Подруга попаданки: отбор для ледяного дракона (СИ) - Ибис Александра - Страница 18

— Я в собственном дворце, — фыркаю, поднимая взгляд, чтобы посмотреть в наглые янтарные глаза. — Что со мной будет? Это тебе слоняться опасно, мало ли…

— После того, как я отвоевал тебя, единственный, кто может причинить мне вред в этом дворце, — это ты, — ухмыляется Тирэль, а я щипаю его в бок. Лицо дракона искажает болезненная гримаса.

— Вот именно. А был бы у целителей, сейчас бы не морщился, — я удобнее пристраиваю голову у него на груди и вдыхаю сосновый запах, смешанный с кровью. Двое моих любимых мужчин сегодня пахнут кровью.

— Что же ты тогда так ко мне жмёшься, если против? — Тир обнимает меня за талию, притягивая ближе.

— Защищаю своё, — выдыхаю ему в грудь, сжимая крепче. Сейчас, когда всё закончилось, трудно осознать, что пару часов назад я могла лишиться, как отца, так и возлюбленного. А может, и их обоих. Трудно поверить в то, что они сражались за меня, а Ильяра, ненавистная Ильяра, была рядом и удержала меня от свершения такой великой глупости, как вмешательство в поединок драконов. Впрочем, Ильяра всегда удерживала меня от свершения глупостей. Наверное, мне стоит поговорить с ней по душам?

— Как тебе это удалось? — выдыхаю я, пытаясь собраться с мыслями. Пора выходить из этого странного состояния неуверенности, слабости и потерянности. Оно мне не нравится.

— Что? — Тирэль отвлекается от перебирания прядей моих волос. Одну руку он по-прежнему держит на моей талии.

— Победить? Мне казалось, отец почти… — я вздрагиваю, вспоминая, как чуть не рванула за Тирэлем в ущелье, думая, что мы оба там погибнем.

Дракон отстраняет меня от себя, оглядывает пустынный коридор. Слуги до сих пор благоразумно держатся подальше. Имеющий кое-какой опыт работы на хорошей должности во дворце, увиденным Тир не удовлетворяется. Он утягивает меня в ближайшую нишу, занавешенную тяжёлой бархатной шторой, усаживает на диванчик и только после этого на ухо шепчет ответ. Ответ, который повергает меня в ступор, заставляя чувствовать себя ещё более потерянной.

— Я сражался до самого конца, хотя силы были не равны. Боролся, потому что одна мысль о том, что в моей жизни вновь не будет тебя, вводила меня в ужас. Но проигрывал. И тогда твой отец… Он поддался. Он бы выиграл, но дал мне победить. Ради тебя.

— Почему ты уверен, что он… поддался? — выдыхаю и невольно оглядываюсь назад, словно ожидаю увидеть папу за спиной.

— Он стал бороться иначе. Так, что я просто не смог бы проиграть.

Папа… Сначала Ильяра, теперь папа… И почему получается, что я думаю о своей семье так плохо, когда на самом деле они так много делают для меня?!

— Но почему тогда… почему он так яростно противился нашему браку? К чему письмо, к чему поединок? — хнычу в грудь Тирэля, совсем ничего не соображая.

— Ты временами такая умная, а временами — дурочка дурочкой, — хмыкает Тирэль и отрывает мою голову от своей груди, заключает лицо в ладони. — Ему же нужно было проверить серьёзность намерений дракона, собирающегося жениться на его дочери. Проверить силу твоей любви ко мне.

— И зачем все эти проверки? — обиженно бурчу, понимая, что правы все, кто меня окружают. Веду себя, как ребёнок.

— Он дракон, мужчина и император, он был обязан проверить. И не хотел, чтобы его девочка об этом знала. Я говорю это тебе лишь потому, что любовь к тебе у меня сильнее уважения к твоему отцу, и я хочу, чтобы ты знала правду, — он вытирает солёные дорожки слёз с моих щёк большими пальцами, и я постепенно успокаиваюсь.

— Ты догадался обо всём сам. Достойна ли тебя такая глупая я?

— Ну, это решать мне, а не тебе, — улыбается Тир, после чего целует меня, ясно давая понять, какое решение принимает. И я целую в ответ, понимая, что рядом с ним… рядом с ним я не только чувствую себя любимой, я меняюсь. Тир меняет меня. И такая любовь стоит слёз.

Лед-Андин, столица Ледяной империи

— Почему ты не придумала что-нибудь? Почему не осталась в Лед-Ане? — возмущается Кикилиэра, дёргая Роксану за руку. — Ты была рядом с истинной парой!

— Кики, не кричи, — спокойно произносит Роксана, глядя вниз на драконочку. — Принц Атареллен уже объявил о браке с госпожой Надеждой.

— И они любят друг друга? — щурится Кики.

Роксана отводит глаза и улыбается в кулак:

— Они близки к этому.

— А должны любить! Ты умная, ты бы придумала, как им быстрее полюбить друг друга, и отогнала бы всяких противных непонимающих взрослых! — притопывает ножкой девочка. Роксана прижимает её к себе и идёт с ней по главной торговой улице в обнимку.

— Они справятся с этим сами, Кики.

Девушка оглядывает улицу печальным взглядом. Пребывание во дворце не принесло ей ничего, кроме ещё большего разочарования. Она надеялась на лучшее до самого конца и узнать о том, что шансов вернуть родителей совсем нет, была не готова. Идя на прогулку с любимой сестрёнкой, леди Роксана хотела развеяться, но Кикилиэра этого не понимала. Да и не могла понять.

— Рокси… — шепчет Кики, дёргая старшую сестру за рукав.

— Что такое?

— Мне кажется или там… — Кики не договаривает и указывает подбородком в сторону травяной лавки на другой стороне улицы. Хозяин с кем-то активно прощается, раскланиваясь. Роксана не обладает столь же хорошим зрением, как её сестрёнка-драконочка, а потому не сразу узнаёт в высоком светловолосом юноше в белых пальто и высоких сапогах и хрупкой девушке, одетой, напротив, в тёмные шубу и сапоги, в перчатках и с выглядывающими светлыми волосами из под серого берета, принца Атареллена и уже, можно сказать, принцессу Надежду.

— Его Высочество с невестой, — кивает Роксана. Кикилиэра подпрыгивает, дрожит, смотрит на старшую сестру умоляюще.

— Познакомь меня с ними. Пожалуйста! Я должна познакомиться с истинной парой! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

Прежде чем Роксана успеет возненавидеть слово «пожалуйста», из-за быстроты произнесения превращающееся в «пжаласта», девушка кивает и уверенно ведёт сестрёнку через дорогу. Леди Роксана от излишней скромности и стеснения никогда не страдала, а удовлетворение интереса сестрёнки может избавить её от сомнительного удовольствия слушать об истинной паре каждую минуту.

— Добрый день, Ваше Высочество, — девушка приседает перед принцем в лёгком реверансе, тот же жест повторяет взбудораженная Кики.

— Леди лед Жеррарр, — кивает Атареллен, а Надя машет рукой и приветливо улыбается. Роксана отмечает, что выглядит девушка лучше прежнего и ведёт себя с принцем гораздо свободнее. Нет той напряжённости в каждом движении.

— Здравствуйте, — здоровается Кики, смотря на принца и будущую принцессу, как на Рубиниона и Сапфирию, спустившихся с небесных гор.

Роксана замечает, как взгляд Нади, до этого несколько отстранённый, теплеет, и она наклоняется вперёд, по-мужски протягивая Кики ладонь в перчатке. Девочка не ожидает от иномирянки подобного жеста, в отличие от привыкшей к некоторым Надиным повадкам из другого мира Роксаны, потому Рокси сама поднимает руку Кики и вкладывает в ладонь девушки.

— Здравствуй, — Надя улыбается. Несколько секунд она стояла, ощущая явную неловкость из-за ступора малышки. — Я Надя. А тебя как зовут?

— Кикилиэра лед Жеррарр, — представляется Кики, и бледно-голубые глазки её влажно блестят. — Вы такая красивая, принцесса. И так замечательно смотритесь с Его Высочеством!

— Ваша младшая сестра? — обращается тем временем Атареллен к Роксане. Девушка кивает. — Рад знакомству, леди лед Жеррарр.

— Ия очень рада, — драконочка улыбается, переводя взгляд с сжимающей её ручку Надежды на стоящего прямо Атареллена, протягивающего своей истинной руку. Девушка неохотно выпускает ладонь.

— Польщена вашим вниманием, леди, — с улыбкой на губах Надя склоняет голову перед Кики. — Но, боюсь, нам с принцем нужно идти.

— Прямо сейчас? — расстроено спрашивает драконочка, чья прохладная ладошка до сих пор хранит тепло от руки человечки.

Надя переводит взгляд на принца. Он слегка поправляет берет у неё на голове, смотрит в глаза так долго, что это кажется почти интимным. Редкие в будний день в утреннее время прохожие не издают ни звука, наблюдая за своим принцем и его избранницей. Прервать их сейчас — всё равно, что влезть в драконью башню. Опасно до риска быть замороженным.