О тех, кто не слушает добрых советов (СИ) - "Чемерица" - Страница 145

– Да уж. Старики ни о чем таком не предупреждали.

Имперка вспомнила о стражницах и отыскала их взглядом: два покрытых инеем тела валялись на побелевшем полу возле белоснежной же стены. Когда Банри поднялась на ноги и заковыляла к не подававшим признаков жизни эльфийкам, доски под ее ногами опасно затрещали. Готтлсфонт с опаской приблизилась с солдатам, но бояться, похоже, уже было нечего – у эльфийки, лежащей лицом вверх, даже широко распахнутые глаза заиндевели. Банри склонилась над покойницей и ткнула пальцем ее исходящий ледяным паром нагрудник – металл тихонько хрупнул и осыпался почти целиком, открывая более-менее уцелевший поддоспешник.

– Вот те раз, – пробурчала имперка. – А ведь только два слова использовала...

Она взялась обыскивать стражниц, что, вообще-то, оказалось совсем не просто – они не просто закоченели, а были изрядно проморожены, и руки Банри, пусть и одетые в перчатки, замерзли в считанные секунды. Поиски увенчались успехом – имперка обрадованно схватила обнаруженный ключ и ахнула, когда он сломался прямо в ее руках. Отвалилось, правда, только колечко – Банри со страхом потрогала бородку, но та держалась крепко. Она метнулась обратно к люку в полу – ключ легко вошел в скважину, а вот провернуть его вышло с трудом – без кольца это было очень неудобно. Имперка поднатужилась и подняла деревянную крышку – снизу тут же потянуло холодом, сыростью и тухлятиной. Банри поморщилась и негромко позвала:

– Эй, вы там! Сюда идите.

Показался Малборн. Он был напуган едва ли не больше, чем раньше, когда был в руках талморцев. Этьен вообще куда-то делся, окончательно разозлившаяся Банри отправилась его искать и обнаружила далеко не сразу забившимся в какую-то щель между бочками.

– Ты что, издеваешься?! – прорычала она. – Мне казалось, ты хотел как можно быстрее убраться отсюда!

– Да, – едва слышно ответил тот, – только я устал немного, да и холодно тут стало, после того, как ты... э... короче, сделала это.

– Что бы я ни сделала, по-моему, это просто цветочки по сравнению с тем, что делали талморцы. И что еще сделают, если схватят нас тут.

Имперка извлекла бывшего пленника из укрытия и погнала к люку. Малборн, тем временем, немного успокоился и нетерпеливо переминался с ноги на ногу у отверстия в полу.

– Теперь талморцы будут охотиться за мной до конца жизни, – сообщил он.

– Добро пожаловать в наш клуб, – проворчала Банри, поставив Этьена рядом с эльфом и заглядывая в люк. Вроде бы там имелась лестница, но насколько она длинная, судить сложно. – Никаких льгот и привилегий, правило только одно – не попадайся на глаза агентам Доминиона, штраф – смертная казнь.

Этьен захихикал. Имперка решила, что, должно быть, за время пребывания в оковах его чувство юмора несколько заржавело, раз уж его веселят такие несмешные шутки. Малборн насупился:

– Надеюсь, дело того стоило...

– И я надеюсь, – вздохнула Банри. Она примерилась к шатким ступенькам и проговорила: – Ладно, я первая, а вы давайте за мной и не отставайте.

====== Лучший друг даэдра. Часть 2 ======

Запах разложения делался все сильнее. Банри ощутила под ногами твердую поверхность и выпустила осклизлую перекладину из пальцев, радуясь, что руки защищены перчатками. Она отошла в сторонку, чтобы спускающимся вслед за ней Малборну с Этьеном было куда встать, и вызвала магический светильник.

– Ого, так и впрямь лучше, – простучал зубами бывший пленник, со стоном соскочив на утрамбованную землю. – А теперь куда?

– Можно подумать, нам есть из чего выбирать, – фыркнул Малборн и сморщился: – Ну и вонища тут, однако.

Банри, не отвечая, не спеша пошла вперед, глядя под ноги – очень предусмотрительно, потому что пол подземелья внезапно кончился. Беглецы столпились у края карниза, обрывающегося в полумрак, и растерянно глазели вниз.

– Ну что же, – Банри отступила на шаг и поудобнее перехватила оружие, – ты, Этьен, сам сказал: куда-нибудь да выйдем. Тут, кстати, не очень высоко.

Она спрыгнула на обледенелый камень пещеры и первым делом отыскала выход; можно было обойтись и без света: большая трещина в породе обеспечивала приток свежего воздуха, разбавлявшего трупное зловоние. Что-то зашуршало, и Малборн неловко сполз на нижний уровень грота. Он оглянулся и испустил такой вопль, что Банри взвилась в воздух от неожиданности, а Этьен, как раз собиравшийся присоединиться к честной компании, живо забрался обратно, невзирая на все свои раны. Имперка вскинула лук и приготовилась выстрелить, но вместо врага увидела лишь изодранный труп снежного тролля, да сидящего рядом с ним Барбаса, ухмыляющегося во всю окровавленную пасть.

– Совсем охренел? – прошипела Банри то ли псу, то ли босмеру. – Чего пугаешь-то?

– Да-а... – заныл Малборн. – Они нас, считай, поймали, вон какую образину сюда посадили!

– Образина уже сдохла, успокойся!

– Я про собаку!

– Это моя собака, – объяснила имперка, – и я буду очень признательна, если ты не будешь ее обзывать.

Эльф заткнулся. Этьен, разобравшийся что к чему, спустился к товарищам по несчастью, оглядел пещеру и отметил:

– Крутая, однако, собака. Со снежным троллем не всякий медведь справится...

– Да, ничего, – буркнула имперка. Барбас подошел к ней, помахивая хвостом и таща в зубах нечто, еще пару дней назад бывшее добротным и недешевым меховым плащом; женщина брезгливо взяла изделие в руки, оценила состояние и со вздохом повернулась к полуголой жертве пыток: – В общем, если хочешь – вот, накинь. Грязный, конечно, но все еще должен греть.

Этьен обрадованно выхватил мех из ее рук и живо завернулся в плащ так, что наружу только кончик носа торчал.

– В моем положении выбирать не приходится...

– Ну и хорошо, – Банри задрала голову, прислушиваясь, но сверху не доносилось ни звука. – Уходим отсюда.

Снаружи царила ночь. Банри раздвинула сосновые ветви, сделала пару шагов и, к своему удивлению, очутилась на довольно широкой мощеной дороге. Пока она стояла и крутила головой, мучительно припоминая карту Хаафингара, Малборн прошмыгнул мимо и ускакал в темноту, даже не попрощавшись. Этьен вылез из подземелий, с явным удовольствием вдохнул ледяной воздух и сказал:

– Спасибо за помощь. Я у тебя в долгу. Найди меня в Рифтене, если выберешься из этой передряги.

Он унесся в сторону, противоположную той, что выбрал Малборн, Банри оставалось только подивиться его прыти. Барбас куда-то запропастился, правда, стоило имперке о нем подумать, как пес показался из пещеры, повел носом, выплюнул что-то на землю и спросил:

– А эти где?

– Ушли. – Банри потерла лоб, прикидывая, не достать ли ей карту из своего мешка – хоть ее она не забыла.

– Хм. Решили разделиться, значит? Оно и к лучшему. Идем.

– Куда?..

Имперка устало поплелась за Барбасом, который подобрал выплюнутый им ранее некий предмет и побежал по дороге куда-то налево от выхода из тролльего логова. Через некоторое время он свернул в холмы и в конце концов привел имперку к развалинам фермерского дома. Крыша у данного сооружения отсутствовала, поэтому неизвестные вооруженные до зубов личности расставили несколько палаток вокруг давно погасшего очага и развели костер прямо на полу. Сами эти неизвестные, уже почившие, валялись грудой под лестницей в дом. В общем, место было неуютное, хотя и скрытое от посторонних глаз, но Банри была рада и такому приюту. Еще больше она обрадовалась, когда увидела свою кобылу, привязанную за останками хижины.

– Не обращай внимания на трупы, – любезно предложил Барбас, зайдя вовнутрь кружка из палаток и выплюнув на заснеженный пол маленькую шкатулочку. – Ну и... на беспорядок тоже.

«Беспорядком» он, видимо, называл лужи крови, красовавшиеся тут и там.

– Не буду. – Банри переступила через них, стараясь не запачкать обуви, погладила и осмотрела Альфсигру – на вид с ней было все в порядке – и посмотрела на пса: – Как ты ее привел?

– Ага, еще и привязал, – засмеялся Барбас. И впрямь – лошадь была привязана к небольшой сосенке. – Они ее привели. – Пес выразительно посмотрел на покойников.