Когда мертвые говорят - Роу Анна Мария - Страница 57

Он быстро шел по улицам, рассматривая месиво из снега, льда и грязи под ногами и уклоняясь от прохожих. Люди раздражали, мешали чувствовать свою боль, пытались вольно или невольно вытащить из раковины страданий и заставить жить заново.

Изредка его мог окликнуть кто-то из знакомых. Иногда маг притрагивался рукой к шляпе в знак холодного приветствия, чаще делал вид, что не заметил, или переходил на другую сторону. Например, когда навстречу попалась леди Миранда с компаньонкой. Хотя какая она леди! Пятнадцать лет от роду, будущая сивилла, а гонору и норову вагон! Не повезет тем, кто будет ее телохранителем. Миранда улыбнулась, а ее спутница побледнела и прикрыла рот ладошкой в тонкой перчатке. Ну да, Киану представлял сейчас не самое приятное зрелище: замученный вид, бледный, с черными кругами под глазами и в вечно дурном настроении.

А что прикажете целых два выходных делать?

Парень по привычке оставил освещенные тротуары и направился в сторону трущоб. Побродив пару часов по нищим кварталам и так и не найдя на свою голову приключений, он завернул в первый попавшийся паб, где сразу же стало тихо и пристойно. Слава о сумасшедшем маге, который специально нарывается на драки, постепенно дошла даже до самых упертых. Сначала его пытались обокрасть, потом обучить понятиям, а затем просто убить, чтобы глаза не мозолил. И одиночки, и банда, и с помощью собратьев по колдовскому дару, и просто ножом, кастетом, пистолетом. Рыжему магу что сделалось? Ничего! Отлежится и снова рыщет. А желающих проверить его на прочность хорони потом.

Магия бурлила. Голубые потоки свивались с синими, зеленые стали ярче. Киану уже и не прятал их. Бесполезно. Раньше о таком уровне силы маг и мечтать не мог. А ведь это не предел. Предел своих новых способностей он еще не нашел.

Под утро, сменив несколько пабов и так и не встретив тех, кто бы решил помериться с ним силами, рыжий вернулся в съемную квартиру. Сбросил мятое пальто и упал на диван.

— Ты сегодня неприлично цел! Это как-то непривычно! — Из кресла у камина поднялся высокий русоволосый человек с небольшим шрамом над бровью. Костюм сидел на нем идеально, но щеголем его назвать было нельзя. Слишком властное, жесткое лицо. Нет, граф Мансфилд, бывший начальник Киану, мог быть и остроумным и добрым, но прерогатива видеть графа таким оставалась за его супругой, детьми и друзьями.

— Чего тебе надобно, а? — Киану демонстративно приоткрыл один глаз.

— Скажем, твое стремление к рискованным операциям меня впечатлило!

— И?

— Леди Миллисент рассказала мне о том, с чем вы столкнулись в Грин-холле…

— Давай сразу к делу, а? — окрысился рыжий. — Терпеть не могу всех этих недомолвок и прочего. И да, я не сошел с ума!

О сущности лорда Моро он рассказал только леди Милли, но по намекам графа становилось понятно, что тот в курсе и кто такие сиды, и что они существуют рядом с людьми.

— Не спорю… Кстати, мое предложение все еще в силе. Когда определишься, чего ты хочешь, то милости просим в наши ряды. Думаю, тебе понравится.

— Умереть. — Киану закрыл потускневшие глаза и откинулся на подушки. Умереть и быть рядом с ней.

Он ходил в храм, честно просидел несколько богослужений, но не получил ни облегчения, ни надежды.

Некроманты. О да, их же целые стаи! Хоть в пучки собирай! И разделяй на две кучки: одна вытягивала деньги, обещая войти в контакт с неупокоенной душой, вторая в упор эту самую душу не находила.

— Тебе не понять… — Маг облизал пересохшие губы. Воспоминания о девушке, чьи волосы отливали красным золотом, а улыбка была теплой и светлой, не давали покоя. Ни работа на износ, ни усталость, ни бесконечный риск — ничего не помогало. Не будь он магом, попробовал бы утопиться в алкоголе.

— Я не знал ее, но уверен, она бы хотела, чтобы ты жил! — Дежурная фраза, которую Киану за последнее время слышал чуть ли не ежедневно.

— Ты не знал ее, — скривился рыжий маг как от боли. — Она бы сама хотела жить!

Наверное, это и была ее мечта…

Понимать себя, свои желания и эмоции… Отстаивать себя и свое мнение… Увидеть мир… Познакомиться с интересными людьми… Учиться самому разному, заниматься даже просто чем-то бесполезным, но таким увлекательным… Найти свое призвание… Выйти замуж, родить детей…

Много-много счастливых лет, наполненных самыми разными событиями и чувствами.

Которых у нее не стало!

— И чем ты ей поможешь своей меланхолией?

— Слушай… — Киану сделал попытку разозлиться, но внутри все было черным-черно, пусто и мертво, ростки злости не проклюнулись. — Я сейчас себя еще немножко пожалею, отдохну и пойду опять гулять по Уайтчепел. Там, говорят, неспокойно.

— Небо с тобой! — в притворном ужасе всплеснул руками граф. — После твоих променадов там теперь безопаснее, чем в Гайд-парке! Другого способа встретиться со своей зазнобой не нашел?

— А ты знаешь? Только если сам меня убьешь!

Обычно маги становились сильнее после брака. Вот этот самый Мансфилд. Он и раньше на силу не жаловался, а после встречи со своей супругой, говорят, запросто многих архимагов может на обе лопатки уложить. Но, как оказывается, подарки сидов имели аналогичный эффект. С чего бы это Моро стал увеличивать его потенциал в несколько раз? Очередная его игра?

Теперь найти того, кто был бы сильнее, стало весьма проблематично.

— Что ж, я могу помочь тебе. — Мансфилд брезгливо ткнул носком ботинка уголок скомканного ковра. — Если ты согласишься выполнить одну небольшую услугу. А то ты как-то неэффективно самоубиваешься.

— И что нужно сделать? — Сейчас Киану хотел, только чтобы граф от него отвязался, и готов был согласиться на все.

— Прийти на танцевальный вечер к леди Миллисент. Она буквально требовала твоего присутствия.

— С каких таких пор сивилла занимается светской жизнью?

На такое Киану не подписывался.

Мансфилд пожал плечами.

— Думаю, ее Миранда уговорила. — Это объяснение звучало еще бредовее. Будущая сивилла оказалась еще и талантливым некромантом, предпочитала все время проводить в лабораториях или в библиотеках и по-прежнему надеялась, что леди Милли все-таки выберет другую преемницу. — В любом случае ты приглашен. А я вызвался тебя туда доставить. — Граф скривился от предстоящей перспективы, окинул взглядом неубранную холостяцкую берлогу и закатил глаза. — В приличном состоянии.

ГЛАВА 25

…и Эвридику

Особняк леди Миллисент Мак-Грегор находился в престижном тихом районе. Небольшой дом в два этажа с верандой и огромным садом вокруг. С ранней весны до поздней осени здесь цвели цветы. От крохотных и неприхотливых до необычайно крупных и редких. Газоны же почему-то сивилла не признавала.

Иридодиктиумы и нарциссы сменяли крокусы и подснежники. Ждали своей очереди тюльпаны, ирисы, незабудки, анютины глазки, разноцветные розы, примулы, герань и столь любимая бабушкой манжетка. Она испытывала странную привязанность к этому растению с круглыми, волнистыми по краям листьями, на которых словно жемчужинки поблескивали капельки воды. Но не сейчас.

Голые ветви деревьев царапали пустое небо. Дорожка к дому подсвечивалась круглыми наземными фонарями, скрывая грязный снег и раскисшую землю.

Отдав пальто, цилиндры и трости дворецкому, граф Мансфилд и лорд Дей прошли в самый большой зал. Вот ведь как, Киану и не догадывался, что его для балов можно использовать.

Портьеры повесили светлые, паркет натерли, люстры почистили от ныли, и они сияли как маленькие солнышки. Небольшой оркестр начал уже наигрывать что-то незамысловатое, и две или три пары кружились в вальсе.

— Где здесь фуршет? — Воздушный колдун дернул себя за шейный платок, который, казалось, душил и не давал дышать. — Я поем и пойду.

— Куда? — Мансфилд схватил его за руку и не дал сбежать в соседние комнаты, где рядом со столами, изящно сервированными закусками, играли в карты те, кто не желал танцевать.

— Ты меня привел? Привел. Долг выполнил, так что свободен. И я тоже.