О тех, кто не слушает добрых советов (СИ) - "Чемерица" - Страница 220

Банри слетела по ступенькам вниз, отошла от моста подальше и встала посреди улицы. Задрала голову, глядя прямо в клубящиеся тучи и Крикнула:

– LOK Vah KooR!!!

Первые несколько мгновений ничего не происходило. Ну, кроме того, что земля задрожала, а убогие мокрые развалины, по недомыслию названные городом, заходили ходуном. Затем перестало моросить, а через минуту сквозь плотный слой облаков проглянул первый луч солнца. Когда Банри вернулась на мост, к молчащей эльфийке, в голубом небе над Винтерхолдом сияло дневное светило. Имперка покосилась на него и обратилась к волшебнице:

– Ну как? Этого достаточно?

Та медленно кивнула.

– Вполне. Идем. Я проведу тебя по мосту.

Дама-альтмер шагала вперед, словно не замечая обвалившихся бордюров и надколотых плит. Она лишь ненадолго притормозила перед неким странным круглым сооружением, вырастающим из покрытия (оно напоминало небольшой колодец), походя швырнула в самую середину сгусток магической энергии и пошла дальше. Банри отшатнулась, потому что из «колодца» в небо устремился столб холодного голубого света, но взяла себя в руки и нагнала эльфийку, которая проделала то же самое действие – с тем же результатом – еще раз – на небольшой площадке у высоких кованых ворот, которые распахнулись с легким скрипом, пропуская обеих женщин в обширный внутренний двор. Деревья здесь не росли, и самым заметным объектом была статуя человека в развевающейся мантии с капюшоном, надвинутым на лицо.

Волшебница остановилась и сказала:

– Я Фаральда.

– ...Банри.

Эльфийка кивнула.

– Хорошо, Банри. Если тебе нужно знать что-то о Свитках, то начинать надо с Арканеума. – Она указала на большие деревянные двери впереди за постаментом статуи. – Зайди туда, в Зал Стихий, и поднимись на второй этаж. Спроси Урага гро-Шуба о своей проблеме. Будет упрямиться – скажи, что я прислала. Если... – она сделала паузу, – если ты все же захочешь начать обучение, поговори с Мирабеллой Эрвин, она имеет титул-мастера волшебника и занимается административной работой.

Имперка сделала шаг вперед и оглянулась:

– А если меня кто-нибудь остановит?..

Фаральда улыбнулась.

– Не волнуйся. Если ты здесь и идешь куда-то с решительным видом, никому и в голову не придет тебя задержать.

Она повернулась и отправилась назад на свой пост.

Банри приоткрыла тяжелую дверь и проскользнула внутрь. Едва она оказалась в помещении, как створка самостоятельно захлопнулась, и откуда-то послышался негромкий удар грома. Пахло здесь тоже как во время грозы, и воздух был очень свежим, Фаральда говорила, что нужно подняться на второй этаж, Банри огляделась и обнаружила помимо решетчатой двери, ведущей в огромный круглый зал с колодцем вроде тех, что на мосту, две деревянные поменьше, по обе стороны от входа. К сожалению, эльфийка не уточнила, куда именно следует идти, так что Готтлсфонт выбрала дверь наугад. Поднявшись по крутой винтовой лестнице, она попала в не менее, а то и более обширное помещение, нежели Зал Стихий внизу, все пространство которого было забито стеллажами с книгами. Такого количества томов Банри не видела за всю свою жизнь и потому сперва немного опешила, жаль, Фаральда не уточнила, что Арканеум – это гигантская библиотека.

Ураг гро-Шуб нашелся почти сразу. Банри попала в Арканеум как раз когда огромный седовласый орк в горчично-оранжевой тунике, едва не лопавшейся на его широченных плечах, с ревом набросился на тощенького парнишку в тусклом серо-зеленом одеянии. По крайней мере, имперка была уверена, что Ураг – это он, поскольку других орсимеров Готтлсфонт поблизости не видела, а имя было определенно орочьим.

– Не сметь ничего жрать и пить в моем Арканеуме! – рычал Ураг, потрясая у паренька перед носом какой-то глиняной бутылкой. – Сколько раз повторять можно!

Юноша что-то заблеял в свое оправдание, но не договорил и опрометью бросился вон из библиотеки. Орк проводил его свирепым взглядом желтых глаз, с шумом втянул воздух и швырнул бутыль в плетеную корзину в углу. Потом заметил Банри, подозрительно осмотрел ее и сообщил:

– Я не терплю, если с книгами обращаются неаккуратно. Ясно?

– Угу.

Ураг потопал вглубь Арканеума. Имперка, из боязни заблудиться в этом лабиринте, засеменила следом, стараясь, впрочем, держаться от здешнего «владыки» на безопасном расстоянии. Когда орк добрался до своего рабочего места – стойки, заваленной разнообразными томами – и уселся на стул рядом, Банри все же набралась смелости и приблизилась. Ураг снова уставился на нее и спросил:

– Новенькая что ли?

– В некотором роде...

– Ясно. Тогда слушай. Ты находишься в Арканеуме, и здесь я главный. Это место – словно бы мой собственный маленький план Обливиона. Если ты нарушишь здесь порядок, мои злобные атронахи разорвут тебя на части. Понятно?

– Да. Более чем.

– Отлично. А теперь – чем могу быть полезен?

Банри на секунду замешкалась, но затем выдала:

– Я ищу Древний Свиток.

Глаза орка полезли из орбит.

– Чего-о? – Он так обалдел, что не сразу нашел, что сказать. – И что ты будешь с ним делать, когда найдешь? Ты хоть понимаешь, о чем просишь, или ты просто чья-то девчонка на побегушках?

– Кое-что понимаю, – ответила Готтлсфонт, припомнив путаные объяснения Партурнакса и всякие сплетни, подслушанные краем уха. – Но не буду против, если ты мне еще что-нибудь расскажешь.

Ураг фыркнул и устроился на стуле поудобнее.

– Я так и знал. Все приходят сюда за помощью, но никто не может даже задать правильный вопрос. Древний Свиток – это орудие великого знания и власти. Чтобы прочесть его, твой разум должен быть идеально подготовлен, иначе ты сойдешь с ума.

Это уже было совсем не весело. Банри прикусила губу, раньше она не обдумывала возможные последствия. А Ураг закончил:

– И все равно боги обычно отнимают у читающего зрение.

Час от часу не легче.

– И что получает читатель в обмен на такую жертву?

– Проще всего назвать это «знанием», но когда говоришь о Древнем Свитке, не стоит упрощать. Свиток – отражение всего возможного будущего и всего возможного прошлого. Каждый читатель видит свое отражение через свои очки, поэтому прочтения бывают очень разными. Но в то же время, все в нем – истина. Даже неправда. Особенно неправда.

Звучало бред бредом, особенно для случайного слушателя, но Банри уже не была случайной. Сентенции орка никак не противоречили словам Партурнакса и даже в чем-то подтверждали их.

– Хорошо... А есть сведения о том, кто... написал их?

Ураг закатил глаза.

– У меня бы ушел месяц только на то, чтобы объяснить тебе, почему этот вопрос не имеет смысла. Свитки существуют здесь, с нами, но так же и в иных мирах. Над нами и под нами. До и после. Они – частицы богов, облеченные в материю, чтобы мы их познали. – Орк встряхнул головой, словно приходя в себя и сказал: – Извини. Говоря о Свитках, поневоле приходится прибегать к раздражающе нечетким метафорам. Некоторые увлеченные их исследователи просто сходят с ума.

Банри задумчиво кивнула.

– Понятно... Один мой знакомый назвал их частями творения, существующими вне времени. И так же сказал, что Свитки одновременно и не существуют, и всегда существовали.

Ураг сверкнул глазами из-под мохнатых бровей.

– Похоже, твой знакомый разбирается, худо-бедно, но разбирается в вопросе. – Имперка не удержалась от улыбки. – Чего скалишься? Это он, твой знакомый, отправил тебя Свиток-то искать?

– Да.

– Ну-ну. А что же не объяснил все как надо?..

Банри неопределенно пожала плечами.

– Я смотрю, Арканеум – очень богатая библиотека...

– Одна из самых обширных на Тамриэле, – ревниво перебил орк.

– ...Так вот, может ли быть так, что у вас здесь есть Древний Свиток?

Ураг расхохотался.

– Думаешь, я отдал бы его тебе, даже если бы он у меня и был? Его бы охраняли как зеницу ока. Величайший вор в мире не смог бы добраться до него.