Нейлоновый ангел - де Пьерс Марианна - Страница 37

Я вздохнула. Некоторые женщины даже не знают, как им повезло.

Мэй спрыгнула с подоконника, словно экзотическая кошка, потерлась о рубашку Столовского и попросила ласково:

— Погуляй, дорогой.

Он коротко обнял ее и вышел.

Как только за ним захлопнулась дверь, Мэй обернулась ко мне, уперев руки в бока и широко расставив ноги. Для такого маленького существа она была довольно агрессивной.

— Значит, ты хочешь узнать, чем вызваны твои видения?

Ей удалось пронять меня. Я застыла с открытым ртом:

— Откуда ты знаешь?..

— Это что-то вроде одержимости, — объяснила она. — Я ощущала ее у тебя и раньше, только не была в этом уверена. А сейчас почувствовала еще до того, как ты вошла в комнату.

— Что почувствовала? — Услышанное мне совсем не понравилось. Одержимость — это почти безумие.

— Точно не знаю. Сядь-ка на пол, — приказала она. — И выпей вот это.

Немного подумав, я подчинилась. Что мне еще оставалось?

Мы устроились друг против друга на полу. Она дала мне выпить то, что разогревала.

Я почувствовала горьковатый вкус. Что-то вроде дурмана. Зачем мне нужен галлюциноген, если у меня и так галлюцинации?

Я проглотила жидкость, и мы взялись за руки. Ее ладони были маленькими и теплыми, а мои — большими и загрубевшими.

— Ничего не обещаю, но сделаю, что смогу. Только учти, тебе может стать плохо, — предупредила она.

Я посмотрела в ее холодные миндалевидные глаза, забыв о нелепых розовых кудряшках и странном поведении.

— Почему ты помогаешь мне, Мэй? Тебе нужны деньги?

— Ну, это же моя работа. Я сделала бы то же самое для любого.

Ее прямота меня успокоила.

— А теперь сконцентрируйся, — велела она. — Я постараюсь слиться с тобой сознанием. Думай обо всем, что с тобой происходило. Пусть видения заполнят твой мозг, не боися. Я стану следить за тобой. И, что бы ни случилось, не прогоняй меня. Поняла? Остальное я беру на себя.

Я кивнула и испугалась — неужели вновь увижу Ангела?

Как же я ненавижу всякую мистику!

Мэй затянула какую-то мелодию без слов и стала двигать руками. Запах жасмина стал сильнее. И это было последнее, что мне запомнилось в реальном мире.

Перед глазами встали новые видения, да так быстро, что у меня перехватило дух. Закрутился вихрь, состоявший из каких-то существ и пейзажей. Потом он превратился в маленький шарик. И как я ни зажмуривалась, видение не исчезало. Мелькали обрывки воспоминаний. Слышались яростные вопли, постоянно менялся цвет — красный переходил в коричневый.

Мои руки и ноги сковывали сверкающие золотом и серебром цепи. Они становились все тяжелее и тянули мои конечности в разные стороны. Я закричала — мне казалось, что мое тело вот-вот разорвется на части.

ТИШИНА.

Крик оборвался.

Мое тело скользнуло в какое-то новое пространство, окрашенное коричневым цветом. Ангел лениво плавал взад-вперед в потоке моей крови. Он испытывал блаженство…

Я услышала чей-то крик прямо над ухом, потом чье-то резкое дыхание. Значит, кто-то был рядом со мной.

«Заговори с ним», — сказал другой голос.

Я повернулась, пытаясь разглядеть, кто это, но он прошипел мне на ухо: «Ты не увидишь меня — я слишком мал. Повернись обратно, иначе вызовешь подозрения».

Я почувствовала себя глупо, но подчинилась.

— Эй! — вырвалось у меня.

Ангел взмыл вверх, подняв фонтан брызг, словно водоплавающая птица. Они попали в меня.

Я пыталась разглядеть его лицо, но у меня болели глаза, поэтому пришлось смотреть на кончики его крыльев, на которых остались полоски моей крови. В голове у меня загремела сотня барабанов. Я зажала уши, но это не помогло.

И хотя я не видела лицо ангела, но догадывалась, что оно может оказаться ужасным или прекрасным.

Его тело было настолько хорошо сложено, что у меня снова перехватило дыхание.

«Отвлеки его!» — прошипел кто-то у меня над ухом.

— Кто ты? Сатана или мамбо?[18] — спросила я. Ангел рассмеялся и взмахнул крыльями. На них вместо перьев были какие-то цифры. Но разглядеть их никак не удавалось.

Мое сознание заполнили слова. Казалось, что их произносит чей-то голос, но понять все это было трудно: «Мамбо, Сатана — эти имена ничего не значат. Они служат лишь для определения. Нам приходится ждать слишком долго».

— Чего ждать? — Я совсем растерялась.

Мне показалось вдруг, что на крыльях были начертаны отрывки из Библии и разных легенд. А еще имена — Иисус, Тор, Зевс.

Все-таки странное создание вселилось в меня! Или всегда было во мне?

«Подожди, — прошептал кто-то другой. — Мне нужно время».

Время?

И снова мое сознание заполнили слова Ангела: «Мы должны питаться и расти. Ваша раса богата питательными веществами. Благодаря ей мы сможем развернуться вовсю».

— Развернуться? — ничего не понимала я.

«Мы так глубоко вошли в вашу психологию, что вы поверили, будто порывы к насилию исходят от вас самих. Но мы еще ждем своего часа. Наши разведчики недооценили сопротивление вашей иммунной системы. И мы оказались запертыми на время. Для того чтобы расти, нам нужно больше крови».

У меня на шее возникло странное ощущение. Кожу начало покалывать, она стала зудеть и чесаться. А голос тем временем продолжал:

«Развитию нашей расы мешает эпинефрин, вырабатывающийся в ваших телах. А страх и злоба питают нас. Тут уж ничего не поделаешь».

— Ты хочешь сказать, что вы п-паразиты?

«Разве ты называешь паразитом саму себя? Ведь ты тоже пользуешься природными ресурсами, чтобы выжить. Тебе необходимо поглощать еду и питье. А вдруг это тоже угрожает какой-то расе? И даже может уничтожить ее? Ты согласна из-за этого перестать есть и пить?»

Я постаралась ответить как можно спокойнее, хотя внутри все кипело:

— Наверное, нет. И что значит «поглощать»? Если поглотить всю воду и пищу, то лишишься ресурсов для дальнейшего существования.

Ангел, смеясь, продолжал:

«Мы не собираемся уничтожать вас. Просто нам необходимо, чтобы вы жили в постоянном страхе и злобе. Таково уж особое свойство ваших тел».

«Особое свойство? Это что еще за хренотень?» — подумала я и спросила:

— А почему ты похож на Ангела?

«Ты сама представляешь меня таким. Мы можем принять любую форму, которую вы вообразите. Но увидеть наш настоящий облик вы не сможете».

— А как вы сами себя называете? — поинтересовалась я.

«Наше древнее имя тебе ничего не скажет. Некоторые называли нас Эскаалим, или Бодрящими, или Хозяевами. Мы хотим, чтобы вы эволюционировали в нечто большее, чем люди. В нас».

— Мы изменимся? — воскликнула я. — И освободим вас?

«Все готово», — раздался в моей голове другой голос.

К чему?

«Начинай!» — приказал Ангел.

Субстанция под моими ногами начала дрожать. Стараясь удержаться, я заваливалась то в одну, то в другую сторону.

«Не выбрасывай меня. Еще рано! Еще рано!» — кричал другой голос.

— Я… пытаюсь, — сорвалось с моих губ. — Но мне нужно знать… что изменится?

Кожа на моих плечах разорвалась, брызнула кровь. Почти в агонии я упала на колени, но все же постаралась следить за происходящим.

Я увидела парящую птицу с тонкими ногами и длинным изогнутым клювом. Она состояла из чистой энергии. Испустив угрожающий крик, птица устремилась к Ангелу, словно брошенное копье. Ее клюв был острым, как меч.

Глаза!

Она собиралась выклевать его глаза! Я наблюдала за ее полетом, пока хватало сил. Птица коснулась челюсти Ангела, но в этот момент я потеряла сознание от боли. Издалека донесся приглушенный крик.

Когда я пришла в себя, мои плечи пылали огнем. Оказалось, что я лежу на животе и дрожу.

Кто-то осторожно взял меня за руку.

— Не трогай меня! — воскликнула я.

— Перриш! — это был Столовский. В его голосе слышалась паника. — Что тут у вас случилось, Перриш? Мэй плохо…

Я повернула голову, превозмогая резкую боль в шее. По лбу струился пот. Сделав титаническое усилие, я поднялась.