На одинокой дороге (СИ) - Седов Константин - Страница 47

— Кого?

«Купец» бросил меч на песок, подбежал к продолжавшему метаться верблюду, схватил его за шею и стал успокаивать — Все, все. Уже все хорошо. Напугали моего хорошего! Напугали малыша. — Он ласково поглаживал верблюда по шее. «Малыш» продолжал неистово орать, косясь на валяющихся на песке туземцев большим влажным мутным глазом. Чтобы продолжать с ним обниматься, хозяин был вынужден семенить ногами.

Эрик с интересом наблюдал за идиллической сценой. Наклонился, поднял с песка меч, осмотрел.

Бастард. Отличная сталь. Меч большой, не для абордажа — во время палубного боя, таким не размахнёшься, не задев своих, а вот на суше, в нестесненных условиях, можно помахать от души.

Эрик крутанул клинок в руке, сделал оборот вокруг себя, повращал кистью. Тяжелый, но ему нормально.

Спасенный незнакомец полез в карман в пелиссона что-то достал оттуда и стал запихивать верблюду в рот. Тот перестал суетиться и сосредоточенно задвигал челюстями.

— Он финики любит — объяснил незнакомец Эрику, бросив короткий взгляд на его фортели с мечом. — Оторвался от верблюда и широким шагом, продолжая путаться в полах пелиссона, выставив вперед протянутую руку, направился по мокрому песку к Эрику. — Простите, я не поблагодарил Вас за спасение! Позвольте от всей души пожать Вашу мужественную руку.

Протянутая им рука блестела от слюны.

— Меня зовут Теодор Сильвен Хорас Шестой, сын Повэля — продолжил он.

Верблюд за его спиной смачно плюнул.

Эрик переложил меч в левую руку, а правой дружески хлопнул Теодора по плечу.

— Кристофер. Первый. Чей сын самому интересно. Есть у меня пара вопросов к папашке. И спрошу прямо сейчас еще раз — ты кто? И я не про имя. И откуда взялся?

Теодор, сын Повэля слегка покачнулся от дружеского хлопка.

— Я негоциант Арморианского королевства. Здесь ловлю экзотических животных.

— Никогда не слышал, чтобы кто-то заплывал на Летний остров и оставался в живых.

— Тогда вы можете себе представить, как был удивлен я, когда увидел вас!

Эрик кивнул.

— Слушай, поговорить мы сможем потом. Сейчас отсюда надо убираться. За мной неслась целая шайка таких вот же милых ребят — он кивнул в сторону оглушенных коротышек.

— Уверяю, что здесь вам ничего не грозит, — почти радостно проговорил Теодор, — на эту часть острова они никогда не ступают. Видите ли — рядом проходит дорога, с которой у них связаны определённые суеверия. Она полностью преграждает доступ к этому пляжу. Здесь они никогда не появляются. — Он смотрел на Эрик с радостно-идиотским выражением и кажется, собирался лезть обниматься.

Эрик выразительно взглянул на лежащих на песке оглушенных туземцев. К ним потихоньку начинал подбираться прилив.

— А, это надо полагать у нас с тобой массовая галлюцинация там валяется?! Коротконогая и предельно злобная.

— А! Эти?! Нет. Они появились другим путем.

— Другим? Это как?

— Ну-у-у…  — замялся вдруг Теодор…

— Говори, не мямли…

Теодор, чуть удивленно посмотрел на Эрика.

— Вы, наверное, военный? И, по всей видимости, командир?

— Ну-у-у…  — теперь уже слегка смутился Эрик. Не рассказывать же ему кто он такой на самом деле. Неизвестно, как отреагирует. — Да. Я капитан.

— Что с вами случилось? Где ваш корабль? Команда?

Эрик чуть отвернул голову. Как мог, старался об этом не думать, а этот напомнил, растравил. Коротко бросил:

— Пираты.

Теодор выдохнул:

— Ужасно. Как вам удалось спастись?

— Потом об этом. Скажи, наконец, как эти типы, что сейчас загорают кверху брюхом, сюда попали? Если им путь сюда прегражден? Я не из любопытства спрашиваю. Как бы новые гости не появились. Тем же путем.

— Они сюда приплыли.

Эрик завертел головой.

— На чем?

— Э-э-э. Была у них лодка. В море унесло.

— Не боишься, что новые приплывут? Тоже на лодке?

— Нет, не боюсь. Не переживайте. Не появятся они здесь, уверяю вас.

Что-то он темнил. Хотя понять можно. Свалился на него странный незнакомец, сомнительного вида, оборванный, хамоватый, вот и темнит.

— Чем я могу вам помочь? — продолжил Теодор.

Верблюд за его спиной еще раз плюнул.

— Чего он плюется все время? — спросил Эрик.

— Косточки. Их он не любит. Так, может вы все-таки чего-нибудь хотите?

Эрик проводил взглядом плевок, прикинул расстояние, отодвинулся и честно сказал, чего хочет:

— Я б, пожрал. И хорошо бы не финики.

Они сидели около шатра, напротив друг друга, на тех самых разломанных ящиках. Деревянные вертикальные решетки были сломаны и торчали обломками наружу. У Эрика в руках была тарелка с сушенным мясом и подсохшей, но такой вкусной кукурузной лепешкой. С набитым ртом он слушал рассуждения Теодора о трудностях купеческой жизни. Теодор рассказывал неохотно, будто оправдываясь, что он здесь делает. Кроме-того он все время беспокойно заглядывал Эрику за плечо на связанных коротышей. Эрик связал троицу спинами друг к другу, усадил подальше от берега и воткнул во рты по кляпу. Один из них уже пришел в себя и пытался подняться, но тела остальных ему мешали. Он что-то сердито мычал сквозь тряпку, но Эрик не обращал внимания и слушал молодого купца.

— Это нелегкая работа. Единственная радость, сам маршрут — пираты на нем появляются редко. Семейное дело. От отца мне досталось. Больше десяти лет назад впервые он сюда заплыл, приглядел, что звери здесь редкие, таких больше нигде не было, и стал их потихоньку вылавливать. Не сам, конечно. Он вроде меня был — тоже тощий и все больше по купеческой части. Охотников привозил.

— Охотников? — с набитым ртом переспросил Эрик, — так они охотились или все-таки ловили?

— Это я звероловов так называю — отмахнулся Теодор. Охотники, звероловы — какая разница? Звероловов. Рокских, Фраккарских, Сакульских, Рапайских. Из тех, что поопытнее. Они ловили, а отец товар на рынки поставлял. Товар штучный, дорогой. А как отец нас покинул, — Теодор возвел глаза к небу, — то дело я возглавил.

— Что-то я таких зверюг у ни на одном рынке ни разу не видел. А я за ночь тут многих навидался. Вот только что волки Ганпагские, так они по всем южным островам бегают. Даже на юге Рапайского каганата водятся. Здоровые гады. Злобные.

— Так я же говорю — товар штучный, — сказал Теодор. Продаю я их все больше тем же рапайцам. Севернее не довезу. Сдохнут, почти наверняка. Они теплолюбивые очень. Сдыхают, я уже пробовал. До сих пор денег жалко — они ж мне дорого выходят. Еще и охот… звероловом платить надо. А они дорого берут. Работа-то опасная. Так, что север для меня закрыт. А вы сами ведь с севера? — спросил он.

Эрик прожевал, потом ответил:

— Да. Не с самого, но…

— А чем занимаетесь? Тоже торгуете?

— Да нет. Я больше по военной части.

— Ах, да. Вы ведь уже говорили. Впрочем, видно. Вы, чувствуется человек жесткий. Значит, корабль был не ваш? Какому королевству служите?

— Диттхардскому — ответил Эрик и почти не соврал. Ликеделл официально числился в составе именно Диттхардского королевства. То, что он совершенно ему не подчиняется, это уже детали.

— Так это еще не Север, — согласился Теодор, — подождите! Вы же сказали, что на вас напали пираты — удивился Теодор. — Это кто же осмелился на военный корабль напасть?

Эрик сосредоточенно жевал. Не подумал. Брякнул, что первое в голову пришло и на тот момент показалось правдивым. Действительно, зачем пиратам на военный корабль нападать? Если они не полные идиоты, конечно.

— Вы, наверное, ценный груз перевозили? — помог ему Теодор. Или сопровождали?

— Да, сопровождал — согласился Эрик.

— А что, если не секрет? Золото?

— Ага. Золото — опять согласился Эрик.

— Эрик?!! — вдруг спросил Теодор.

Эрик замер с набитым ртом.

— Что? — растеряно переспросил он.

— Напал на вас Эрик?! Бешеный?!! Этот мерзавец всем честным купцам поперек горла стоит. Подонок. Совсем крышу ему снесло. Только он способен на военный корабль напасть. У другого пирата наглости не хватило бы. А за этим уже водилось подобное! Вот уж точно Бешеный!!!