О тех, кто не слушает добрых советов (СИ) - "Чемерица" - Страница 166

– Прошу прощения, – безукоризненно вежливо, но твердо проговорила девица. – Что вам здесь нужно?

– Мы к Непусу, – сказала Банри, готовая услышать «Такой здесь не живет».

Но девушка нахмурилась.

– Нам не сообщали о вашем визите, а старику нужен отдых. Приходите в другое время.

«Отдых ему нужен», – со злостью подумала имперка и приготовилась настаивать, но из глубины помещения раздался дребезжащий, но довольно громкий голос:

– Уалэ,* постой. Все в порядке, дорогая, впусти ее.

– Хм. Ладно, Непус, – проговорила Уалэ и отступила с дороги: – Он сказал. Заходи.

Непус расположился у очага в трапезной, где посреди комнаты высились целых два накрытых стола. Дед, видимо, страдал от холода, потому что сидел, едва ли не положив локти в огонь. Нос у него и вправду был выдающийся. Когда гостьи медленно приблизились, Непус отодвинулся от камина и отложил перо, которым делал какие-то пометки в книге, лежащей на коленях.

– Я прошу извинить мою хозяйку, – учтиво произнес старик. – Она иногда проявляет излишнюю заботу. Так что вам нужно?

Банри кивнула на стоящую за ее спиной Лидию.

– Это ты подослал к моей компаньонке того бандита.

– Да-а. – Непус развернулся к пришелицам лицом вместе со стулом и откинулся на спинку, внимательно их разглядывая. – Вы настоящие ищейки. Ну что ж, вам удалось вычислить меня.

– Можно подумать, это было очень трудно, – тихо пробурчала Лидия. – Тот придурок сразу раскололся.

– Вот уже двадцать лет я веду эту игру, – вздохнул старик, будто не слыша. – Отправляю молодых и наивных на верную смерть. И все во имя Изгоев. И я устал. Я так устал.

Он поник на своем седалище. Банри поморщилась – у дедка, похоже, не все дома. Ясно же, что проблема отнюдь не в Изгоях.

– Кто за всем этим стоит?

– Мой король. Маданах.

– Что?! А это еще кто?!

Непус прикрыл глаза.

– Он – Король в лохмотьях, – нараспев проговорил он. – Человек, в чьей власти был когда-то весь Предел. Он разжигает ярость угнетенных. Приказывает им убивать врагов Изгоев во имя нашей победы. И все это из шахты Сидна. Из нордской тюрьмы. Какая ирония.

– Подожди, Непус, ты что-то путаешь... – забормотала имперка, беспомощно покосившись на недоумевающую Лидию. – Та женщина, которую убил вчера Вейлин...

– Ничего я не путаю. Маркарт и Предел – наши земли. Потому-то мы и зовем себя Изгоями. Мы не можем вернуться на земли, которые принадлежат нам по праву.

– Да я не...

– Но когда норды воевали с эльфами, мы поняли – это наш шанс. Мы подняли великое восстание и изгнали нордов из Предела. А потом появился Ульфрик со своими людьми. Всех нас, кто не успел бежать, казнили – оставили в живых только короля, меня самого и еще нескольких.

Имперка в тоске разглядывала старика. Богатые одежды висели на тощем теле мешком, но это было еще полбеды. Как бы не вышло, что приказы он получал от голосов в своей голове. Если дела обстоят таким образом, выходит, куча народу полегла из-за старческого маразма. Но кое-что все же не вязалось с этой теорией, например, то, что убитые, по крайней мере, известные Банри, чем-либо мешали семейству Серебряной Крови.

– А где твой король, Маданах, сейчас? – осторожно спросила Готтлсфонт.

– Я же сказал – в Сидне, – хмыкнул Непус. – Когда норды подавили восстание, они бросили его в шахты. Я не знаю, каким образом, но он выжил. Я получаю от него сообщения и беспрекословно выполняю его приказы.

Говорил дедок вполне уверенно и четко, но Банри знала, что это еще не показатель его вменяемости. Вдобавок, если Маданах и вправду хотел помочь своему народу, то убийства землевладельцев-аборигенов и имперской шпионки, копающей под Серебряную Кровь, известных своими симпатиями к Ульфрику, совсем не походили на помощь. И кто-то же подослал стражника с угрозами.

– Ты с такой готовностью мне все это рассказываешь... – медленно сказала Банри, краем взгляда углядев, что Лидия, обманчиво небрежным жестом опустила ладонь на рукоять меча. Собственный меч имперки, который телохранительница принесла вместо выщербленного топора, висел у нее за спиной, да и владела им Готтлсфонт из рук вон плохо.

Старик тем временем отложил свою книжку и писчее перо и неторопливо поднялся со стула.

– Девочка моя, – ласково проговорил Непус, – почему ты думаешь, что уйдешь отсюда живой? Вы обе? Вас видели при входе. Девушка, что встречала вас у двери – агент Изгоев, переодетая служанкой. До тебя сюда уже приходили искатели правды. – Старик извлек из ножен на поясе меч и закончил: – И после тебя тоже будут приходить. Простите, но я не могу оставить вас в живых.

Сил у него хватало, несмотря на возраст и немощный вид. Банри с трудом удерживала непусово запястье, пытаясь не дать ему пырнуть себя мечом, и надеялась, что Лидия, у которой внезапно объявились проблемы в лице Уалэ, с воплями размахивающей кинжалом нехилых размеров, и двух ее подручных, тоже вооруженных, вскоре освободится. Хуже стало, когда эти трое продемонстрировали в действии заклинания пламени. Банри от души пнула старика по лодыжке и со всей силы оттолкнула его прочь от себя. Убивать его не хотелось, так что женщина решила, будто падение слегка охладит стариковский пыл, и устремилась на выручку компаньонке. Но хускарл и сама справилась – ударом меча она почти отделила голову служанки от тела, вспорола живот второму агенту Изгоев и раскроила череп третьему.

– Они сами напросились, – выдавила Лидия, тяжело дыша.

– Да, к сожалению...

Банри оглянулась на Непуса. Дед лежал возле очага, не двигаясь, и возле его головы медленно расплывалось угрожающе-темное пятно.

– О нет... – Женщина на ватных ногах приблизилась к телу старого Изгоя, склонилась над ним и сжала его запястье в пальцах, пытаясь найти пульс, но ничего не ощутила. – Старый идиот... И зачем ты только...

Имперка горько вздохнула, выпрямившись и глядя на трупы в лужах крови.

– Мой тан, – хрипло начала Лидия, – давай уедем. Прямо сейчас.

Банри, пролистывающая дневник Непуса, полный довольно поэтичных жалоб на жизнь, мрачно покачала головой. Она просмотрела последние записи, чернила, которыми они были сделаны, еще не просохли до конца и пачкали пальцы.

Чувство вины начинает одолевать меня в преклонные годы. Столько юнцов отправлено на смерть. Всё во имя Изгоев. Всё во имя Маданаха.

Моего короля. Который следит за нами из-за решётки в шахте Сидна. Как давно я тебе служу? Со дня восстания против нордов? Было ли время, когда наши судьбы не были омрачены всем этим насилием?

Есть ли у меня выбор, кроме как следовать чужим указаниям?

– Если бы ты выслушал нас... – Банри положила дневник на стул и посмотрела на Лидию. – Мы уедем, но немного позже. У меня есть кое-какие вопросы к Тонару Серебряная Кровь.

Сокровищница, упомянутая Маргрет в ее дневнике, находилась несколькими уровнями ниже жилища Непуса, у подножия Подкаменной крепости – резиденции ярла. Банри решила, что поиски Тонара следует начать оттуда и первой зашла внутрь. Из-за конторки напротив двери немедленно выскочила девушка, одетая явно не по погоде – в открытое платье с разрезами на бедрах, и прощебетала:

– Прошу прощения. Мы помогаем только нашим покровителям.

– И что дальше? Если не хотите, чтоб заходили люди с улицы, нужно двери закрывать или писать предупреждения, что, мол, «посторонним вход воспрещен».

– Но Сокровищница на самом деле открыта лишь для клана Серебряная Кровь. Тебе здесь не место.

Банри прошла мимо девицы, подвинув плечом, и остановилась возле конторки, оглядывая помещение: кроме пары пожилых слуг – бабки и деда, вытирающих пыль с гномских барельефов, тут, на первый взгляд, больше никого не было.

– Я к Тонару. Он здесь?

– Он просил, чтобы его никто не беспокоил. – Девушка обогнула имперку и встала прямо перед ней. – Он деловой человек.

– Да что ты? – сладким голосом спросила Банри и растянула губы в милейшей улыбке. – Он, вообще-то, меня ждет. Как раз по делу.