Поиск Патриарха (СИ) - Немировский Игорь - Страница 27

Эта атака стала лучшей.

… но всё равно была слишком слабой. Молнии погасли так же быстро, как и появились, едва князь определил, с чем имеет дело; а создавший их вампир взмыл в воздух, схватившись за горло в бессмысленной попытке разжать хватку чар.

Сражение закончилось.

Эрик осмотрелся. Девушка была мертва… впрочем, назвать девушкой этот высохший скелет язык не поворачивался. Её напарник продолжал в диком ужасе отмахиваться от созданных князем иллюзий, не замечая ничего вокруг. Мастер Воздуха висел на высоте двух ростов человека и безуспешно старался распутать заклинание князя; Эрик махнул рукой, и тот наконец угомонился — вероятно, ему казалось, что сжавшие шею тиски сейчас оторвут голову. Последний из четвёрки, незадачливый спириталист, не смог справиться с собственным духом, и сейчас неопрятной грудой тряпья валялся около стоящих рядом со стеной мусорных баков.

Жертвы побеждённых вампиров сидели на земле, тесно прижавшись друг к другу, и мелко дрожали. Никаких мыслей о побеге у них явно не возникало.

Оглядев поле схватки и поразмыслив, князь подошёл к смолу, пребывающему во власти наведённых кошмаров. Магия Иллюзий, как прекрасно знало подавляющее большинство Блуждающих-в-Ночи, прекрасно подходила не только для мирного, но и для боевого использования. Возможности для изменения восприятия реальности ограничивались лишь воображением и могуществом магов, владеющих этой способностью.

И пусть она не более чем сон, но сновидениям вовсе не нужно быть настоящими, чтобы причинить вред.

Эрик хмыкнул, наблюдая за наглядным подтверждением своим мыслям. А потом резко схватил беспорядочно махающего руками щенка за волосы, запрокидывая голову. Тот не успел ничего сделать — клыки князя вцепились в незащищённое горло.

Он пил, пока дергающийся охотничек не обмяк.

… Отбросив тело, пражский владыка повернулся к двум девчонкам, с ужасом смотревшим на незнакомца, только что победившего в невозможной схватке. Эрик не спеша направился к ним. Они не могли даже толком отползти — настолько сильно обеих колотила дрожь.

Князь задумался. Убить их? Пожалуй, не стоит — он уже сыт, да и желания нет. В таком случае…

Два затравленных взгляда, устремлённых на пражского владыку, затуманились. Головы, одна от природы тёмная, а вторая явно искусственно отбелённая, склонились, и через секунду девчонки спали.

Отлично.

Князь достал мобильный телефон, мельком отметив, что изобретения людей, как он уже не раз убеждался, действительно весьма удобны. Выбрав в записной книжке номер, Эрик поднёс трубку к уху. Дождавшись ответа, произнёс:

— Абрахам? У меня для тебя сюрприз. Пришли своих на…  — он назвал адрес, запомненный чуть раньше, — тут шайка гастролёров. Нет, целы не все, но один на твои вопросы ответит. Ещё есть несостоявшиеся жертвы — я их усыпил. Две девчонки. Сам решай, что с ними делать. Откуда я узнал? Случайно наткнулся. Надо сказать, их маскировка впечатляла… а вот боевые способности — нет. Люди? Я оставлю отводящий глаза полог. Отлично. Нет, я уже ухожу. Счастливо.

Положив мобильный обратно в карман, он отправился к ждущему у автомобиля Отто — благо, идти было недалеко. Пражский владыка прекрасно ориентировался на местности, и понять, где он сейчас находится относительно места начала прогулки, не составляло труда.

Настроение существенно улучшилось. Танец с незнакомкой и схватка с браконьерами отлично встряхнули заскучавшего князя.

Нужно почаще совершать ночные моционы. Эрик весело рассмеялся.

… На полпути к машине мобильный зазвонил уже сам. Вытащив из кармана трубку, князь посмотрел на дисплей. Курт. Интересно.

Он принял вызов:

— Да, — выслушал доклад. — Всех? Уже в особняке? Отлично. Да, сегодня. Жди. Я еду.

Положительно, эта ночь прекрасна!

Владыка Праги широко улыбнулся. Всё складывается как нельзя лучше.

Зал окутывала темнота. Высшая магия вампиров не любила яркого света — а здесь предстояло свершиться именно высшей магии.

По углам помещения стояли четыре огромных чаши с плавающими в них горящими фитилями — единственные источники освещения. Поднимавшийся от них дымок нёс странный запах, сладковатый и горький одновременно. Неприятный. Но заставляющий вдыхать его снова и снова.

На каменном полу была начертана странная пентаграмма. Никаких звёзд, только круги. Прерывистые черты. Мешанина символов.

Но во всём переплетении начертанного чувствовалась гармония. Взгляд, пытаясь проследить за изгибами линий, тонул в недрах рисунка, и вернуться назад становилось возможным лишь закрыв глаза… да только было это почти непосильной задачей. Находящиеся в зале вампиры вниз предпочитали не смотреть.

Люди же смотреть на что-либо вообще не могли. Опоенные специально приготовленными отварами они застыли в совершенно произвольных точках пентаграммы. Или пентаграмму начертили в зависимости от занятых людьми мест?.. Курт не знал, ведь князь категорически запретил им появляться здесь до того, как он закончит рисунок. Только проведя последнюю линию, пражский владыка вновь пустил в зал своих помощников — девятерых, по числу жертв.

Сам Эрик фон Вайн стоял возле стены, в самой северной точке помещения. Глаза пражского владыки ярко светились в полумраке, а волосы от напряжения магии шевелились, словно тревожимые ветром. Он жестом приказал пришедшим подручным занять места у стен.

Едва все расположились, князь закрыл глаза. И Курт мгновенно почувствовал напряжение магии, выходящее за пределы его понимания — энергии, которые собирался использовать владыка Праги, были непостижимы для новопричащённого вроде него. Попытайся он самостоятельно собрать даже малую часть нынешних сил князя — разнесло бы в пыль задолго до выполнения самоубийственного замысла.

Смол благоговейно уставился на своего владыку.

Эрик сосредотачивался, освобождая сознание — предстоящий ритуал был очень непрост. Чтобы разработать его, понадобились усилия пяти Старейшин, обладающих самыми разными умениями. Некромантия и способность к трансформации, а также прекрасное владение иллюзиями Эрика; широчайшие возможности и знания Рауля в магии стихий; специфическая магия серпентов, способная видоизменяться, подчиняясь заданной цели, — извивающаяся, будто клубок свернувшихся змей; и прекрасное владение Вольфа Кровью наряду с Психической Магией.

Всё это вместе сумело породить невероятный ритуал.

Поиск нужных конструкций был сложен и полон гениальных решений. Не раз они все думали, что цель невозможна… но не останавливались. И сумели добиться результата — точного результата.

… а потом пришёл Лорен.

Эрик оборвал себя. Не время думать об этом — сегодня у него другие заботы. И, глубоко вздохнув, князь создал первое заклинание.

В зале поднялся ветер. Его порывы налетали отовсюду и ниоткуда, он трепал одежду вампиров и развевал волосы, однако люди стояли так, словно вокруг по-прежнему царил абсолютный штиль. А ветер становился всё сильнее, и вскоре бушевал уже почти ураган. Вампиры еле-еле удерживались у стен.

Князь поднял руки. Потоки воздуха отступили, собираясь в границах пентаграммы — в центре зала бешено крутился настоящий смерч. Но ни стоящие за пределами рисунка Блуждающие-в-Ночи, ни находящиеся в самом центре буйства стихии люди теперь не чувствовали ни дуновения.

Эрик продолжил ритуал — следующей его частью стала земля.

По полу прошла дрожь. Слабая, но ясно ощутимая. Линии пентаграммы засияли, камень под ними почернел, изменяясь. И поднялся в воздух — смерч подхватил легчайшую чёрную пыль, в которую превратился казавшийся столь прочным несколько мгновений назад гранит. Потемнел — настолько, что в его глубине с трудом удавалось разглядеть людей; но было ясно, что те стоят ничего не замечая.

Князь бросил новое заклинание. На этот раз он вовлёк в ритуал огонь.

Пламя, доселе едва теплившееся на фитилях, взметнулось вверх, лизнув потолок зала. Над четырьмя чашами вспыхнули источающие жар столпы, казалось, подпиравшие свод — в следующий миг они, скрутившись в тугие жгуты, рванулись к продолжавшему неистовое вращение смерчу. Огонь влился в единение воздуха и земли, окрасив оранжевым воздушные потоки несущие каменную взвесь. Создавалось впечатление, что в центре зала произошёл чудовищный взрыв, почему-то застывший во времени, не распространяясь, но и не исчезая.