Ринго и Солнечная полиция (ЛП) - Вилгус Ник - Страница 37

Она долго смотрела на Томаса.

– Спасибо, – наконец сказала она.

Тэмми и Анджела ушли, сели во внедорожник и уехали.

Томас и Дуэйн наблюдали за ними.

– Идём, сынок, – сказал Томас, обвивая рукой плечи Дуэйна. – Ты можешь заодно познакомиться с моими коллегами, пока ты здесь, а потом я отвезу тебя домой. У тебя, наверное, был плохой день. Ты был на похоронах сегодня утром?

Дуэйн кивнул.

Томас повернулся, чтобы войти в отель, но Дуэйн остановился и закрыл лицо руками.

– Ты, должно быть, ужасно себя чувствуешь, – сказал Томас.

Дуэйн плакал в свои руки. Это было тихо, печально, то, как он стоял на месте, переполненный скорбью.

Томас мысленно пнул себя. Почему он решил, что сейчас самое время представить его коллегам? Знакомство может подождать. Всё остальное может подождать.

– Я давно не практиковался в воспитании детей, – признался он, когда Дуэйн затих. – Ты в порядке?

– Простите, – сказал Дуэйн.

– Не извиняйся, парень. Давай отвезём тебя домой, чтобы ты мог отдохнуть.

Глава 58

– Кто это? – спросил Дуэйн, пока они укладывали его чемоданы на кровать в комнате, которую Томас теперь называл "комнатой мальчиков".

Дуэйн смотрел на фотографию Джереми в рамке, стоявшую на комоде. Томас оставил её там потому, что это по-прежнему была комната Джереми. Всегда будет комнатой Джереми. Даже если это было не так.

– Это был Джереми, – сказал Томас.

– Был?

– Ну, по-прежнему есть, полагаю. Он был моим приёмным сыном.

– Что случилось?

– Его отец захотел вернуть его обратно.

– У него нет...

– Рук?

– Да.

– Это генетическое заболевание.

– Это была его комната?

– Да, – сказал Томас.

– Где он сейчас?

– Его отец живёт в Алабаме.

Дуэйн с осторожностью посмотрел на него.

– Вы скучаете по нему?

Томас кивнул.

– Мисс Тэмми сказала, что вы хотели стать его отцом... вы собирались стать его отцом... но что-то случилось. Она сказала, что вы так злились из-за этого, что не примете никого другого.

– Она тебе так сказала?

– Но она думала, что вы можете взять меня. Почему?

– Я не знаю, – признал Томас.

– Она сказала мне, что у вас есть партнёр, – продолжал Дуэйн. – Что вы гей. Я тоже гей. Она сказала, может, вы лучше меня поймёте. Может, всё будет нормально.

– Ты довольно умен для своего возраста, – ответил Томас. Он почувствовал симпатию к Дуэйну, который, очевидно, был умным и немного зрелым для своих лет.

– Значит, Джереми... он мне как брат? – спросил Дуэйн.

– В некотором смысле.

– Вы любили его?

– Очень сильно.

– Он кажется хорошим ребёнком.

– Он был хорошим ребёнком. И остается хорошим ребёнком.

– У меня никогда не было ни братьев, ни сестер.

– У меня тоже, – признался Томас.

– Правда?

– Я был единственным ребёнком. Вроде тебя.

Дуэйн улыбнулся, но тут же нахмурился, словно вспомнив о родителях.

– Ты в порядке? – спросил Томас.

– Да, конечно, – сказал Дуэйн.

– Похороны довольно тяжёлое событие, да?

– Да. Наверное.

– Хочешь поговорить об этом?

– Нет.

– Ладно. Прости. Я не хотел лезть.

– Всё хорошо. Просто... это не реально. Вы знаете? Просто не реально. В смысле, я знаю, что реально, но не могу... Я не хочу говорить об этом.

– Хорошо. Если когда-нибудь захочешь...

– Как я должен вас называть?

– Можешь звать меня мистер Томас. Или папа, если хочешь. Как тебе удобно.

– Вы не мой папа.

– Я знаю...

– Я не хотел, чтобы это так прозвучало.

– Просто зови меня мистер Томас. Или просто Томас.

– Хорошо.

– Хочешь, я помогу тебе разобрать вещи?

– Я справлюсь.

– Что ж, я должен произнести речь, – сказал Томас, вспоминая, как давным-давно готовился к приезду Джереми. На занятиях по воспитанию детей они усвоили важность установления правил и границ сразу, чтобы ребенок имел представление о том, где он находится и чего от него ждут. – Это твоя комната, и я уважаю твоё уединение. Если ты не хочешь видеть меня в своей комнате, просто скажи. Если дверь закрыта, я постучу. Если видишь, что моя дверь закрыта, тоже стучи. Так всё работает. У нас в этом доме мало правил, но они есть. Мы относимся друг к другу с уважением. Я и Рэнди всегда будем уважать тебя. Ты относись к нам так же. Помогай с посудой. По утрам субботы мы убираемся. Протираем пыль, моем полы, всё такое. Клади свою одежду в корзину для грязного белья. Убирай за собой. Ты знаешь. Всё такое. Отбой в девять часов.

– В девять? Мне не восемь лет, знаешь ли!

– Оу... во сколько ты обычно ложишься в кровать?

– В десять. По будням. На выходных в любое время, когда захочу.

– Хорошо. В десять часов. По будням. Я забыл, что ты немного старше Джереми.

– Я почти подросток.

– Тебе одиннадцать. С тем же успехом ты мог бы быть в подгузниках, насколько меня это волнует. Я почти в пять раз старше тебя. Мы скоро пойдём в магазин. Моя очередь готовить. Рэнди не готовит, но очень хорошо заказывает еду. И ест. Ты сам это увидишь. Мой совет: если на столе есть еда, хватай её, пока не исчезла.

Томас смотрел на него долгое время.

– Мне действительно не хватает практики, – признался он. – Мисс Тэмми застала меня врасплох – я понятия не имел, что ты приедешь. Я бы подготовился лучше, нашёл бы, что тебе поесть.

– Всё нормально.

– Что ж... будь со мной терпеливым. Я скоро разберусь во всем. И я буду с тобой терпеливым, потому что знаю, что для тебя это тоже ново, и это тяжело. Так что, может быть, мы оба просто постараемся изо всех сил и позже доведём всё до ума.

Дуэйн сделал глубокий вдох, казалось, взяв себя в руки. Он посмотрел на Томаса скептическим взглядом.

– Ты ведь не думаешь, что я слишком маленький, чтобы быть геем? Ты не скажешь мне, что я должен подождать, должен помолиться об этом, что не этого Бог для меня хочет?

– Я был примерно твоего возраста, когда понял, что другой.

– Правда?

– Правда. Мой папа был не особо счастлив.

– Что он сказал?

– Дело не столько в том, что он сказал, сколько в том, что он сделал. Он собрал свою церковь и провел обряд экзорцизма.

– Серьёзно?

– Он немного чокнутый.

– Вау.

– Я не совсем понял, что должен сказать о том, что ты... гей. Но, полагаю, я скажу тебе то, что сказал бы любому ребёнку. Будь осторожен. Береги себя. Не позволяйте никому заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь. Относись к другим людям с уважением. Бла-бла-бла. Я постараюсь поделиться с тобой своим большим запасом мудрости, но, конечно, когда мне на пятки наступает старческое слабоумие, ты можешь захотеть поторопиться.

Дуэйн улыбнулся.

– Почему бы тебе не переодеться? Мы скоро пойдём в магазин. Тебе что-нибудь нужно?

Дуэйн покачал головой.

– Тогда ладно, – сказал Томас, поворачиваясь, чтобы уйти.

– Мистер Томас?

– Да?

– Спасибо, что взяли меня. Надеюсь, я не стану обузой.

– Ты не обуза, малыш.

Глава 59

Джереми лежал на своей маленькой кровати и слушал злые голоса в гостиной.

– Почему? – снова спрашивала бабушка Триппер.

Наверное, в сотый раз.

– Мама, отстань!

– Лучше не дай своему инспектору узнать об этом. Господи Боже! Думаешь, никто не заметит? Так? Думаешь, люди не говорят? Весь в отца! Такой же идиот. Тупой идиот, и никого нет тупее.

– Откуда мне было знать, что они будут проводить анализ?

– Почему ты вообще принимал это дерьмо? Ты чёртов идиот? Ты забыл, как тяжело было найти работу?

– Ох, мама, честное слово!

– Лучше тебе надеяться, что никто не узнает. Лучше надеяться и молиться Богу!

– Я ухожу.

– Лучше тебе не держать это дерьмо в моём доме! Ты меня слышишь, Койл?