Знамена из Пепла (СИ) - Шкиль Виктория - Страница 33

— Дая…— Сорах упредительно стиснул подруге руку, боясь, как бы она не наговорила лишнего сгоряча.

Коэнна заметил. Снисходительно хмыкнул.

— Горячность свойственна молодости. Спокойствие и рассудительность приходят к нам только в старости. Но, что-то мы засиделись...— он вытер руки, поднялся.— Будьте моими гостями. Я покажу ваши покои.

***

— Ты слышал их Асдашир? Что думаешь над этим?

Коэнна шёл через анфиладу, скрестив руки на животе, спрятав кисти в широких раструбах рукавов. Он был один. По крайней мере так могло показаться...

— Жалкие черви слишком жалки чтобы понять, что видели!

Голос джинна гремел над головой, эхом отражался от покрытых затейливым узором стен.

— Я никогда не слышал о таком колдовстве… разорвать ткань пространства, убить разом несколько десятков.

— Ха! И это тяжкий труд? Это так же легко как положить на одну ладонь десяток комаров, а другой сверху прихлопнуть!

Коэнна остановился, посмотрел в потолок.

— Если речь о твоей лапище,— сказал он с иронией.— То я в том не сомневаюсь! Но всё проделано слишком тонко… и в то же время сильно! Хм… такое заклятье не могло не оставить астрального следа… Асдашир, перенеси меня в Зал Заклятий!

Не смотря на название, «Зал Заклятий» залом не был. Это было пространство во внутреннем дворе, ограждённое глухими стенами с четырёх сторон. Попасть сюда можно было либо с помощью волшебства, либо отрастив крылья.

В центре его, окаймлённый мраморным бортиком, плескался и клокотал источник дающий начало водопадам оазиса. Рядом плетённая из лозы беседка, открытая со всех сторон, в ней мраморная тумба со скошенной вершиной. Обычно на ней лежали используемые для серьёзного волшебства свитки, сейчас она пустовала.

Коэнна обошёл источник по кругу, остановился спиной к тумбе. Подтянув широкие рукава, взмахнул руками. В правой он сжимал свой жезл с витой рукоятью и массивным набалдашником. Сейчас было видно, что оголовье инкрустировано полудрагоценными бериллами. При взмахе они засияли и заискрились всеми цветами радуги.

— Ilmente!

По залу пролетел вихрь, взметнувший полы белой рубахи. Водяной ключ сжался, словно в страхе, а затем ударил струёй ввысь. Прямо в воздухе начал проявляться светящийся белый силуэт, отдалённо напоминавший человеческий.

Коэнна переложил жезл в левую руку, коснулся им бесплотного слуги.

— Часть моей Души, продолжение моих чар, лети, слейся с потоками Великого и Незримого Этра, пройди по ним и вернись обратно. Покажи мне их течение и переплетение. Eke, kanve ar kame!

Существо беззвучно исчезло. Растворилось, будто его никогда и не было. Коэнна вздохнул, присел на край бортика водоёма. Прикрыл глаза. Теперь оставалось только ждать…

...Напряжённо задрожал воздух, запахло как после удара молнии. Коэнна раскрыл глаза, обернулся. Созданное из чистой магии существо беззвучно парило над ним в воздухе.

— Ты узнал?! — спросил волшебник, на миг позабыв, что существо не может ответить ему языком.

Он быстро исправил оплошность, взмахнул жезлом. Источник взбурлил, плеснул на светящуюся фигуру, поглотил её, будто слизнув, и тут же разгладился, застыл. На его матовой поверхности засверкали переплетения огней, складываясь в картину понятную только для посвящённого. Лицо Коэнны сделалось хмурым. Губы сжались в одну тонкую линию, по лбу пролегли глубокими трещинами морщины.

— Асдашир! — рявкнул он.— Отнеси меня в Шагристан! В саму шахскую библиотеку!

***

В Шахской Библиотеке, что на площади Саффиридов, поднялся нешуточный переполох. Сначала в большом читальном зале заклубился светящийся багровый дым. Писцы, хранители и просто посетители — учёные и почтенные мужи с седыми бородами до середины груди — закричали, бросились в рассыпную, прячась под столы и под лавки, бросая и топча башмаками бесценные свитки. С грохотом перевернулась дисковая модель мира.

Дым запульсировал, собираясь в неправильной формы шар, в котором проступило чёрное гротескное лицо с плоским широким носом, в котором болталось массивное золотое кольцо. Узкие алые глаза смотрели зло и насмешливо, широкий губастый рот расплылся в презрительной ухмылке, демонстрируя неполный ряд острых зубов. Чудовище вытянуло из дыма могучий кулак, способный с одного удара сокрушить городские ворота, разжало. Коэнна легко и молодцевато соскочил с чёрной ладони на мозаичный пол.

— Возвращайся в оазис, Асдашир!

Джинн фыркнул, превратился в пульсирующий клуб дыма и вылетел в окно, почему-то оставив после себя запах ячменя и маринованного чеснока.

Оставшийся один, чародей прошёлся по залу, разыскивая хоть кого-нибудь из хранителей. Ему повезло довольно быстро. За шкафом для свитков он заметил трясущийся колпак старшего хранителя.

— Пакх-ми-джу, почтенный Ваафир. Простите, что вторгаюсь вот так, неожиданно, без извещения. Клянусь Алуитом, у меня было серьёзное основание для спешки!

Ваафир вздрогнул. Медленно поднял голову, взглянул дико.

— Вы,— Коэнна доверительно приложил ладонь к сердцу.— Позволите мне покопаться на ваших полках?

***

Даемара неспешно скользила по коридору посольства. Зелёный шлейф платья тихо шуршал по каменному полу. Идеально прямая спина, гордо вскинутый подбородок, лёгкое покачивание бёдер — даже погружённая в собственные думы она не позволяла своей походке терять лёгкость и грациозность.

С утра Сандар укатил в малый дворец, где обретался наследник престола — царевич Майкулан. Два молодых бездельника быстро пришлись по вкусу друг другу и теперь проводили вместе дни напролёт предаваясь развлечениям, пьянству и разврату.

Как всегда он вернётся к утру. Сутки он будет отсыпаться, не интересуясь делами и не мешая ей. Её это устраивало.

При её приближении двое стражей вытянулись по струнке, синхронно раздвинули скрещенные копья, открывая доступ к маленькой узкой двери рабочего кабинета. Даемара уверенно переступила порог. Маленькая комната, в ней книжный шкаф, несколько кресел, круглый стол — на столе большой чёрный шар на треноге.

Плотно затворив за собой дверь, Даемара прошла к единственному окну. Было душно, но она закрыла ставни и задёрнула штору, погрузив комнату в полумрак. Вернулась к столу, села в кресло. Ей никогда не была понятна эта мужская мода работать с магверитом стоя. Зачем стоять, когда можно с удобством сидеть?

Повинуясь жесту, шар ожил. Чернота внутри заклубилась, превращаясь в бездонную воронку, пронизывающую пространство.

— Госпожа, — голос донесся словно ниоткуда.— Это вы? Я вас не вижу, ответьте.

— Это я, Эллан. Связь не устойчива. Давай не будем терять времени на условности. Ты узнал, что я просила?

— Да,— шар загудел, голос Эллана зазвучал словно из-под воды.— Убитые в портовом кабаке люди — из Гордланда.

— Это я знаю! — волшебница нахмурилась, подалась вперёд нетерпеливо вздохнув.

— В Фарродене жили несколько лет, бывали и в самом городе, хотя ни один Дом не признал в них своих слуг.

— Странно. А они могли просто украсть бляху союзника?

— Вполне,— гул кончился так же внезапно как начался, но изображение в магверите не прояснилось. Клубы чёрного тумана продолжали скрывать Эллана.— Но есть одно «но». Я нашёл свидетеля, который в тот день видел их в гостевом доме семьи Эрандилов. Они там с кем-то встречались, после чего отправились в порт. Обошли несколько кабаков, изображая подвыпивших гуляк, не задержались ни в одном пока не пришли в тот, где сидел ваш капитана. Дальше вы знаете…

Забыв, что собеседник её не видит, Даемара просто кивнула. А может, это был ответ собственным мыслям. Эллан молчал. Шар то гудел, то потрескивал. Обычно такие помехи вызывало очень сильное колдовство творимое рядом.

И снова всё вертится вокруг Эрандилов, подумала волшебница. Но эльдары не убивают других эльдар. Однажды перворождённые отступили от этого закона и это чуть не сгубило их. Со времён восстания Малахар и Войны Гнева совет Домов удерживает вражду между кланами и отдельными эльдарами в определённых границах. Отщепенец, рискнувший перешагнуть их, лишится всего и станет законной целью для всех.