Первый. Том 1-8 (СИ) - Савич Михаил Владимирович - Страница 329

В помещении штаба стало тихо, те, кто сидел, встали. Молчали мы намного дольше минуты. Никто не хотел или не мог говорить. У всех амазонок на глазах были слезы, Две из них не скрываясь, плакали. Скорее всего, это были подруги, близко знавшие погибшую.

— Всем спасибо. Алая, Михалыч останьтесь мы будем обсуждать ответные меры. Остальных прошу вернутся к выполнению своих обязанностей.

Плачущих девушек увели под руки. Горт кивнул мне и вышел вслед за остальными.

— Мы должны отомстить в реале. Вы мужики, вы должны что-то сделать.

— Не беспокойся. Просто так это ему с рук не сойдет. Апулей, как я понимаю, это информация из источника внутри этой банды?

— Если бы это была простая банда, Михалыч, все было бы для нас легко. Да и не пошли бы на это простые бандиты. Это обыкновенный олигарх во всей красе. Денег мы его лишили, но люди и связи у него еще остались. По закону мы к нему не подкопаемся, я пробовал. В такой ситуации я уже был. Собственно, поэтому я и веду борьбу здесь, так как в реале это невозможно. Пока невозможно. Нам не хватило немного времени. Скоро он потеряет все, что имел. От него отвернутся все, кроме тех, на кого у него серьезный компромат. Но даже самые продажные будут помогать ему крайне осторожно и с оглядкой. Это зверство без ответа не останется и ускорит его гибель. Конец для него неизбежен, он это понимает, нервничает и делает глупые непродуманные ходы. Даже самые верные ему люди содрогнулись, а самые умные из них задумались. Быть рядом с человеком, который делает такие вещи глупо и скоро Прохоров останется один. Мой план не изменился. Этим зверством Прохоров приблизил свой конец. Алая, я соболезную тебе и всем, кто знал погибшую. Но ты не должна винить себя. Ты сделала все, что могла. Красные пытались добраться до твоего ближайшего окружения и до тебя лично, но отступили. А Марину они выбрали, чтобы хоть что-то предъявить хозяину. Все понимали, что она ничего не знает, но никто не думал, что дойдет до такого. Виновные будут наказаны поименно, не сомневайся. Но твоего имени среди них нет. Я бы тоже не стал прикрывать того, кто покинул меня три месяца назад и явно ничего не знает. Сейчас мы можем отомстить врагу здесь, разрушив его планы. Удерживая замок, мы именно это и делаем. Кое-что они запланировали на ближайшее время, но планы красных на Терре мы разрушим окончательно, а потом добьем в реале.

— Это разумный и единственно верный путь, Апулей. Я и все ветераны, мы не отступим ни здесь, ни в реале. Алая, ты можешь мне верить. Это будет не сегодня, но преступник будет наказан.

— Спасибо вам. Я вижу, вам не все равно. Хоть вы ее и не знали. А мы дружили и вместе в игру вошли, в одних яслях учились. Ей нравилось здесь, но она ушла ради ребенка. Все ее поняли, хотя осадок остался. А теперь это…

— Алая, тебе лучше отдохнуть и прийти в себя. Побудь дома пообщайся с близкими.

— Нет. Михалыч, я своего поста не покину. Не дождутся красные этого. Что надо делать в первую очередь? Мне нужна боевая задача. Пусть мы потерпим поражение, но мы, амазонки должны пойти в бой. Что нам сейчас угрожает больше всего?

— Алая, ты предлагаешь провести военную операцию с целью психологической — для отвлечения твоих бойцов от скорбных мыслей? С военной точки зрения я сейчас в бой никого посылать не планировал. Вы потеряете уровень и ничего не добьетесь.

— Черт с ним, с уровнем. Дай нам значимую цель, и мы ее достигнем.

— Михалыч, твое мнение?

— Пусть повоюют. Им это сейчас на пользу, выпустят пар и им станет легче. Только я целей не вижу. Не штурмовать же Бастион?

— Тогда так. Нужно выяснить где и когда будут открыты порталы кланами, которые присоединятся к Ударникам и Первопроходцам. Надо подойти поближе и, в момент объявления ими нам войны, ударить неожиданно и разрушить порталы. Михалыч, где по-твоему будут открыты порталы для сорока кланов из первой сотни?

— Сорок кланов? Откуда такая информация? Моя разведка вообще ничего на этот счет не доложила.

— Так они всем составом у зеркала осваивают новые технологии. Но ты прав, как-то это уж очень быстро. С учетом праздников вывести столько бойцов и организовать столько кланов почти невозможно. Кто-то очень влиятельный и щедрый должен за этим стоять. Непонятно для чего это? Алая, твоя разведка молчит?

— Простите, не знаю. Сейчас запрос отправлю. Расклеилась я. А, возможно, именно этого они и добивались, убивая Марину. Дайте мне пару минут, и я соберусь.

— Апулей, меня уже сутки донимают приглашениями на встречу. Не только здесь, но и в реале. Ты не поверишь, насколько серьезные люди домогаются встречи. Сначала я думал, что это здешние кланы хотят присоединиться к дележу трофеев нашей победы. Но сейчас даже и не знаю. Вкупе с твоей информацией о неожиданном вступлении в конфликт почти половины лучших кланов, это все наводит на размышления. Кому-то еще мы наступили на ногу. Вопрос — кому? Ответа у меня нет, и предположений тоже.

— Тогда, Михалыч, возможно, имеет смысл сходить на встречу и, хотя бы посмотреть, кто это такой. Что ему нужно — ясно заранее. Принцип рэкета — отдайте все, и мы вас не тронем.

— И чего он может от меня добиться? Я по договору получаю твердую сумму для клана. Дурак я был, когда сам на этом настоял. Но доход моего клана не может интересовать тех, кто способен вывести в бой второго января сорок кланов. Получается, что у них нет информации о реальном положении вещей. Этот некто считает меня главным, вот идиот-то. И зачем мне с ним говорить? Пусть пребывает в заблуждении. Чем дальше наши враги от реальной информации, тем выше наши шансы на победу.

— Михалыч, я с твоим рассуждением согласен. Но, возможно, что удастся договориться миром. В случае войны нам придется основательно отделать ведущие кланы Терры. Потом с ними будет трудно сотрудничать. Да вот еще, Михалыч, ты с Варягом, Комбатом и Черной бородой после штурма не пересекался? На них могли выходить с предложением, тогда они могут знать, кто за этим стоит и чего добивается.

— Поругались мы. Пронина они, конечно, обложили как положено, но своей вины не признали.

— Так вина их была не так уж и велика. Лидеры кланов сочли ситуацию безнадежной и решили, что терять уровни смысла нет. Подлости и предательства я в этом не вижу.

Условия договора они выполнили. Если ты не хочешь говорить с ними, то поговорю я. Воевали они хорошо. И сейчас были бы нужны. А ваша ссора может пойти на пользу. Об этом все знают, и враги будут их уговаривать выступить против нас, рассчитывая, что бывшие наши союзники многое им расскажут о нас. Так твои друзья сами смогут больше узнать о тех, кто сейчас с нами воевать собрался. Можно им предложить пойти в самоубийственную разведку боем с амазонками на порталы. Уровни я им оплачу. Оружия на замену у нас много. Кстати, забыл совсем. Надо вам обоим составить списки отличившихся в первом штурме и при отступлении и наградить трофейным оружием. Там даже легендарные веще есть.

— Ты подаришь нашим бойцам легендарное оружие? За что? Нет, этого я не допущу. Наградить надо и я награды сам вручу. И выберу из трофеев тоже сам. Награда должна соответствовать подвигам.

— Это верно. Ты, Апулей, нам бойцов избалуешь, они всегда будут ждать такие же награды за любую ерунду. Я тоже сама награждать своих буду.

— Алая, Михалыч, но вы хоть выдайте во временное пользование что-нибудь приличное. У Грозы я вообще дрянь какую-то видел. Это же бардак — боец такого уровня с железякой вместо меча.

— Гроза меч в Бастионе потеряла.

— Так мы же его там должны были найти?

— Мы и нашли, но он теперь твой. Ты же там всех победил.

— Не всех, а одного зомби, и не победил, а уговорил перейти на нашу сторону.

— Какой-то зомби перебил целый мой отряд с Грозой во главе? И с миллионами таких ты хочешь воевать? Ты, что, их всех уговоришь? Они что, разговаривают?

— Что-то мы отклонились от темы. Вооружайте своих, как хотите. Арсеналы ломятся. После следующей победы складывать трофеи будет некуда, разве что в тюрьму. Это мысль, кстати, там полно пустых помещений.