Мадемуазель Каприз (СИ) - Бэйн Екатерина - Страница 31

— Ах, ты не знала? И где Кейн, ты тоже не знала? Черт возьми! Ты идиотка, Элви! Ты полная дура!

Эльвира вытащила глаза, хотя и была очень испугана.

— Почему? — глупо спросила она, поскольку ничего другого не приходило ей в голову.

— Да потому, что это на самом деле так и есть, — разозлился Рэдклифф окончательно, — ты дура потому, что вбила себе в голову какие-то глупости! Как ты могла позволить им сбежать?

— А что я должна была делать? — вскричала она, — что? Пусть сбегают, почему меня должно это трогать?

— Вот, именно об этом я и говорю. Ты позволила этому скотине Кейну задурить ей голову этим побегом и отпустила их! Ты дура! Ты не подумала о том, что теперь будет? Что теперь будет с этой глупой, сопливой дурехой?

— А почему это меня…, - начала возмущаться Эльвира и запнулась, — ты о ней беспокоишься? — уточнила она для верности, глядя на него широко раскрытыми глазами.

— Ну конечно, я за нее беспокоюсь, потому, что я за нее отвечаю! И я не должен был допустить, чтобы она сбежала с Кейном!

— Да? А может быть она хотела с ним сбежать? Может быть, она в него влюблена?

— Она любит его не больше, чем я, это даже слепому видно. Она держит его за мальчика на побегушках, но Кейн отнюдь не так глуп. Черт! Где они теперь могут быть? — Рэдклифф в ярости пнул ногой полуоткрытую дверь, — спасибо тебе, Элви, ты оказала мне необыкновенную услугу.

И он быстро пошел по коридору к лестнице. Эльвира посмотрела ему вслед, моргая ресницами, а потом опомнилась и бросилась следом.

— Куда это ты идешь, Джим?

— Туда, куда ты меня отправила.

— Я тебя отправила? Ты в своем уме?

— Да, именно ты! Это по твоей милости Кейну удалось ее похитить!

— Похитить? — вскричала миссис Томпсон на весь дом, — как бы не так! Она сама хотела сбежать, ясно это тебе? Она просто мечтала об этом!

— Вот именно. Кейн задурил ей голову, а ты, вместо того, чтобы помешать, отпустила их.

— Задурил голову?! — Эльвира уже не просто кричала, она вопила.

— Хватит орать, — грубо оборвал ее Рэдклифф, — я примерно представляю, куда они могли отправиться, но мне нужно поторопиться. Ты даже не подумала о том, что может с ней случиться! Ведь это опасно. В проливе полно пиратов, которые могут напасть на их судно. Этот тупой кретин Кейн, конечно, ни о чем таком не думал. Да как вообще можно было отпускать эту глупую девчонку? Тут совсем без мозгов надо быть.

— И что я, по-твоему, могла сделать?

— Да что угодно! Все, кроме того, что ты сделала. У тебя в голове бродят совершенно идиотские мысли.

— Неужели? Да ты только себя послушай! И после всего этого ты еще утверждаешь, что мои подозрения беспочвенны?

— Вот именно!

— Ты еще скажи, что относишься к ней, как к дочери, — презрительно фыркнула Эльвира.

Рэдклифф посмотрел на нее, как на умственно отсталую.

— Ну, мне некогда тут стоять и переливать из пустого в порожнее. Я спешу.

— Ты собрался ее искать?

— Совершенно верно. И когда я ее найду…

— "Если", — выделила это слово женщина, — "если", а не "когда".

— Нет, Элви, именно "когда". Никаких "если". Можешь быть в этом уверена.

— И он еще называл меня идиоткой! — совсем распалилась Эльвира, — да это ты идиот! Ты, ты, ты! Идиот, ясно? Ты — идиот!

Она еще долго повторяла это слово, хотя входная дверь давно захлопнулась, выпустив последнего гостя.

Оказавшись на борту корабля, Валентина с изумлением узнала, что была заказана только одна каюта. Эта новость повергла ее в легкий ступор.

— Я не понимаю, — пробормотала она, — почему одна? Вы плывете один? — спросила девушка у Патрика.

— С вами, — отозвался Патрик, — просто я сказал, что мы — муж и жена.

— Да? И зачем вы это сказали?

— Но вы ведь обещали выйти за меня замуж.

— Я? Вы бредите? Я никогда этого вам не обещала.

— Но вы сами сказали…

— Я сказала, что подумаю. Только и всего. По-ду-ма-ю, — по слогам повторила она, — так что, будьте любезны, ступайте и закажите еще одну каюту для себя. Или можете оставаться на берегу. Я не возражаю.

С этими словами она развернулась и направилась к двери заказанной каюты. Патрик молча смотрел ей вслед, не в силах ничего сказать. Он видел, как она входит вовнутрь, а потом закрывает за собой дверь и запирает ее на два оборота, и только тогда очнулся.

— Мисс Лефевр! — Кейн кинулся к двери и застучал в нее кулаками, — откройте! Нам нужно поговорить!

— Мне не нужно, — отрезала Валентина, — а если вам нужно, то идите и поговорите с кем угодно. На судне полно свободных кают. Идите и закажите себе любую. И прекратите тарабанить в мою дверь, я спать хочу.

Патрик так и поступил, но только потому, что судно отплывало через пятнадцать минут. День назад, покупая два билета на этот корабль, он был уверен, что Валентина сдастся, если ее поставить перед фактом. Но, видимо, этого было недостаточно. Нужно запастись терпением, а главное, нужно помнить, что здесь она находится в одиночестве, без какой бы то ни было помощи. А стало быть, должна понимать, что ее некому будет защитить. Здесь нет Рэдклиффа, за чью широкую спину можно было спрятаться. Здесь есть только он, Патрик.

Валентина осталась верна своему слову и проспала до самого обеда, наверстывая упущенное ночью. Она спала бы и дальше, но голод давал о себе знать.

Патрик поджидал ее на палубе, твердо вознамерившись продолжить свои увещевания, которые в свете недавних событий очень смахивали на угрозы.

— Мисс Лефевр, нам нужно поговорить, — вместо приветствия завел он старую песню.

— Добрый день, — отозвалась она и заметила, — здороваться со мной вы уже не считаете нужным, месье Кейн?

— Здравствуйте. Мисс Лефевр, я узнал, здесь на судне есть капеллан.

— Я рада, — с полной серьезностью заметила она, — иногда, знаете ли, его услуги могут понадобиться. Не дай Бог, конечно, но в жизни всякое может случиться.

— Что вы имеете в виду? — Кейн захлопал глазами, словно наивная воспитанница пансиона.

— Я имею в виду похороны, — пояснила девушка, еще более серьезно, чем это было возможно.

— О Господи, — вполне к месту воскликнул Патрик, — нет, я имел в виду другое. Здесь мы можем обвенчаться прямо сейчас.

— Месье Кейн, — тут Валентина тяжело вздохнула, — я уже сто раз вам говорила…

— Да, я помню. Вы говорили, что подумаете. И что вы надумали?

— Ничего. Я не хочу выходить за вас замуж, месье Кейн. И никогда не хотела. Вот так. Ясно это вам?

— Но… но почему же тогда вы говорили, что подумаете?

— Чтобы вы не слишком расстраивались. Ведь это дает хоть какую-то надежду.

— Понятно. Такое легкое, необременительное обещание, ни к чему не обязывающее, чтобы продолжать морочить голову, но не оттолкнуть окончательно, — скрипнул зубами Патрик, — у вас это хорошо получается, мисс Лефевр. Только вам следует понять, что не со всеми можно так поступать.

— Вы мне угрожаете? — ахнула Валентина, — да как вы смеете говорить такое одинокой, несчастной и беззащитной девушке?

— На эту удочку вы меня уже не поймаете.

— Ах, так, — тут девушка резко развернулась, — в таком случае, месье Кейн, считайте, что мы с вами более незнакомы. Да, кстати, назовите сумму, в которую обошелся вам мой билет, я вам ее верну.

— Не глупите, мисс Лефевр, вам некуда идти и вы это знаете лучше, чем я.

Презрительно фыркнув, она удалилась.

Выходка Кейна немало возмутила ее. Вот, как он запел! А раньше казался тихим, робким и несмелым. Оказывается, это только видимость, а на самом деле он — наглец, каких мало. Да Рэдклифф по сравнению с ним — несмышленый младенец.

Размышляя об этом, Валентина едва не налетела на троих пассажиров, также прогуливающихся по палубе. Одним из них был мужчина лет сорока, две других дамы. Одна — лет тридцати с хвостиком, а вторая лет шестнадцати. Совсем молоденькая, худенькая девушка с миловидным личиком.