Князь Барбашев (СИ) - Родин Дмитрий Михайлович - Страница 148

Король, потягивая вино, жмурился от удовольствия. Его любимый пёс, удобно примостившись в ногах, умильно лизал ему руку. А король бросал скорые взгляды на вельмож, словно стараясь угадать их намерения.

- Итак, вельможные паны, - потрепав пса по морде и отерев вылизанную руку о салфетку, король отставил полупустой бокал и взглянул на собравшихся: - нам пишут, что Василий не желает мира без Смоленска, но мы не можем пойти на это. Уступи мы сегодня, и завтра он потребует и Полоцк, и Киев! Нет, вельможные паны, мы должны заставить его вернуть Смоленск нам! Для этого в Москву отправлены послами паны Ян Щит и Богуш Боговитинович. Их цель добиться мира на наших условиях. Но слова не действенны без силы. И отсюда истекает цель нашего похода. А она изрядна: силой склонить московского князя к миру на почётных и выгодных для нас условиях. Пока послы будут плести кружева словесные, вы, пан Константин и вы, пан Януш, покажете московиту нашу силу. Осталось лишь определиться, куда двинуть полки.

- Если король позволит, - склонил голову Сверчовский, - я бы предложил ударить по Смоленску и вырвать его из лап московита. После можно заключать любой договор, даже по принципу, что с боем взято, то у победителя остаётся.

- Стоит ли менять один город на другой? - усомнился Николай Радзивилл, канцлер великого княжества, которого император ещё не возвёл в ранг князей Римской империи. - Не пора ли напомнить восточному соседу, что когда-то дед его присягал великому Витовту, землями и людьми отдаваясь под его руку? Он мнит себя государем, но есть лишь вассал, поднявший руку на сюзерена.

- Ну да, - усмехнулся Григорий Остикович, маршалок надворный литовский. - К Витовту под руку тогда многие из великих князей просились. И тверской и рязанский. Вот только их потомки счастливо забыли об этом. А теперь тот же рязанский князь, убоявшись соседа, вновь к нам просится.

- Значит, пора напомнить о тех временах, - хмыкнул маршалок господарский Иван Сапега. Представитель герба "Лис", он владел большими наделами земли в Витебском воеводстве, но больше служил княжеству на дипломатической службе, однако и саблю в руках держать умел тоже, к примеру, командовал частью войска в битве на Березине и при Орше в славном для литовского оружия 1514 году.

- Кхм, - крякнул Острожский, почесав подбородок. - О том, Иван Богданович, ты с государем отдельно поговоришь. То твоя ипостась, а нам надобно о цели похода договориться. Кхм. Так вот. Наши лазутчики доносят, мой король, что московский князь собрал все возможные силы на юге, для борьбы с крымским ханом. Но так же войско московитов стоит и у Смоленска. А зачем нам идти туда, где нас ждут московиты? Зачем делать то, что так хочет князь Василий?

Король глянул на обоих военачальников, пригубил из бокала рубинового вина и некоторое время молчал, поглаживая улёгшегося у его ног пса. Соперничество между двумя хорошими полководцами было ему только на руку в нелёгком бремени власти, да и откровенно прямолинейный путь на Смоленск как-то не ложился на душу. Да и интересно стало, а что предложит гетман великий литовский?

- И что же хочет предложить нам пан гетман?

Острожский приосанился:

- Северо-западные окраины московской державы фактически оголены. Но там лежат города столь же нужные князю Василию, как нам Смоленск.

- Псков и Новгород?! - удивлённо-восхищённо воскликнул князь Радзивилл. Не Николай, а Юрий, по прозвищу Геркулес.

- Они самые. Наша дорога на Смоленск лежит в другую сторону, мой король и вельможные паны. Я предлагаю повести наше воинство на Псков. А когда возьмём его, вы, мой король, просто обменяете его на Смоленск и поверьте, московский князь согласится на это.

Король склонился над картой и стал что-то пристально в ней высматривать. Совет молчал, ожидая его решения. Наконец Сигизмунд распрямился и щёлкнул пальцами. Подбежавший служка тут же наполнил опустевший бокал и сразу исчез, дабы не мешать знатным людям.

- Это интересный план, князь, но я вижу, что на пути твоих воинов стоит малый замок Опочка. Так вот, я бы хотел, чтобы и он был бы непременно захвачен, хоть он и не является целью похода, но, как нам сообщили, в нём укрылись многие вражеские дворяне. Ну а после захвата этого опорного пункта продолжите развивать свой успех вплоть до Пскова, а то и на весь северо-запад. В конце концов, Новгород и Псков лучше, чем просто Псков.

- Опочка, мой король, - вдруг горько выдохнул Ежи Михаил Ёдка, мечник великий литовский: - весьма неприятный замок.

- И чем же он так неприятен? - искренне удивился король.

- Ещё великий Витовт пытался взять её и не смог. Да и при брате вашем, покойном Александре Казимировиче, осенью 1501 года воевода Ян Чёрный ходил под этот замок, но и его попытка взять Опочку не увенчалась успехом, и он вынужден был бесславно вернуться назад.

- Она так неприступна? - густая бровь короля взлетела вверх.

- Вряд ли, - пожал плечами вельможа. - Но я не был там и не готов оценить силу крепостных укреплений.

- Ерунда, ваше величество, - хлопнул ладонью по бедру Сверчовский. - Я не знаю, что помешало князю Витовту, но у Чёрного, видимо, была лишь лёгкая рать и не было пушек. На сей же раз мы идём в силе великой и с артиллерией, способной разрушить любые стены. Жалкий замок, где нет и тысячи защитников не долго устоит перед нами. В конце концов, под Оршей московитов было больше, но мы побили их.

Король повернул голову к Острожскому:

- Что молвите в ответ, князь?

- Не буду спорить, сила наша велика, но меня смущает то, что из-за очередного мешканья шляхты мы потеряли лучшие месяцы для войны. Скоро наступит осень, а вместе с ней дожди и распутица.

- Значит, будет лишний довод побыстрее расправится со схизматиками, - буркнул Сверчовский.

По быстро багровеющему лицу Острожского было ясно, что сейчас старый воевода разразится бранным словом, кидаться которыми он был мастак. Но ещё раньше Сигизмунд поднял руку, призывая к тишине.

- Да будет так, панове. Более ждать некого, а потому велю сворачивать подготовку и в субботу восьмого числа, в день Святой Марии, выступать всею силою в сторону Пскова. И да благословит господь это наше начинание.

На том военный совет был окончен.

8 сентября 1517 года десятитысячная польско-литовская рать двинулась в сторону русских земель.

Вот только русские на этот раз были готовы к встрече.

Первым пренеприятный сюрприз ждал вторгнувшихся кочевников - их отряды нарвались на тщательно организованные засады и были разбиты. Что, впрочем, не помешало отдельным ватагам делать набеги вплоть до глубокой осени, заставляя великого князя Московского так и держать на границе часть своих сил. Но угроза большого похода была сорвана решительными действиями московских воевод.

Вторым сюрпризом оказалась подновлённая за лето крепость Опочка, к стенам которой и подошла 20 сентября объединённая армия. Крепость располагалась на островке, на высоком холме, кручи поднимались прямо из воды. Опытные инженеры долго приглядывались к укреплениям, выявляя сложности предстоящей осады. После чего приступили к работам подгоняемые нетерпеливыми начальниками. Литовские воеводы спешили, им уже виделись предместья Пскова и слава полководцев, превзошедших самого Витовта. Вот только маленькая крепость сдаваться явно не спешила.

Андрей, помня, как всё было в той истории, долго думал: стоит или нет вмешиваться в события. И решил, что нет, не стоит. От добра добра не ищут. Воеводы в тот раз вполне справились сами, а у него и без того дел невпроворот. Поэтому, распустив ватажников, он просто отправился домой, по пути завернув в Новгород.

Для начала он собрал в доме Компании тех, кто должен будет отдуваться без него. Ведь следующий год он собирался провести на сухопутном фронте. Таких набралось немного. Первым был, разумеется, главный приказчик Компании Сильвестр. Ну, с ним было легче всего: он должен был заняться тем же, чем и занимался до этого - нагрузить корабли товарами и отправить их в море. Вторым был ещё больше раздавшийся в плечах Гридя, костяным гребешком всё пытавшийся приладить непослушные вихры. На нём висела забота сразу по двум пунктам: штурманское обеспечение перехода торговцев и подготовка новых кадров. Да, следующей весной новгородская школа будет готова выпустить в свет первую партию навигаторов, и их нужно было устроить на корабли Компании. Ведь не для дяди учили парней хитрой навигаторской науке. К тому же местные к подобному обучению настроены были скептически: как же, не так от дедов повелось. Так кому же, как не Компании снять все сливки? Тем более что и кораблей ныне было более чем достаточно.