Против течения (СИ) - Рогов Борис Григорьевич - Страница 107

В результате были отобраны команды по десять человек от каждой страны и назначена интеллектуальная игра на период каникул после зимней сессии.

Кроме того, всем звёздам научной фантастики и футурологии были высланы именные приглашения для участия в игре.

Саму игру решили провести на острове Санторин, сняв через подставных лиц самый большой местный отель. Отельеры рады были заработку, поэтому легко согласились сохранять конфиденциальность всего происходящего.

Начало мероприятия было назначено на 24 января. Организаторы почему-то решили, что в университетах сессия уже закончится. Следствием этого стало то, что приехать смогло только пара десятков студентов. Зато совершенно неожиданным был наплыв маститых писателей-фантастов. Начиная от патриарха научпопа или сайнс фикшн Фредерика Пола и заканчивая молодыми начинающими дарованиями из области прогностики и футурологии. Дайана Халперн, Фрэнсис Фукуяма, Льюис Либби и ещё с десяток молодых, но уже успевших дать о себе знать будущих звёзд.

Январское небо над кальдерой древнего вулкана Фера вечером первого дня симпозиума висело так низко, что казалось, вот-вот зацепится сивыми клочьями облаков за верхушки кипарисов окружающих отель. Ветра не было, от этого серое море казалось стальным листом, уходящим к горизонту. Температура к вечеру упала до плюс десяти. Быстрые зимние сумерки заволокли сгущающейся пеленой окрестный берег. Лишь свет в домиках немногочисленных местных жителе на противоположном берегу кальдеры свидетельствовал о том, что жизнь на планете всё-таки существует. С танцпола на первом этаже доносилась бодрая танцевальная «Friday night», напоминая о том, что всякая рабочая неделя должна заканчиваться шумной пятничной вечеринкой.

Константинос Цацос в тёплой лыжной куртке стоял на балконе старого отеля «Анессис». До сегодняшнего дня президенту ещё ни разу не довелось побывать в этом необыкновенном месте. Цацос был далеко не молод, поэтому отдавал себе отчёт, что этот симпозиум может не прийтись по вкусу ни ЦРУ, ни КГБ. Только после долгих уговоров соседям, а по совместительству коммунистическим диктаторам, удалось добиться его согласия на проведение тайного симпозиума на территории Греции.

К вечеру первого дня Цацос удостоверился, что напрасно поддался на уговоры Тодора Живкова. Особенно после выступления этого странного американца Джорджа Фримана. Фриман открыто заявил, что, видите ли, малые государства суверенны чисто декоративно, ибо должны играть роль сателлитов крупных и сильных политических игроков. Ни Албания, ни Югославия, ни Швеция со Швейцарией его не убедили.

Цацос поплотнее запахнул полы куртки и поёжился. С моря внезапно задул пронизывающий холодный ветер. Однако мысли президента независимой Эллады, пять лет назад сбросившей «чёрных полковников», продолжали крутиться вокруг сегодняшних выступлений. Основная цель, озвученная организаторами — «Условия для успеха малых государств» была ему близка. В какой-то момент Цацосу даже стало жаль, что на следующий день утром он будет вынужден вернуться в Афины к текучке государственных дел. Внезапно в носу зачесалось, и президент громко чихнул.

— На йесте кала [192]! — услышал он чей-то приятный баритон у себя за плечом.

— Эвхаристо! — машинально ответил он на приветствие, тут же обернувшись к внезапному собеседнику.

— Как вам сегодняшнее заседание? — рядом с ним стоял высокий мужчина с густыми бровями и очень глубоко сидящими глазами. Что-то в нём показалось знакомым Цацосу.

— С кем имею честь?

— Василис Василикос, греческий писатель, волею судеб.

— Так вот почему ваш облик мне знаком. Наверное, я видел вас в газетах, или по ТВ.

— Вполне возможно, хотя я не стремлюсь к публичности. Всё-таки, я повторю вопрос, господин президент, как лично вам показалась главная тема?

Президент на минуту задумался, взвешивая слова:

— Тема актуальна и, как мне кажется, вполне своевременна. Когда мир расколот надвое, он всё время рискует свалиться в пучину глобальной войны, при этом, поводом может послужить даже нелепая случайность. Сбой в электронике и всё, жизнь на планете завершилась. Поиск путей к многополярному миру — это хорошо уже само по себе, а в компании таких талантливых, таких одарённых людей… — Цацос опять задумался.

— В компании талантливых визионеров это может привести к непредсказуемым последствиям, вы, наверное, это хотели сказать? — широко улыбнулся Василикос.

Утро следующего дня началось с докладов рабочих групп, которых образовалось целый десяток. Чтобы заслушать всех пришлось ввести регламент. Право открытия второго дня симпозиума выпало ещё одному патриарху мировой НФ — Роберту Шекли.

— По статистике, — начал он, сразу перейдя к делу, — в развитом обществе содержится около 5 процентов людей, сочетающих креативный потенциал в какой-либо практической области с нонконформизмом, т. е. деятельным неприятием общих социальных норм и законов. Эти люди — проблема для общества, и правительства. Из них выходят изобретательные мафиози и создатели тоталитарных культов. Но! Из них же выходят гениальные ученые, великие артисты и проводники технических инноваций. Они — как социальный витамин.

Так вот, предваряя сегодняшние выступления, я хочу предложить обратить внимание именно на эти пять процентов. Ведь если в руде содержится даже тысячная доля процента золота, то прииск считается рентабельным. И это всего лишь банальное золото. А пять процентов это уже вполне ощутимое количество. Поэтому объявляю сегодняшнее заседание открытым.

Исходными условиями были назначены следующие параметры некой выдуманной страны Алборуславии:.

Население - 25 миллионов жителей, мужчин и женщин поровну, со средним составом семьи, массовым средним образованием. Средняя продолжительность жизни 70 лет.

Территория площадью 300 тысяч квадратных километров, расположена в субтропическом климате, имеет выход к морю. Значимые месторождения полезных ископаемых отсутствуют.

Страна имеет богатое историческое наследие, множество народных ремёсел, интересные аграрные традиции.

Задача: — выбрать и организовать политику и экономику таким образом, чтобы население её было не только сыто, одето и образованно, но и гордилось своей страной, стремилось жить и растить в ней детей. В конференц-зале воцарилась непринуждённая атмосфера вдохновения и полёта фантазии. Выступления постоянно прерывают смех и возгласы «браво», одобрительный свист и аплодисменты.

По жребию выступать первыми выпало группе, в которую входили студент Гарвардского университета Фрэнсис Фукуяма [193], болгарский начинающий писатель Акоп Мелконян, студент-биолог Обри Ди Грей [194], психолог Джанет Джеппсон [195] и председатель сегодняшнего заседания — Роберт Шекли.

В знак уважения честь докладывать основную концепцию группы предоставилистаршему члену группы, мистеру Шекли. Пятидесятилетний мэтр американской и мировой фантастики, после вчерашних интеллектуальных упражнений чувствовал творческий подъём.

— Парни и девочки! Мы тут с ребятами вчера так классно оторвались, что я начну с того, что выражу своё негодование организаторам… — Шекли сделал театральную паузу, — почему таких симпозиумов не проводилось раньше? Это досадная ошибка и она должна быть исправлена. Такие собрания должны проходить регулярно, но в более подходящую погоду. Например, острова Океании или Карибы прекрасно подойдут.

Теперь к основному. Я, пожалуй, лишь кратко, в одно касание, опишу саму предлагаемую систему, а потом вон тот косоглазенький детально всё разжуёт.

— За косоглазенького можно и в глаз, — выкрикнул с места совсем не по-японски экспрессивный Ёсихиро Фукуяма. — Я вам, уважаемый мистер Шекли, могу показать, как отвечают у нас в Пенсильвании таким задавакам.