотелось бы верить, что временный «женишок», Никандр энд Бристор собственной персоной и со странной смесью эмоций на лице нахально ухмылялся.

Так, стоп! Это я наверняка просто дымом надышалась, не мог же там и в самом деле стоять Ник. Или мог? Та не…или…. Вот ведь…. И как теперь определить был он там или это мне просто привиделось? Хотя…какая разница был он там или нет, главное, что меня там уже нету.