Мятежница (ЛП) - Шеферд Майк - Страница 65

Когда добрались до низшей точки на тропе, стало понятно, что у старухи появилась проблема: над водой оставалась только ее голова.

— Останьтесь пока здесь, — сказала ей Крис и позвала на помощь Карен. Подхватив старуху с обоих сторон, они переправили ее метров за сто через место, которое совсем основанием сейчас можно назвать рекой. Еще когда Крис была неуклюжим подростком, она фыркала каждый раз, когда представляла себя шести футов ростом. Сейчас добавила бы себе дюйма четыре.

Перейдя на ту сторону, Крис передала Карен фонарик и тут же повернула назад.

— Я с тобой, — предложила Карен.

— Нет, идите по тропе, там дальше суша. Обсохните.

— В такой дождь? — захихикала старуха. — Нечего и мечтать.

Но Карен заставила ее двигаться. Крис же развернулась и пошла обратно, отказываясь верить, что течение стало быстрее, а вода глубже всего лишь за то время, за которое они перебрались оттуда сюда.

И снова, обняв одной рукой женщину с ребенком, второй рукой стала держаться за проволоку.

— Следи за шагом, — сказала она женщине.

Шли медленно, твердо ставя ногу прежде, чем сделать следующий шаг.

Через секунду Крис поняла, что теряет женщину. Крис схватилась, за что могла. Одной рукой схватила женщину за воротник куртки, другой ладонью за проволоку и тут же напоролась на колючку. Железное острие глубоко врезалось в ладонь, но Крис подавила крик, чтобы сохранить воздух, когда женщина с ребенком затащила ее под воду.

Забор предназначался только чтобы отметить тропу, но никак не держаться за него. Когда Крис с подопечной навалились на забор, ближайшие столбы не удержались в размокшей земле. Крис пришлось поднапрячься, чтобы уцепиться ногами в землю и встать потверже, поднять голову над водой, перевести дух, держаться за проволоку, удержать женщину. Каким-то образом и то, и другое ей удалось.

Когда удалось зацепиться ботинком за землю, их успело унести метров на двадцать ниже по течению. Цепляться одной ногой на таком потоке за грязную, затопленную землю не очень удобно, особенно когда приходится держать женщину с ребенком. Голова ушла под воду, пришлось приложить усилие, чтобы всплыть повыше и глотнуть воздуха.

Теперь можно сосредоточиться и на том, чтобы уцепиться за грязную землю обоими ногами. Пока пыталась, сила потока вкупе с весом женщины отнесла ее еще метра на три дальше прежде, чем удалось не только зацепиться ногами за землю, но и встать так, чтобы вода не снесла ее снова.

— Ты как, дышишь? — крикнула Крис женщине, подтянув ту к себе поближе.

— Да.

Несмотря ни на что, она все еще удерживала ребенка у груди.

— Как ребенок?

— Кашляет.

— Хорошо.

Крис повернулась лицом навстречу бушующему потоку воды. Ноги твердо завязли в грязи, сама наклонена почти на сорок пять градусов навстречу потоку. Крис потянула раненую руку, пока шип колючей проволоки вышел из ладони, после чего снова схватилась за проволоку, но уже чуть дальше, между шипами. Рискнула сделать небольшой шаг. Потом другой. Перехватила проволоку между колючками и сделала еще пару шагов. Проверила, все ли в порядке с женщиной и ребенком. Потом повторила все снова.

Вода адски холодная. Одно хорошо, из-за нее раненая ладонь перестала ныть. Теперь вся проблема в том, чтобы крепко держаться за проволоку и за воротник женщины, не дать водному потоку унести ее прочь. Ноги отяжелели, стали свинцовыми, но Крис вытаскивала их по очереди из грязи и передвигала вперед. Осторожно. Осторожно. Не обращай внимания на боль в икрах, на боль в бедрах, что растекается по всему телу.

Прошел месяц, а может, и целый год, когда Крис, шаг за шагом, преодолела бушующее течение. Несмотря на прошедшие эпохи, солнце даже не взошло, чтобы бросить хотя бы слабенький лучик на сражение Крис с водой.

Только когда вода дошла до пояса, Крис рискнула отбросить в сторону проволоку и помочь женщине подняться на ноги.

— Спасибо, — задыхаясь, прошептала та.

Чихнул ребенок. Можно принять за «спасибо».

Потребовалось чуть меньше недели, чтобы добраться до места, где вода достигала только лодыжки. Там их уже ждали Карен и Сэм.

— С вами все в порядке? — крикнула Карен на ухо Крис.

— Сейчас... думаю, да, — ответила Крис, протянув в сторону Сэма раненую руку.

— Посмотрим, может, получится найти что-нибудь в тех медикаментах, что ты с собой привезла.

Медик осмотрел ладонь Крис, как цыганская гадалка. Потом сделал укол, вычистил рану и перевязал ладонь.

— У тебя появятся проблемы, когда будешь карабкаться по веревке, — сказал он. — Я прослежу, чтобы тебя подняли.

— Из-за этой маленькой ранки? — Крис сжала кулак. — Ай!

Адски больно, хотя повязка не особенно тугая.

— Тебя поднимут, — сказал медик и пошел к больным лихорадкой. Над ними соорудили небольшой навес из бревен, что недавно были частью амбара и брезента.

Между скалой и поднимающейся водой толпились восемьдесят человек. Пятеро малышей, к этому времени хорошенько накормленных, играли в догонялки, гоняясь друг за другом между взрослых, а то и по воде, что вызывало улыбки даже у больных.

Крис осмотрелась в поисках, что делать дальше.

Вдруг слева послышался грохот падающих со скалы камней. Секунду спустя вслед за камнями упало одетое в темное тело, ударилось о скалу и, отлетев, накрыло чахлую сосенку. Крис с Сэмом тут же рванули к тому месту, как ожил коммлинк.

— Крис.

— Я знаю, Томми. Вы потеряли еще одного.

Это был Акуба, темнокожий мужчина, приплывший с Крис по реке. Падение уничтожило жизнь в теле. За спиной Крис матери подзывали к себе детей и уводили подальше от этого признака смертности человека, возможно, признака смерти всех их.

— Мы примерно в двадцати метрах от вершины, — сказал Томми через комлинк. — Хороших путей тут нет. Акуба, Хосе и Набиль пробуют три возможных маршрута.

— Акуба разбился, — сказала Крис и посмотрела на фермеров.

Несколько мужчин и женщин преклонили колени, несмотря на грязь, стали молиться. Крис понадеялась, что бог их услышит. По воскресеньям перед резиденцией премьер-министра разворачивалось церковное действо, освещаемое различными средствами массовой информации. И это было все, что ожидал от церкви отец и все, что понимала в ней Крис. Томми сейчас где-то там, наверху, цепляется за камни и тоже молится. Хочется надеяться, что на его мольбу кто-нибудь обратит внимание.

— Я знаю, — сказал Томми. — Хосе с Набилем все еще поднимаются. Когда Акуба сорвался, они даже не оглянулись. Боже, до сих пор думал, что круче космопехотинцев никого нет.

— Оставайся на связи, — сказала Крис и отключила комлинк и крикнула, обращаясь ко всем, кто на нее смотрел. — Через несколько минут все станет известно, — после чего снова посмотрела на тело Акубы. Из кармана его куртки выскользнула небольшая цепочка с медальоном, покрытым арабской вязью. Ислам запрещает картинки, это Крис знает.

— Аллах велик, — тихо прошептала она, посмотрев в мертвые глаза мужчины.

Интересно, нужно ли было тогда помолиться о Вилли. Своем погибшем герое. Еще одно дело, которое лучше научиться делать, если она собирается остаться в этой сфере деятельности.

Если не утонет сегодня.

— Крис, Крис, — прозвучал из комлинка торопливый голос Томми. — Похоже, у Набила проблемы. Оставайся там. Не двигайся, — это Томми кричал уже Набилу, не выключяя связь. — Пусть Хосе доберется до верха, ради Бога, парень, не надо этого делать.

Крис попыталась представить, что происходит там, наверху, над ее головой. Когда поручаешь кому-то работу, ты должен жить с тем, что происходит и получается в итоге, напомнила она себе. Приказала самой себе заткнуться. Последнее, что нужно Томми или любому другому у вершины, это кто-то, кто постоянно отвлекает их, подвергая смертельному риску.

Крис сосредоточилась на том, что может сделать. Вода уже плескалась у тропы на краю поляны. Место падения Акубы, вроде как, показывает, что альпинисты взбираются чуть правее тропы, ближе к реке.