Мадемуазель Каприз (СИ) - Бэйн Екатерина - Страница 15

Рэдклифф лежал на полу и видел занесенный над ним стальной клинок. Он из последних сил пытался сдержать руку пирата, но кинжал приближался к его лицу с неумолимостью смерти. Наконец Рэдклифф понял всю бесполезность своих попыток. Напоследок мелькнула мысль, что сейчас он умрет от рук грязного матроса из-за истеричной девчонки, которую давно пора было выдрать розгой как следует за ее капризы.

Вдруг тело пирата напряглось, а потом тяжело осело. Кинжал выпал из его руки и со звоном упал на пол.

Рэдклифф с трудом спихнул тело от себя и поднялся на ноги.

Валентина замерла с лампой в руках, напряженно глядя на неподвижное тело. Ее не сразу посетила мысль о том, что он может быть мертв. Но когда до нее дошло, девушка с воплем отбросила от себя лампу, на которой могли быть следы крови.

— Мама! — взвизгнула она, — ой, мама, он умер, да?

Рэдклифф пригляделся к неподвижному телу и отозвался:

— Да нет, кажется, живой. Он только оглушен.

— Живой? — переспросила девушка, осмеливаясь взглянуть на пирата, — точно?

— Сейчас проверю. У вас есть вода?

— Вода? Зачем? Ах, да. Вон там, в ведре, — она указала в угол, где должно было стоять ведро и упала на стул.

Ее не держали ноги и не переставало подташнивать.

Рэдклифф взял ведро и подойдя к пирату, окатил его водой с ног до головы. Спустя пару секунд тот застонал, пошевелился и открыл глаза. Его рука потянулась к ножу, валяющемуся рядом, но капитан успел отшвырнуть кинжал пинком в угол.

— Да уберите же его, — сказала Валентина, — что, он так и будет тут валяться?

Рэдклифф едва заметно вздохнул, потом покачал головой. А пират выругался и притом весьма грязно.

— Ладно, — произнес капитан, — придется его убрать. Тина, будьте так любезны, откройте дверь.

— Она открыта, — непонимающе отозвалась она, но тут же сообразила, — ах да, конечно.

Валентина встала со стула и слегка пошатываясь, подошла к двери. Ей пришлось приложить некоторые усилия, чтобы сдвинуть ее с места.

После этого Рэдклифф выволок пирата на палубу и оттащил подальше в сторону, бросив на кучу свернутых толстых канатов. И вернулся в каюту.

Тем временем Валентина схватила графин, обнаружила, что он пуст и совсем расклеилась. У нее начиналась морская болезнь, самая неприятная вещь, которая может приключиться в море, кроме разве что, нападения пиратов.

— Что мне еще требуется убрать? — осведомился капитан.

— Тут все можно убирать, — пробормотала девушка, совершенно не интересуясь происходящим и придерживая голову рукой.

— Что это вы такая зеленая?

— Я зеленая? — попыталась, было, возмутиться она, но для этого требовались силы, которых у нее не было.

Тогда Валентина просто махнула рукой.

— Все еще переживаете из-за того негодяя? Да успокойтесь, он цел и невредим. А то легкое сотрясение мозга, которым вы его наградили, почти не произвело на него впечатления.

— Делать мне нечего, переживать из-за его головы, — фыркнула девушка, — просто мне плохо. Да вам-то что?

— Ох, начинается, — вздохнул тот, — мне ничего, раз вам это нравится.

— Нравится, конечно! Я просто в восторге. Жуткая, омерзительная гадость. Все качается. Что может быть приятнее?

Скорчив гримасу напоследок, Валентина отвернулась и тут же слетела со стула, словно в ней распрямилась какая-то пружина.

Она увидела, как еще один любопытный пират, наполовину просунувшись в иллюминатор, наставил дуло пистолета прямо в спину ничего не подозревающего Рэдклиффа. Его палец находился на курке.

— Мама! — вскричала девушка, — он сейчас выстрелит!

Капитан стремительно обернулся. Поняв, что раздумывать некогда, а делать что-либо поздно, он прыгнул на Валентину и повалил ее на пол. Выстрел прозвучал секундой позже. Пороховой дым заволок каюту, пуля рикошетом отскочила от стены вместе с несколькими мелкими щепками.

В следующее мгновение Рэдклифф выхватил свой пистолет и прострелил пирату лоб. Оружие вывалилось у последнего из рук и он бессильно повис на иллюминаторе.

Капитан поднялся с пола и рывком поставил Валентина на ноги, ожидая возмущенных воплей. Но Валентина только поморщилась и потерла лоб.

— Будет шишка, — констатировала она, — Боже мой, да он мертвый!

Ее указующий перст обвиняюще указывал на пирата.

— Естественно, — подтвердил Рэдклифф, — а вы чего хотели?

— Ничего, — проворчала Валентина.

— Вот и молчите.

Подняв с пола пистолет убитого, он сунул его в руки девушки.

— Мне нужно идти, — сказал Рэдклифф, — заприте дверь и сядьте в угол, чтобы вас не было видно. Пираты слетаются сюда, словно мухи на мед.

Он одним толчком вышвырнул труп из каюты и посмотрел на девушку, которая отозвалась:

— Но я…

— И не возражайте мне, сделайте милость.

— Не затыкайте мне рот! — разозлилась Валентина, — как я запру дверь? Она сломана. Вы что, этого еще не заметили?

— Черт возьми, — потерял терпение капитан, поднял с пола стул и показал его девушке, — вот, вставьте в ручку. С этим-то надеюсь, справитесь?

— Один вы все умеете, — обиделась она, взяв стул.

— Вот и прекрасно, — с этими словами Рэдклифф вышел.

Как ни была Валентина сердита, но драгоценного времени терять не стала, даже позабыв про морскую болезнь. Она поспешно подперла дверь стулом, схватила пистолет и устроилась в самом темном углу, который не просматривался из иллюминатора. Слова Рэдклиффа показались ей вовсе не пустой угрозой.

Через несколько минут девушке пришло в голову, что она совершенно не умеет пользоваться оружием. Она никогда не училась стрелять. Правда, как-то отец пытался заняться этим, но тетушки подняли страшный крик. Они твердили, что девушке не следует знать, что такое оружие. И вот теперь, по милости трусливых теток Валентина не знала, что именно следует ей делать, когда какой-нибудь не в меру наглый пират полезет к ней в иллюминатор.

Осмотрев пистолет, Валентина пожала плечами. Тот тип, что заглядывал к ней, сжимал его за ручку и наводил дуло на цель. А его палец находился на курке. Вот эта штука внизу и есть курок, кажется. На него нужно нажимать. Даже если у нее и не получится, она сумеет напугать непрошенных гостей одним видом оружия. Говорят, это производит неизгладимое впечатление.

Между тем, шум на палубе постепенно утих. Большинство пиратов было убито, остальные сдались. Английские матросы перебрались на сдавшийся корабль и рыскали повсюду в поисках добычи по неписанным морским законам.

Валентина об этом не знала, так как до сих пор не осмеливалась осмотреться. Она все еще сидела в углу, сжимая пистолет. И ее ожидание было вознаграждено. Она увидела чью-то голову, просунувшуюся в иллюминатор и с нетерпением оглядывающуюся. Без промедления девушка выставила вперед руку и нажала на курок. Это вышло у нее так, словно она всю жизнь только тем и занималась, что стреляла. Прогремел выстрел.

— Черт бы вас побрал, Тина! — услышала Валентина знакомый голос, — проклятье! Где у вас глаза?

— Это вы? — спросила она, — я в вас попала?

— Вам повезло. Нет.

— Тогда зачем так вопить?

— Черт побери, откройте дверь.

Валентина сунула пистолет подмышку и шагнув к двери, освободила ручку от стула. Не успела она отойти на два шага назад, как дверь распахнулась и вошел Рэдклифф. Лицо и руки у него были грязные от порохового дыма.

— Если б вы в меня попали, негодная девчонка, я б с вас шкуру спустил, — пригрозил он.

— С простреленной головой это очень трудно делать, — отпарировала Валентина.

Он хмыкнул.

— Ну как? Вы всех пиратов убили?

— Ну и вопросы у вас. А вообще, да. Все закончено.

— Вот и прекрасно. Значит я могу спокойно вздохнуть.

— Вы думаете только о себе.

— Вы тоже можете спокойно вздохнуть, если хотите, — Валентина вернулась на стул и поморщилась.

— Дайте сюда пистолет, — с этими словами Рэдклифф забрал у нее оружие и сунул себе за пояс, — когда он в ваших руках, очень трудно спокойно вздыхать. И вообще, лучше бы посмотрели, на кого вы похожи.