Лик Зверя (СИ) - Блюм Василий Борисович - Страница 67

Перешагивая лужи, Ольга наслаждалась свободой. Забытое чувство, пьянящее сильнее вина. Она не отказывала себе в потребностях и раньше, но мысли о работе вызывали внутреннее напряжение, не позволяя расслабиться даже на выходных. И лишь теперь, разом лишившись всех обязательств, Ольга ощутила, как расслабляется тело, не стянутое более невидимыми, но чрезвычайно прочными путами разума.

Дышалось легко. Насыщенный ароматами пробуждающейся природы, свежий весенний воздух струей вливался в легкие, будоражил чувства, отчего сердце начинало биться сильнее, а губы расползались в улыбку. Животворящее дыхание весны обновило тело, наполнило душу радостью, вернув забытые ощущения детства. Чувствуя себя ребенком, Ольга прыгала через лужи, наблюдала за снующими по кустам воробьями, надолго останавливалась, высматривая в небе рыхлые туши облаков, складывающиеся в фантастические фигуры.

Переливчатая трель мобильника вернула к реальности. Со вздохом отвернувшись от скамейки, где, угнездившись на небольшом сухом пятачке, важно восседал кот, Ольга достала телефон, мельком взглянув на дисплей, сказала приветливо:

— Здравствуй, Леонид.

Собеседник хмыкнул, сказал:

— Привет, привет. Вижу, ты в отличном настроении. Произошло что-то хорошее?

Ольга сказала со смешанным чувством:

— Это, смотря как оценивать. Но, да, произошло. Ты что-то хотел?

Леонид предложил:

— Знаешь, а не прогуляться ли нам вечерочком? Последняя наша встреча произвела на меня… глубокое впечатление.

Ольга сказала насмешливо.

— Так ты прогуляться хочешь, или… обновить глубокое впечатление?

— Не буду кривить душой, не откажусь обновить, но и просто прогулкой буду доволен.

Ольга отняла мобильник от уха, взглянула на дисплей, вновь поднесла.

— Сейчас половина пятого. Во сколько ты хочешь встретиться?

— Вероятно, после окончания рабочего дня. Я-то свободен, но вот ты…

— Я тоже. Предлагаю не откладывать, и встретиться прямо сейчас, — подытожила Ольга.

Не скрывая удовлетворения, собеседник откликнулся:

— Что ж, отлично. Значит, возле «Победы». Ты ведь знаешь, где находится кинотеатр?

— Знаю.

Убрав мобильник, Ольга двинулась к остановке. Она не испытывала особого желания встречаться с Леонидом, но в свете последних событий образовавшийся избыток времени нужно было куда-то использовать. Автобус довез до кинотеатра быстрее ожидаемого. Не обнаружив спутника, Ольга зашла в холл, принялась с интересом рассматривать афиши. Яркие, бросающиеся в глаза плакаты призывно пестрят со стен, завлекая сочной картинкой. Ольга вспомнила, что не заходила в кинотеатр уже несколько лет. Она никогда не была поклонницей подобного вида творчества, безжизненной картинке экрана предпочитая живую игру актеров театра, посещая кинотеатр лишь изредка, когда в прокат выходил какой-нибудь особенно хороший фильм.

Взгляд скользнул по плакатам, выхватывая имена актеров: одно, второе, третье… Глаза бежали по буквам, не задерживаясь. Ни одной знакомой фамилии. На экраны вышло новое поколение актеров, а, быть может, не востребованные, из памяти стерлись даже следы воспоминаний былых имен. Ольга прошлась по вестибюлю, постояла возле кассы, и уже потянулась к телефону, когда за стеклами входных дверей обозначился Леонид.

Ольга подошла к выходу, остановилась, ожидая, что спутник заметит, но тот, хоть и вертел головой по сторонам, упорно не желал оглядываться. Леонид напоминал потерявшегося ребенка, что высматривает родителей прямо перед собой, не догадываясь, что мать стоит за плечом, и стоит лишь обернуться… Вздохнув, Ольга вышла на улицу, кашлянула, привлекая внимание.

Леонид обернулся, сказал удивленно:

— Так ты уже здесь! А я-то по сторонам смотрю, даже и не подумал, что успеешь раньше меня.

— Куда поедем? — поинтересовалась Ольга.

Леонид помялся, сказал:

— Знаешь, такая отличная погода сегодня, может, пройдемся? К тому же, я не на машине…

Ольга пожала плечами, взяв спутника под руку, легко согласилась:

— Как скажешь.

Они прошли через парк, двинулись вдоль одной из улочек. Леонид говорил не переставая, смеялся, жестикулировал. Ольга слушала вполуха, порой кивала, поддакивала, особенно не стараясь вникнуть в смысл разговора. Голос спутника действовал умиротворяюще, подобно журчанию ручья, и Ольга погрузилась в себя настолько, что опомнилась лишь когда ее с силой потянуло назад. Сморгнув, она вернулась к реальности, непонимающе огляделась.

Напротив поблескивают подсветкой дымчатые стекла витрины кафе, Леонид стоит рядом, в глазах застыл вопрос. Ольга поморщилась, произнесла:

— Извини, я немного задумалась. Ты что-то спросил?

Леонид улыбнулся, сказал:

— Ничего страшного. Я тоже хорош, заболтался совсем, не заметил, что ты заскучала. Предлагаю исправить упущение хорошим ужином.

— Тогда пойдем.

Ольга сделала шаг в сторону кафе, но Леонид забежал вперед, сказал поспешно:

— Я не хочу испортить впечатление от вечера плохим обслуживанием. Подожди минутку, зайду — посмотрю, что и как.

От неожиданности Ольга остановилась, спросила непонимающе:

— Ты серьезно полагаешь, что обслуживание может быть плохим настолько, что даже не стоит заходить?

Леонид ответил уклончиво:

— Знаешь, я бывал в разных местах, о чем не хочу сейчас вспоминать. Но, поверь на слово, в некоторые заведения лучше не заходить даже на мгновение.

Пока Ольга размышляла над сказанным, Леонид развернулся, быстрым шагом достиг входа и скрылся за дверью. Поведение спутника казалось странным. Оставлять девушку у порога, а самому заходить внутрь, словно это не обычное кафе, а бандитский притон… Возможно, Леонид действительно когда-то не совсем удачно сходил в одно из подобных мест, и теперь, не желая повторять неприятный опыт, излишне перестраховывается. Но, скорее всего, он просто решил произвести на нее впечатление, для чего выбрал столь необычный способ.

Стоять без дела быстро наскучило и Ольга подошла ко входу, но, едва коснулась ручки, дверь резко отворилась. Ольга едва успела отшатнуться, в гневе развернулась, но слова замерли на языке. Из входа, пятясь, вышел Леонид, за ним следом вывалились двое мужчин. Судя по суровому выражению лиц, мужчины были настроены решительно и весьма агрессивно.

Ольга замерла, удивленная прозорливостью спутника. Способность лишь по внешнему виду кафе предсказать предстоящий конфликт представлялась фантастической, если не сказать больше. Ольга отступила на шаг, с интересом ожидая развития событий.

Один из мужчин, что повыше, процедил:

— По-моему, мы уже это обсуждали, но ты вновь и вновь возвращаешься к вопросу.

Второй, пониже, добавил:

— И ведь в прошлый раз ничем хорошим не кончилось.

Леонид отступил, защищаясь, произнес сдавленно:

— Я вам уже говорил, и повторю снова: меня не устраивает такое решение вопроса.

— Придется смириться, — усмехнулся первый.

— Или предпочитаешь по-плохому? — в тон поинтересовался второй.

Леонид обернулся, обнаружив спутницу в шаге позади, вновь взглянул на мужчин, но Ольга успела заметить, как неуловимо изменилось его лицо. Испуг уступил место высокомерию, а губы изогнулись в нехорошей усмешке. Преисполнившись презрения, Леонид процедил:

— Ребята, похоже, вы не отличаетесь умом, а главное, не отдаете себе отчет, с кем связались. Не понимаете слов, придется объяснить делом.

Мужчины переглянулись. Столь разительная перемена в поведении собеседника насторожила. Они некоторое время оглядывались, подозревая подвох, но, кроме случайных прохожих на противоположной стороне улице, вокруг никого не было. Не обнаружив спешащих на помощь наглецу противников, не считать же за серьезного бойца стоящую рядом девушку, мужчины ухмыльнулись, протянули руки. Но, за мгновение до того, как его сгребли за грудки, Леонид отпрыгнул, оказавшись за плечом у Ольги, воскликнул зло:

— Не хотите по хорошему? Придется по плохому!

Парни ухмыльнулись шире. Тот, что повыше, произнес: