Мятежница (ЛП) - Шеферд Майк - Страница 69

— И почему это я начинаю сомневаться в определении слова «деликатно», когда оно звучит от Лонгкнайф? — вздохнул полковник. — Хэнкок, конец связи.

Крис не обратила внимания на последний вопрос полковника. Водитель вывела автобус на посадочную площадку и остановилась у подножия трапа первого посадочного аппарата.

Солдаты с винтовками на плечах гуськом выходили из обоих посадочных модулей. Под звук волынок их шаг на трапе замедлился и, под бдительным взором сержантов, они быстро построились в несколько рядов. Килты солдат были в основном красными с небольшим количеством зеленого, черного и белого. На головах шляпы из шотландки и коричневые куртки, которые под дождем быстро превратились в темно-коричневые. Но для солдатам и сержантам такая погода была все равно, что теплый летний день. Головы подняты высоко, уверенные шаги. Они на параде, и черт с ними, этими ветром и дождем.

Элегантно одетые офицеры сошлись у трапа первого посадочного модуля, так же не обращая внимания на дождь. Крис сбросила накидку и открыла дверь автобуса. Порыв ветра тут же намочил форму хаки, но она быстро зашагала к сформировавшейся офицерской группе. Навстречу вышла темнокожая женщина в килте. Как только между ними осталось два шага, Крис остановилась и козырнула:

— Энсин Лонгкнайф, встречающий базы в Порт-Афинах.

— Майор Массинго, адъютант батальона, — ответила на приветствие женщина и представила ее командиру батальона полковнику Халверсону. Крис уже проверила: Халверсон на полгода моложе Хэнкока, а потому проблем между ними возникнуть не должно. Халверсон казался веселым и был счастлив находиться здесь. Крис подозревала, что он никогда не был там, где стал бы несчастным.

— Майор, предлагаю запустить войска в автобусы, что наша добрая энсин предоставила нам. Несколько недель назад, получив приказ, я боялся, что нам придется идти в город пешком. Под ружьем, не меньше.

Пока майор передавала приказ полковому старшине, а тот выкрикивал приказы ротным сержантам, Крис ввела полковника в курс дел. Было приятно наблюдать за работой командной цепочки, образовавшейся, наверное, еще во времена когда Прекрасный принц Чарльз учился ходить в обход и отступать на настоящих шотландских высокогорьях.

— Я так понимаю, вам понадобится офицерская столовая, сказала Крис, когда солдаты гуськом отправились рассаживаться по автобусам. Хэнкок успел проинструктировать Крис, что неформальный подход к еде, практикующийся на их базе, вряд ли будет соответствовать стандартам горцев.

— Совершенно верно, энсин, — кивнул полковник. — Не стоит смешивать офицеров и всех остальных в одном месте.

— У меня есть подходящий объект в двух кварталах от базы, — заверила его Крис.

— Хорошо. У нас как раз приближается юбилей одного из наших величайших битв — взятие Черной Горы в Саванне, когда полковник Лонгкнайф послал нас присматривать за этой недвижимостью.

— Имею честь быть правнучкой полковника Лонгкнайф, — сказала Крис.

— Для нас будет честью принять вас в качестве гостя в нашей столовой, энсин.

Крис кивнула в ответ на приглашение, и сбросила весь груз ответственности не сходя с места.

— Генерал Тордон тоже мой прадед, — добавила она.

— Господи, мэм! Троубл и Рэй в вашем генеалогическом дереве.

— Это большая честь, — заверила она полковника.

— Если не проклятье, — усмехнулся тот, оставив Крис в задумчивости, когда успели сговориться ли эти два полковника.

Как только Крис довезла войска до базы и отвела Халверсона в кабинет Хэнкока, те заговорили о старых временах, боях и оружии, чем быстро дали понять, что их разговор не для деликатных ушей энсина, так что Крис отправилась в свой кабинет на складе.

У ворот ее встретил Джеб вместе с Сэмом Андерсоном.

— Лонгкнайф, не возражаешь добавить в штат еще пару мастеров? Для меня ночи становятся, чем дальше, тем длиннее.

— Сэм, ты хочешь на меня работать?

— На затонувшем ранчо сложно пасти коров. Люди нашли мне и моим людям место, где можно отдохнуть, но нам нужна работа, даже если просто за еду.

— Оплата не так уж и велика, — заметила Крис. — Вардхейвенский доллар в месяц.

— Лучше, чем ничего. После вашего чуда мы думаем, что должны вам.

— Это было не мое чудо, — Крис покачала головой. — Вы, парни, работали так же усердно, чтобы поднятья на ту скалу.

— Я имею в виду другое, мэм. Уже чудо то, что вы узнали о наших неприятностях. Услышали нашу передачу по радио. Оно хорошо для разговоров вдоль каньона, но из-за скал и прочих возвышенностей мы больше ни с кем не разговаривали. Пятнадцать-двадцать миль от нас уже все. На вершине каньона когда-то стоял ретранслятор, а понизу проложили провод. И то, и другое смыло шесть, а то и все семь месяцев назад.

— Спутники? — спросила Крис. Премьер-министр всегда говорит, что чудеса — объяснение совершенно понятных событий, используемое ленивыми людьми... как только применяешь к этим самым событиям логику.

— Летают очень низко над горизонтом. Пока у нас был ретранслятор, никаких проблем не было. Но как только он исчез, связь тоже исчезла. Не могу даже сказать, как мы были удивлены, когда поняли, что вы услышали наш крик о помощи.

Не настолько удивлены, как Крис. Она наняла Сэма и еще одного человека с его фермы для работы с Джебом, присматривающего за складом. Сюда же определили еще нескольких. Остальных приставили к дорожно-строительной команде, которая должна сотрудничать с инженерным взводом горцев и привести в порядок взлетно-посадочную полосу, ставить мосты для автоколонн с продуктами и вообще начинать приводить инфраструктуру планеты в порядок. Эстер с Джебом увидели, на что на самом деле способен Фонд фермеров-переселенцев Рут Эдрис. Перед отбытием с Олимпии Крис предстояло оформить фонд официально.

Еще о многом предстояло подумать, когда Крис уселась за новый стол в новом кабинете на другой стороне того же здания, где взорвали ее старый кабинет. Спенс снова работал, проверяя счета и следя за правильностью заполнения документов. О многом еще предстояло побеспокоиться.

Так почему же мысли продолжает грызть вопрос радиосигнала, которому, чтобы добраться до базы, нужно несколько раз отразиться и усилиться? Без сомнения, атмосферные условия этой планеты больше чем странные. Никому еще не удалось передать сообщение куда-либо напрямую. Наверное, никто и никогда еще не был настолько отчаян, настолько безжалостен в своих усилиях. Точно. Чудо, получившееся из тяжелой работы умелых рук и перемешивания вулканических выбросов с радиоволнами. Вот и все объяснение.

— Нелли, когда корабль Петервальда вышел на орбиту? — исключим сразу же первый вопрос, который задала бы тетушка Тру.

— Яхта «Барбаросса» вышла на орбиту в четверг, в одиннадцать тридцать семь утра по местному времени.

— Когда ты перехватила сообщение с ранчо Андерсона?

— Четверг, девять сорок два по местному времени.

Ладно, пусть тетушка Тру задаст еще один вопрос.

— Во сколько я первый раз активировала лодку из жидкого металла?

— Четверг, десять двенадцать утра по местному времени.

Крис закусила нижнюю губу. Тетушка хотела задать еще один вопрос.

— Нелли, у «Барбароссы» была возможность видеть каньон?

— Яхта «Барбаросса» находилась на необычно эллиптической орбите, что дает ей стопроцентную вероятность прямой видимости дна Малого Вилли-Каньона в три оборота по орбите и чуть больше пятидесяти процентов еще в четыре орбитальных оборота.

Нет смысла ходить вокруг да около со своим же компьютером.

— Нелли, когда мы перехватили сообщение Андерсона, «Барбаросса» находилась над каньоном?

— Да.

Вот тебе и все. «Чудом» мог быть кто угодно на корабле Петервальда, может даже сам Хэнк, отправивший ее вверх по смертельно опасной реке на лодке с огромной замаскированной дырой. Но то, что Хэнк мог ее убить не означает, что он хочет ее убить. Она не могла быть настолько плохой на первом свидании. Крис попыталась рассмеяться своей же шутке и не смогла. В этом не было смысла. Почему Хэнк Петервальд, его отец или дедушка хотят, чтобы Крис Лонгкнайф умерла?