Знамена из Пепла (СИ) - Шкиль Виктория - Страница 38

Наконец, довольно большой кусок кладки поддался усилиям, медленно накренился, а потом грузно обрушился на пол, расколовшись на несколько частей. Лаккэнан шагнул в проход, не дожидаясь пока осядет пыль. За ним поспешил Феранор, ругая сквозь зубы дурного сенешаля. В свете магического шара было видно, что впереди коридор расширяется, превращаясь в зал с колоннами, похожий на предыдущие.

Волшебник вдруг резко остановился. До Феранора долетел его искаженный эхом вопль.

— Срань Солнцеликого!

Радости в нём не слышалось. Почти в ту же минуту Феранор оказался рядом и увидел причину.

***

— Что… кто это сделал? Кто?! — голос Лаккэнана дрожал.

Прямо напротив входа лежал большой плоский камень, формой и видом напоминавший могильную плиту. Значительный его кусок был отколот и раздроблен, рядом валялся брошенный инструмент. В чернеющий под камнем провал спускалась верёвка. Стена за плитой была сломана, чернел ствол шахты, вывороченные камни аккуратно убраны в сторону.

Зал тем временем наполнялся народом. Появились Бальфур, Митр и Агаолайт. Медленно, словно во сне, Лаккэнан подошёл к плите, взял в руки верёвку, пропуская её между пальцев.

— Клянусь светом Таэ, она — новая! — он, с открытым перекошенным ртом, воззрился на Феранора.

— Значит…— Агаолайт принялся задумчиво тереть перетянутый ремешком подбородок.

— Кто-то побывал здесь и совсем недавно! — не выдержал Лаккэнан, чьё обычно бледное лицо стремительно багровело.— Прокопался прямо в резервуар под дворцом и пробил вход в подземелья!

— Тогда выходит, что… — снова затянул знаменосец.

— Сокровищница — ограблена! — рявкнул волшебник.

Он взмахнул жезлом. С его навершия сорвалась ослепительная вспышка, с грохотом ударившая в обрушенную шахту. Во все стороны полетели брызги расплавленного песка, стены задрожали, с потолка посыпалась каменная крошка.

Все невольно пригнулись. Кто-то из атраванцев громко выругался.

— Потише, хеир! Вы нас погубите!

— Къялин! Сотни миль! Всё зря! — взгляд сенешаля скользнул по соплеменникам, остановился на Фераноре. — Неделя! Ты слышишь это Феранор?! Это из-за твоего тупого геройства мы потеряли время! Пока воры обчищали сокровищницу я торчал в занюханном кишлаке, ради одного сопляка!

Щёки Бальфура залила краска. Феранор нахмурился, сжал кулаки. Его плечо сжала чья-то крепкая ладонь. Обернулся. Знаменосец Агаолайт выразительно качал головой.

— Ну, что стоите?! Ждёте пока ещё кто заглянет на огонёк?!

Капитан еле сдерживался, чтобы не бросить в лицо блёклому выскочке всё, что о нём думает. Жалкий высокомерный тщеславец, считающий себя выше только благодаря умению зажигать светящиеся шарики и кидать молнии. О, с каким удовольствием он вызовет его на поединок, где отлупит мечом по заднице!

— Готовьте факелы,— очень сухо приказал он.— Идём вниз.

— Мы за тобой, Феран,— бросил Митр, обернулся к своим.— Бадр, Аллу — останетесь следить за входом. Остальные со мной.

— Господин,— поспешил обратить на себя внимание Дарик.— А что делать нам?

— Возвращайтесь в лагерь.

Может, это просто была игра света, но Феранору показалось на миг, что глаза полукровки полыхнули огнём словно у голодной пса у которого пытаются забрать кость.

«Стервятник,— неприязненно подумал он.— Успел прознать о сокровищах…»

Он повис на верёвке и через мгновение скользнул в темноту. Короткий спуск, похожий на пьяный прыжок из окна первого этажа, мягко скрипнули сапоги. Он оказался перед высокой аркой с узорным орнаментом, от которой начиналась лестница, круто уходящая вниз. Конец её терялся в темноте. Стены покрывала белёсая плесень. Пахло сыростью и затхлостью.

Феранор без слов дёрнул верёвку и отошёл в сторону, чтобы следующий, кто спускается, не приложил его по шлему ногой. Воины ловко спускались один за другим. Вскоре на узком пространстве лестницы стало тесно. Отряд выстроился цепочкой, двинулся дальше. Первым шёл Лаккэнан, шар-«светляк» медленно плыл над головами. Ступени всё более забирали влево, лестница закручивалась винтом. С каждым шагом Феранору становилось всё более не по себе от осознания той массы земной породы, что нависала над ним. На плечи наваливалось давящее ощущение неподъёмной тяжести. Лоб покрылся холодной испариной, язык потяжелел и будто прирос к челюсти. Из головы не уходила мысль о внезапном обвале. Когда лестница кончилась, он не смог выдавить ни единого слова. Только облегчённо вздохнул.

Они находились на небольшой террасе, с которой вёл всего один ход. В стенах торчали искорёженные останки петель, на полу валялись мятые медные створки двери. Было слышно, как Лаккэнан скрипит зубами.

Коридор, начинавшийся за дверями, не был рукотворным. Несомненно, это была пещера, промытая водой или сотворённая древней подземной «гадью» жившей на Заре Времён, когда эльдары жили в согласии с Творцом и не думали покидать Хайлаэнэ. При возведении города, строители наткнулись на старые ходы и просто отгородили себе в них участок.

По коже Феранора пробежал холодок. Он вспомнил сплетни о страшных подземных тварях, обитающих на Мировом Дне, о чудовищных червях и хищных говорящих растениях...

А отряд всё шёл и шёл вперёд. Несколько раз им по пути попадались боковые ходы. Некоторые из них были закрыты решётками, но за прошедшее время прутья успели основательно проржаветь.

— Катмэ!— ругнулся кто-то из улан. — Почему было не сделать проклятую сокровищницу поближе?!

— Видимо, ближе не нашлось подходящей пещеры,— методично поправил Бальфур. — Это же строили эльдары, а не гномы. Можно, конечно, было воспользоваться чарами, но ни одни чары не вечны…

Кажется, Бальфуру было скучно, или он просто хотел скрыть волнение болтовнёй, поэтому стал развивать тему.

— Вот лорды Усвэ-Сэттара не поскупились нанять гномов, и вы видели бы, какие подземные галереи они там отстроили! Теперь у всех Высоких Лордов считается хорошим тоном иметь собственный подземный ход. А глава Дома «Сапфирного Дракона», лорд Балиан, вообще создал целый подземный лабиринт…

— Смотрите! — воскликнул Митр, резко тормозя.— Что это?!

Свет волшебного шара выхватил из темноты впереди необычное существо. Точнее останки существа — мысленно поправился Феранор — его пустую оболочку. Оно было размером с пастушью овчарку, а внешне походило на белёсого паука с вытянутым брюхом, который обзавёлся парой хватательных лап возле морды.

— Что это за тварь, во имя Алуита?!

— Линуг,— равнодушно бросил Лаккэнан, обходя сухие останки.— Идём, он уже не укусит.

— Чучело одного такого моему отцу подарил его торговый компаньон из Турл-Титла, — отозвался Бальфур.— Только тот меньше был.

— У кого луки? — обеспокоился Феранор.— Держите их наготове.

Впереди забрезжил свет. Потом они увидели сломанные ворота. Тут и там валялся брошенный не тронутый ржавчиной инструмент, что говорило — люди были здесь совсем недавно. Лаккэнан, совсем не сдерживаясь, перешёл на бег и буквально влетел в большой круглый зал.

[1] Сановники отвечающие за внешние связи и разведку.

Глава 13. Золото залитое кровью

Когда в двери влетел «светляк» стало видно, что в центре зала зияет огромная дыра, закрытая железной решеткой, сквозь ячейки которой мог пролезть взрослый человек. Второй ярус опоясывала широкая терраса с высоким бортиком. Потолок уходил ввысь, свод поддерживали статуи вставших на дыбы драконов. Свет волшебного шара пробудил множество теней, которые словно застигнутые врасплох ночные насекомые, метались под куполом, корчились в щелях и трещинах, скрывались в складках паутины. Паутина была повсюду — на барельефах и статуях, как саваном, затягивала дверные проёмы.

С противным стрёкотом поползли прочь от яркого света новые хозяева подземелья — линуги — около десятка тварей. Большинство не больше кошки или некрупной собаки, но среди них было одно настоящее чудовище. Если то, чьи останки они видели в коридоре, было размером с овчарку, то это превосходило годовалого телёнка.