И только сердце знает - Линдсей Джоанна - Страница 35

За этой тирадой последовала длительная пауза, во время которой Ранульф молча разглядывал Рейну. Наконец он пожал плечами, — Ну что ж. Полагаю, мы можем отложить это до вечера. С облегчением в душе покидая палатку, Рейна смеялась над своим самонадеянным мужем, который возомнил себе, что ее так легко получить. Она собиралась спать в своей собственной комнате по крайней мере до второго венчания.

Пока сэр Генри не принял клятвы верности Ранульфа епископу Шеффордскому, она вовсе не собиралась считать себя замужней женщиной, независимо от того, познала она мужа на брачном ложе или нет.

После утреннего происшествия Рейна полностью изменила свое первоначальное решение относительно того, что она скажет Симону Фитц Осберну и другим вассалам. Восседая позади Ранульфа на его огромном боевом коне, Рейна поделилась с мужем своим новым планом. Ранульф все еще не доверял ей и не позволил сесть на отдельную лошадь, к тому же он хотел, чтобы Рейна находилась рядом с ним на тот случай, если она вдруг решит поднять против него своих людей, поскольку в замок он прибудет лишь в сопровождении небольшой свиты. И хотя страхи его были безосновательны, Рейна не стала настаивать на том, чтобы он все же поверил ей и позволил сесть на другую лошадь.

Что касается нового плана Рейны, то он заключался в том, что она постарается убедить своих вассалов, что выходит замуж за Ранульфа по собственному желанию, без какого-либо принуждения. Она настаивала, что они скорее поверят ей, если не будут знать, что Рейна и Ранульф уже женаты. Рейна аргументировала свою позицию тем, что было бы весьма подозрительно так быстро изменить решение и выйти замуж за рыцаря, которого она едва знала. Рейна хотела, чтобы ее вассалы приняли Ранульфа без каких бы то ни было сомнений, поэтому она и собиралась сказать им, что Ранульф был именно тем человеком, выйти замуж за которого она собиралась.

Хоть и неохотно, но Ранульф согласился с ней, надеясь, что если она вдруг нарушит договоренность, он предъявит ей копии их брачного договора как доказательство ее обмана. Ему осталось лишь предупредить своих людей, прекрасно знавших, где провела ночь Рейна, о новом плане и попросить их немного притвориться, с чем все воины с радостью согласились.

Теперь Рейна ломала голову, зачем ее мужу необходимо было видеть ее обнаженное тело, когда все уже произошло. Ведь он не смог бы отречься от нее, если бы пришел к выводу, что ее формы не устраивают его придирчивый мужской вкус. Он потерял эту возможность в их первую брачную ночь, когда так бездумно лишил ее девственности. Но все-таки зачем он так смутил ее своим приказанием раздеться?! Неужели ему понравилось то, что он увидел? А вдруг он просто почувствовал отвращение? О! Хотел он в чем-то убедиться или просто бесновался, что не смог вспомнить того, что на самом деле произошло ночью…

Рейна была не только оскорблена, но и взбешена, что он не мог вспомнить, как овладел ею. Возможно, он и не доставил ей наслаждения, однако ее самолюбию бы льстило, что она приобрела определенный опыт. Однако похоже, что все было отнюдь не так. Если бы она могла только предположить, что Ранульф окажется так мертвецки пьян, что не будет сознавать то, что делает, ей, возможно, удалось бы оттолкнуть его. Несмотря ни на что, дело сделано, и сейчас слишком поздно размышлять, что могло бы быть. Рейна подумала лишь, что в следующий раз ей необходимо убедиться, что он не настолько пьян…

Глава 17

Все время, пока Рейна принимала радостные поздравления с возвращением стражников Клайдона, которым выпало первым приветствовать госпожу, Ранульф стоял в стороне, молча наблюдая за происходившим. Когда же его наконец заметили, то воцарилась гробовая тишина… С каждым новым шагом Ранульф все ближе подходил к самому сердцу замка, минуя одни ворота за другими. Он понимал, что отдает себя в ее руки, ибо в случае измены он вряд ли смог бы выбраться из этой крепости живым. Итак, он полностью доверился судьбе. Однако когда они въехали во внутренний двор, сердце Ранульфа сжалось, ибо его действительно обуял страх: более ста вооруженных воинов стояли, ожидая приказа, среди них было не менее пятнадцати рыцарей, одни в полном вооружении, другие лишь с мечом в руке, а кто-то еще только поспешно спускался из башни. По их виду без труда можно было догадаться, что они уже предупреждены о возвращении своей хозяйки.

— Спокойней, милорд, — тихо прошептала Рейна мужу, когда он остановил лошадь перед этой настоящей армией. — Все в порядке. Это лишь два моих вассала, прибывших в замок со своими воинами и рыцарями. Я же говорила вам, что послала гонца за помощью к лорду Симону, как только началась атака. Наверняка по дороге его отряд встретил сэра Джона, который присоединился к нему со своими воинами.

— Вы имеете в виду того человека, который претендовал на вас?

— Вовсе нет. Я говорю о моем вассале Джоне Рэдфорде. Это очень упрямый и непреклонный человек, так что в зависимости от того, какое вы произведете на него впечатление сейчас, он и будет относиться к вам в дальнейшем. В его отряде всего трое рыцарей и двадцать воинов, все остальные прибыли с лордом Симоном, хотя постойте, я вижу, что и сэр Мэйер вернулся наконец. Именно его я посылала на помощь управляющему поместьем. Он и сэр Ранульф служат нам уже почти четыре года, и должна заметить, что обязанности свои они оба выполняют наилучшим образом. Однако поскольку они всего лишь наемные воины, то вам предстоит решать, возобновите вы с ними договор еще на год или нет.

— А вы что, не хотите вмешиваться в это дело?

— Я была бы очень рада, если бы вы спрашивали мое мнение в тех вопросах, в отношении которых испытываете неуверенность, — ответила Рейна. — Однако впредь окончательное решение — за вами.

— Не лорд ли Симон спешит к нам, держа руку на рукоятке меча?!

Рейна вздрогнула, услышав, каким жестким вдруг стал его голос.

— Да, но позвольте мне разобраться самой со всем этим. А еще было бы неплохо, если бы вы соизволили поставить меня на землю и убрали свои руки с моей талии, чтобы они не подумали, будто я все еще ваша пленница, милорд.

— Это приказ, леди?

— Я не смею приказывать вам, милорд.

— Ну да, — пробурчал Ранульф. — Скажите еще, что сегодня утром в палатке вы именно так не поступили!

Рейна вспыхнула от напоминания об утренней стычке, но именно в этот момент появился лорд Симон, который всем своим видом показывал, что происходящее ему явно не нравится. Ранульфу не оставалось ничего другого, как снять Рейну с лошади и поставить ее перед собой, он убрал руки с ее бедер, однако встал настолько близко, что в любой момент мог снова сковать ее своими железными объятиями.

— Надеюсь, что вы не пострадали, леди Рейна? — спросил Симон, едва приблизившись к хозяйке замка.

— Ничуть, — ответила она с улыбкой. — Могу заверить тебя, Симон, что это было чрезвычайно увлекательное путешествие, и оно доставило мне огромное удовольствие.

В этот момент взгляд Ранульфа встретился с голубыми глазами воина, которые смотрели на него еще отнюдь не дружелюбно, однако уже и не враждебно. Сэр Симон был мужчиной средних лет, могучего телосложения, свидетельствовавшего о его крепком здоровье, однако он был невысокого роста, поэтому сэру Симону приходилось вытягивать шею, чтобы увидеть лицо Ранульфа, что для человека его положения было достаточно унизительно.

Пока Симон внимательно изучал Ранульфа, Рейна воспользовалась затянувшейся паузой, чтобы представить их друг другу.

— Позвольте мне представить вам сэра Ранульфа Фитц Хью, а это, сэр Ранульф, мой вассал, лорд Симон Фитц Осберн.

— Но он ведь не тот человек, за которого…

Рейна поспешно прервала его, убедительно проговорив:

— Была совершена ошибка, Симон. Он похитил меня не для себя, а для того, чтобы доставить меня некоему лорду Ротвеллу, который заявил, что мы помолвлены, однако я пренебрегаю условиями заключенного договора. Естественно, что как только я рассказала сэру Ранульфу правду о том, что никогда в жизни не слышала имени этого негодяя, сэр Ранульф проявил истинное благородство и незамедлительно предложил доставить меня обратно в замок. Не его вина в том, что кровожадный лорд хотел заполучить меня во что бы то ни стало. Ротвелл ничуть не лучше знакомого вам де Рочефорда, и я в высшей степени признательна тебе, что ты так быстро откликнулся на мой призыв о помощи. Мы непременно должны обсудить, как вести себя с этим самонадеянным соседом, однако поговорим об этом позже, ибо сначала мы займемся обсуждением необходимых приготовлений к моей свадьбе.