Ринго и Солнечная полиция (ЛП) - Вилгус Ник - Страница 33

– Почему? – спросил Джереми.

– Я надеялся, что ты ему понравишься. Что он захочет быть твоим дедушкой.

– Я ему не нравлюсь?

– Не думаю, что ему вообще кто-то нравится.

– Почему?

– Я не знаю. Я действительно не знаю, сынок. И больше всего он причиняет боль себе, но не видит этого.

– Почему нет?

Поначалу Томас не ответил. Это был хороший вопрос.

– Он винит меня, – наконец произнёс он.

– Почему?

– Моя мать умерла, когда я родился. Если бы не я, она была бы жива. Он винит в этом меня. Всегда винил.

– Почему?

– Я не знаю.

– Ты сделал это не специально?

– Нет.

– Это был несчастный случай?

– Что-то вроде того. Но он думает, что я убил её. Он винит меня.

– Ты ведь не хотел её убивать, да?

– Конечно, нет.

– Оу.

Джереми замолчал.

Томас, чувствуя, что сказал слишком много, потянулся, чтобы похлопать Джереми по колену.

– Не переживай об этом. Всякое случается. Мы всегда хотим кого-то винить, заставить кого-то заплатить, но... всякое случается.

– Как пожар?

– Да, – ответил Томас. – Как пожар. Как с твоей мамой. Всякое случается. В этом никто не виноват.

Джереми прикусил губу и отвернулся к окну.

Глава 51

– Мы можем пройти в твой кабинет? – спросила Тэмми Рафф, когда Томас встретил её у входа в отель. Это был первый понедельник нового года, и на пейзаж Миссисипи лёг мороз.

– Одна из этих встреч, да? – спросил он.

Она кивнула, сжав челюсть с определённой мрачностью.

Марта, стоявшая у кассы, приподняла брови.

– Конечно, – сказал Томас.

Тэмми молчала, пока они шли к его кабинету.

– Ты меня немного пугаешь, – признался Томас, когда она заняла стул напротив его стола.

– Отец решил взяться за дело и оформить опеку, – сказала она.

– Тот самый отец, который сказал, что навестит его на Рождество, и не приехал? Тот, который даже не отвечал на звонки в тот день, чтобы они могли поговорить? Тот, который не приехал увидеть его на рождественском празднике?

– Он самый, – сказала она. – Я откладывала сколько могла, но теперь со мной связались власти Алабамы. Они хотят начать процесс, и я почувствовала, что должна прийти и дать тебе знать, что происходит.

Томас открыл было рот, чтобы гневно возразить, но передумал. Его охватило сильное горе. Пуля, от которой он пытался увернуться, наконец-то приближалась к нему.

– Ты не можешь этого сделать, – сказал он, внезапно почувствовав себя уязвимым. – Он мой мальчик. Ты не можешь сейчас забрать его у меня.

– Я знаю, что это тяжело.

– Что я ему скажу?

– Тебе нужно подготовить его. Дать ему привыкнуть к этой мысли.

– Просто на заметку, думаю, это отстойно.

– Я того же мнения.

– И ты ничего не можешь с этим сделать?

Она покачала головой.

– У парня ещё даже нет работы!

– Койл сделал формальный запрос в ДСО в Алабаме. Он отец мальчика. У него есть права. Предварительное слушание будет позже в этом месяце, и судья решит, что делать. Так что... у тебя есть несколько недель. Тебе нужно подготовить Джереми.

– О каком суде мы говорим?

– Койл должен прийти сюда и через суд потребовать опеки, так как по закону опекуны мы. Судья по семейным делам решит, присуждать опеку или выдвинуть некоторые требования.

– Например?

– Занятия для родителей. План содержания. Домашнее обучение. Дело за судом. Он может предложить Койлу вернуться и разобраться с ДСО Алабамы, пройти все шаги для усыновления, или он может вернуть опеку в тот же день и позволить Джереми поехать с ним домой.

– Вот так просто?

– Он отец мальчика.

– Он бросил его!

– Такое случается. Родители спорят. Отец уходит. Может, живёт в другом штате, и они теряют контакт.

– Он не оплатил ни цента на содержание ребёнка!

– Судья учтёт это.

– Если он действительно хочет быть отцом Джереми, то приехал бы сюда на Рождество. Джереми было так больно. Мы репетировали свою маленькую рутину для программы в церкви, и он хотел, чтобы его папа приехал и увидел его. У него было разбито сердце, когда тот не приехал.

– Не учи учёного, милый.

Томас покачал головой.

– Мне нужно знать, на чьей ты стороне, – сказала она, наклоняясь вперёд, глядя на него этими грустными, знающими глазами. – Ты на моей стороне, или ты будешь создавать мне проблемы?

– Я сделаю всё, что придётся, – пообещал он.

– Я хочу, чтобы ты подумал насчёт другого размещения.

– Совершенно нет!

– Томас, ты хорош в этом. У меня были сомнения насчёт тебя, когда ты впервые пришёл на родительские занятия, но мне не понадобилось много времени, чтобы понять, что ты будешь настоящим ценным кадром. И ты такой и есть. И так много детей...

– Я не хочу этого слышать.

– Пожалуйста, – с нажимом произнесла она. – Я хочу, чтобы ты подумал об этом. Ты можешь это сделать, Томас. И эти дети нуждаются в тебе. Поверь мне. Ты будешь отцом. Настоящим отцом. Один из этих детей будет тем самым. Но пока что...

– Ты упорная, да?

– У меня нет выбора. Я тоже привыкаю, знаешь ли. Есть так много детей, которых я хотела бы усыновить. Хотела бы сделать что-нибудь, чтобы помочь им. Много детей, которых я вернула в семьи, зная, что для них там не лучше. Ничто из этого не легко, Томас. Ни для кого из нас.

– Я знаю.

Глава 52

– Дядя Рэнди?

– Да?

– Энди меня обозвал.

– Это он постоянно достаёт тебя?

Джереми кивнул.

Томас слушал этот разговор, гоняя еду по тарелке – у него не было аппетита для ужина. Над ним тяжело повисла угроза потери Джереми.

– Как он тебя назвал? – спросил Рэнди.

– Флиппер (прим.: Флиппер – отсылка к одноимённому фильму про дельфина по имени Флиппер). Флиппер Триппер. Он сказал, что я похож на дельфина, и хотел узнать, где мои ласты.

– Это подло, – сказал Рэнди, глядя на Томаса болезненным взглядом.

– Теперь другие дети называют меня Флиппер, – добавил Джереми.

– Ну, это просто глупо, – сказал Рэнди. – Не обращай на них внимания.

– Мне это не нравится.

– Тебе не должно это нравиться, – отметил Рэнди.

– Что мы говорим о людях, которые обзываются? – спросил Томас.

Джереми поднял на него взгляд, прикусил губу.

– Ты помнишь? – подтолкнул Томас.

Джереми покачал головой.

– Они просто пытаются расстроить тебя. Если ты не позволишь им тебя задевать, они прекратят, потому что нет никакого веселья в том, чтобы задирать кого-то, кому всё равно. Помнишь это?

– Но он гадкий, – возразил Джереми.

– Я знаю, но он просто пытается привлечь твоё внимание. Он хочет, чтобы ты расстроился, так что ничего не говори. Не позволяй ему задеть тебя.

– Что я должен сказать?

– Ты не должен ничего говорить. Просто улыбнись ему и посмейся, будто считаешь это смешным. Просто помни, что он глупый, и у него, наверное, нет настоящих друзей, и он тебе завидует. Просто игнорируй его, и он перестанет.

– Он сказал, что я педик.

– Что он сказал? – требовательно переспросил Рэнди.

– Он сказал, что мои папы педики, и я тоже.

Рэнди выглядел сокрушённым.

Томас вздохнул. Дети жестоки. Что здесь можно было сказать?

– Папа?

– Да? – ответил Томас.

– Кто такой педик?

– Кому-то нужно поговорить с твоим учителем, – сказал Рэнди.

Томас покачал головой.

– Почему нет?

– Ему нужно научиться игнорировать их. Мир полон придурков, и это просто факт жизни. Тебе нужно впустить это в одно ухо и выпустить из другого, и не обращать никакого внимания.

– Что ж, – сказал Рэнди Джереми, – если я когда-нибудь услышу, как кто-то обзывает тебя, я ударю его так сильно, что у него отвалится голова. И если у них будут проблемы с тобой, скажи им пойти встретиться с твоими папами-геями. Мы покажем им, какими могут быть геи.