Охотники на принцесс (СИ) - Болдырева Ольга Михайловна - Страница 97

— Нери! — окрик сестры донесся будто бы через слой ваты.

Ничего. Все в порядке.

— Лежать, падаль, — громкий смех ударил по ушам волной боли.

Цепляясь за камни, я попытался устоять на ногах, но новый приступ дурноты резко дернул реальность, опрокидывая ее на меня. Кажется, сотрясение мозга. С трудом удерживая себя в сознании, я сполз на пол камеры. Ощущения были странные: будто бы забрался на ярмарочную детскую карусель, и ее с силой раскрутили.

«И в чем был смысл твоего выступления?» — мысль Лиана была быстрой и тусклой. Я чувствовал, с каким невероятным усилием он сдерживает себя, не дает прорваться даже намеку на эмоции.

Но на самом деле Киллиану было безумно страшно.

«Хотел сделать хоть что-нибудь, прости»

В мыслях перед глазами мелькнуло лезвие кинжала.

— Тебе больше не понадобится язык.

А затем пришла боль, ослепляющая, яростная, вгрызающаяся в каждый нерв, в каждую клетку тела, вбивающая в мозг раскаленные гвозди.

Лиан смог сдержаться, я — нет.

Мой крик заставил демонов выпустить Киллиана и с удивлением обернуться.

— Какой трепетный эльф, — скрипуче рассмеялся один из них.

Все погасло, погрузив меня в темноту — это сознание покинуло Лиана.

— Ему сильно повезет, если подохнет от кровопотери, — следом раздался скрежет давно несмазанных петель, лязг закрывшегося замка и гулкое эхо удаляющихся шагов.

Нас снова оставили одних.

Серебряную принцессу, почти ставшую вдовой.

И меня рядом с умирающим другом.

Глава 32.1

Глава 32

(В которой Лель наощупь проводит ритуал, и всё (в очередной раз) выходит не так, как ожидалось)

Друзей выбираем мы сами,

но лучших оставляет время.

NN

Сглатывая подкатывающие к горлу комки тошноты, кое-как ворочая ставшее непослушным тело, на локтях я упрямо пополз к Лиану. «Даже не думай умирать!» — не знаю, для кого я продолжал повторять про себя эту мысль. Только если для создательницы — никто другой меня сейчас не слышал.

Еще никогда преодоление нескольких метров не оказывалось настолько сложным и долгим. Нэль молчала, и я плохо понимал, сколько уже ползу; в голове смешались в кашу чувство времени и пространства, мне казалось, что пол с потолком постоянно меняются местами, я падаю, но почему-то продолжаю ощущать холодный камень, из последних сил цепляясь за неровные стыки плит. Сначала я почувствовал теплую липкую кровь, вляпавшись в неё ладонями, и даже обрадовался. Значит, ползу в правильном направлении, ведь каждая секунда на счету. Если Лиан упал на спину, то вот-вот захлебнется в крови! Затем, я, наконец, нащупал тело друга. Демон завалился набок, что и сохранило ему жизнь на эти несколько минут. Однако она стремительно покидала Киллиана; мысленно я хватался за связь и ощущал, как золотая цепочка тает в руках.

«Не смей!»

Если бы я мог исцелять! Хотя бы остановить кровь, которая лилась, не переставая, будто бы где-то в Лиане сломался вентиль. Ненавижу демонов, ненавижу людей, ненавижу сестру! Я глухо зарычал и зубами вцепился в свои запястья, раздирая недавно поджившие шрамы.

— Нери, остановись! — тут же отреагировала сестра, поняв все превратно. — Он не стоит твоей жизни! Пусть катится в Бездну!

— В Бездну покатишься ты, когда я до тебя доберусь, — пообещал, натирая собственной кровью ошейник. Магия смерти внутри меня, а у всего в нашем мире есть свой срок, даже у бездушного железа, которое рано или поздно съедает ржа. Плотное кольцо медленно истаивало, я даже не чувствовал боли: эта была гонка с самим временем. Кто раньше сдастся — Лиан или железка на моей шее.

— Как ты это делаешь? — хриплый голос сестры опустился до еле слышного шепота. Кажется, она боялась. Меня.

И правильно.

Но до Иллинэль мне не было сейчас никого дела.

Ошейник сдался первым. Я тут же вцепился в демона, вливая в него столько силы и искрящегося света из источника, сколько смог зачерпнуть. Если бы потребовалось, я бы иссушил свою магию до капли, лишь бы только удалось вытащить друга из лап Бездны. Но этого не потребовалось. Нить связи перестала таять — она была еще тонка и прозрачна, но я уже знал, что она вот-вот начнет наливаться золотым цветом, образуя знакомые и теплые звенья цепи. Кончиками пальцев, на которых играла магия, причудливо перемешав и жизнь, и смерть, я ощутил, как края раны медленно сошлись. Обрубок, оставшийся от языка, перестал кровоточить, затянувшись грубой коркой. Этим можно было заняться позже. Хотя я не был уверен, что что-то можно будет кардинально исправить и найти целителя, который полностью восстановит утраченное. Теперь нужно было сосредоточиться и освободить Лиана от крови, уже попавшей в горло и перекрывшей дыхательные пути.

А уже потом с чистой совестью потеряю сознание…

— Нельзя, мой принц, — тихо проговорила у самого уха Вита, — держись.

Судя по тому, что сестра не спешила вскрикивать и спрашивать, кто это и что происходит, некромантка — просто плод воображения. Отчаянная вера в то, что хоть кто-то всегда будет рядом и придет на помощь.

— Если ты проявишь слабость, пропустишь возвращения демонов. И тогда уже никого не сможешь спасти.

— Ты же мечтала о смерти Киллиана! — горько напомнил я и снова вцепился в запястья, не позволяя повреждениям затягиваться: еще нужно было избавиться от оков на руках.

— И она причинила тебе столько боли, что я не смогла просто смотреть, — призналась Вита. — Ты все равно уйдешь со мной, Лель, когда защитишь друга. Вместе мы сделаем это. Прямо сейчас. Только будет больно, мой принц.

Подумаешь!

— Как-нибудь переживу.

Вита звонко рассмеялась получившемуся каламбуру — ведь я пообещал уйти с ней. Значит, «пережить» это мне точно не грозит.

Боль, после всего, что со мной уже случилось, почти не пугала.

— Тогда не теряй сознание. И, боюсь, нам также понадобится помощь твоей сестры.

Я скривился. Дыхание Лиана, наконец, выровнялось, но он продолжал пребывать в глубоком беспамятстве. Нэль? Да, глаза сестры и ее материальность мне пригодятся, без этого никак. Но я совершенно не уверен, что сестрица согласится помогать. Скорее, после озвучивания плана решит и меня прикончить заодно с Киллианом. Вряд ли Серебряная принцесса мечтает о брате-некроманте. Ее кумиром всегда оставался блистательный прекрасный Айрэль, который многим казался воплощением эльфийского идеала; с ним у Иллинэль всегда складывались теплые отношения, не то, что со мной.

Пошарив по поясу и карманам, я ожидаемо не нашел в них даже носового платка. Не представляю, как провести ритуал без нужных трав и камней. Хотя, если честно, и с полным набором ингредиентов все оставалось бы под большим вопросом, так как обряд продолжал пребывать в виде идей и набросков. Я судорожно попытался вспомнить, брал ли вообще с собой что-то с утра или все осталось в гостиничном номере? Обычно я носил на поясе небольшой мешочек с самым необходимым, но хватит ли пары щепотей и нескольких полудрагоценных осколков?

— Нэль, ты не видишь, куда кинули мои вещи? Или их здесь вообще нет?

— Пара плащей и еще какое-то барахло валяется за прутьями на стуле для надсмотрщика, — нехотя ответила Иллинэль. — Не дотянусь. Или ты и решетку сможешь расплавить?

Во мне не так много крови.

— Зато в тебе есть сила, — успокаивающе прошептала Вита, — просто ты еще не умеешь ей пользоваться. Но мы обязательно справимся. Я попробую подтолкнуть вещи к твоей сестре.

Что?

— Если она не согласится — ползи на мой голос, сделаем сами, — спокойно добавила моя мертвая человечка, и я перестал ощущать рядом ее присутствие — тонкий холодок, тянущийся по венам к сердцу, и острое чувство вины.

— Нэль, послушай, — я постарался сделать голос твердым, — я собираюсь провести один ритуал. Тебе он не понравится, но всё-таки прошу помочь. Связь уже не разорвать: злись, продолжай обрастать шипами, будто терновый куст, плюйся ядом или беги на край света — тебя больше никто не попытается остановить. Лиану не нужны ни твоя жизнь, ни любовь, ни семья. Я хочу его спасти, он достойный… демон.