Жертва для магистра (СИ) - Питерский Ярослав Михайлович - Страница 10

Через пол часа мучения с самим собой он вышел в прихожую и найдя визитку Нины повертев ее в руках набрал номер ее домашнего телефона. На том конце провода шли длинные гудки.

— Странно, убитая горем мать — пошла куда то! Может, вышла к соседке? Обычно в таких ситуациях люди сидят дома — у них стресс, стресс… — прошептал он сам себе, держа телефонную трубку.

Стас, посмотрев на свое отражение в зеркале, затем прошел в комнату и оделся. Через пять минут он ловил такси на обочине дороги. Вечерний город лениво проплывал за окном автомобиля. Андреев не понимал, зачем он едет к Нине. Что он может ей сейчас сказать. Но, тем не менее, он мысленно торопил таксиста, что бы тот поскорее довез его к дому матери погибшего мальчика.

Дом оказался серым и мрачным. Стоя у подъезда, Стас посмотрел на горящие окна. Какие из них были Ниниными? Желтые и синие огни, словно неведомый чужой мир казались далекими и недоступными. Неожиданно, дверь открылась, и из подъезда вышел сутулый парень. Увидев Стаса, он вздрогнул и попятился. Юноша, был каким то странным — лысая голова и тонкая шея и совершенное отсутствие бровей. Обтягивающие черные брюки на тонких и кривых ногах. Остроносые ботинки с блестящими пряжками. Хотя и было темно, но Стас это рассмотрел.

— Эй, парень! Нина, Нина Павлова в этом подъезде живет? — спросил у лысого Андреев.

Парень ничего не ответил, а как-то не естественно дернулся и побежал вдоль дома. Добежав до соседнего подъезда, он оглянулся и скрылся в его черном квадрате.

— Вот козел! Скинхед чертов! — обругал лысого Стас.

Потоптавшись минуту, он зашел в подъезд. Нинину квартиру он узнал сразу. Возле двери он увидел, обшарпанный круг на стене. Под ободранной известкой вырисовывалось очертание пентаграммы.

— Да, кто-то так шутит, может этот козел лысый? — буркнул себе под нос Стас.

— Молодой человек, вы к кому? — услышал он голос с верхней площадки.

На ней стояла старуха — в цветастом, стареньком халате. Она внимательно смотрела на Андреева.

— Я к Нине, Нине Павловой!

— А, к Нине! Ниночка дома! Голубушка — не входит вообще после похорон! Только вот сегодня, куда то ходила. Но пришла уже — часов в пять. Сейчас дома. Я ее соседка напротив, а тут вот греюсь возле батареи! У меня память то короткая, а дверь захлопнула! Ключи то там, в квартире оставила, кто-то позвонил в дверь. Я открыла — никого! Вышла на площадку. А дверь то и захлопнулась — вот сейчас дочку с работы жду, должна вот — вот подойти! Дочка то — подруга Ниночкина. Оля зовут! — выдала информацию на редкость болтливая бабка.

— А я вот к Нине, знакомый ее старый… — соврал Стас, — Пришел вот поддержать, так сказать в трудную минуту!

— Да, это правильно, а то у нее никого кроме Оли и меня нет! Отец и мать давно померли, с мужем разошлась, а с другими мужиками как-то не ладится! Правда, ходил один, вернее ездил — бизнесмен какой то. Но Нина, что-то его не приняла! Так вот и одна! Все с Эдиком, с ним! Горе то какое! — и бабка тихонько заплакала.

Стас стоял в нерешительности. Толи успокаивать бабку. Толи звонить в дверь. Андреев решил сделать второе. Кнопка звонка глубоко провалилась и где-то в глубине квартиры раздалась трель. Но к двери никто не подошел. Стас еще пару раз нажал на звонок, но никаких шевелений за дверью слышно не было. Бабка, видя это, престала рыдать и с удивлением сказала:

— Странно — она дома была, никуда не выходила, это я точно знаю!

Стас еще несколько раз позвонил. Но все, оставалось по прежнему. И тут до него дошел слабый запах газа. Обычного бытового газа. Андреев принюхался и уперся носом в щель двери. Запах явно шел оттуда. Старуха с удивлением смотрела на действия Стаса и не могла ничего понять.

— Бабушка, у вас, в доме газ что ли?

— Да, а что? — неуверенно ответила старуха.

— Нужно срочно газовую службу с милицией вызывать, там, что-то плохо пахнет, боюсь у Нины неприятности!

Бабка, всплеснула руками и запричитала:

— Ой! Ниночка! Ой, девочка! Ой!

Стас вытащил мобильник и попытался набрать номер. Но в это время как назло села батарейка, которую он вечно забывал подзарядить.

— Черт! Бабуля, у вас дома телефон. Есть? — крикнул он Нининой соседки.

— Ой! Есть! Есть, да у меня ж ключей нет. Ольга то, я ж забыла! Ой, ой! Может к Петровне, пойдем от нее позвоним?! — засуетилась бабка.

В это время, откуда-то снизу — прозвучал женский голос:

— Мам! Что там случилось?

— Оля! Оля, иди быстрей! У Нины из квартиры газом пахнет! — заорала перепуганная старуха.

По лестнице застучали каблуки. Железные набойки выбивали дробь. На площадке показалась молодая женщина, которая с испуганным видом неслась на Стаса.

— Мама, а что ты то в коридоре стоишь?

— Оля я ж ключи забыла, а к Нине вот молодой человек пришел, звонил, звонил, а там — нет, никого, и газом из щели пахнет!

Ольга с удивлением посмотрела на Стаса и спросила:

— Вы к Нине?

— Да, если можно — давайте из вашей квартиры, позвоним. Нужно милицию и газовую службу вызвать! — ответил он.

— Ой, да, да — конечно. У меня ж ключи от ее квартиры есть, она мне запасные оставляет — мы ж подруги.

Ольга, суетясь, вывалила содержимое своей сумочки прямо на бетонный пол и среди дамского барахла — пудры, теней, помады и прочего — нашла связку ключей. Трясущимися руками она открыла Нинину дверь.

В нос ударил резкий запах газа. От него резануло в глазах. В прихожей было темно. Стас зажигать свет не решился, боясь искры, от которой могло все взорваться. Заткнув нос и рот платком, он, на ощупь прошел на кухню и растворил окно. Свежий ветер сквозняком пронесся по помещению. Стас попробовал вздохнуть и лишь после этого включил свет.

Нина лежала возле газовой плиты, конфорки и духовка которой были открыты.

Где-то сзади заголосила Ольга. Ее звонкий крик отразился резонансом в коридор. Там вдалеке — охала бабка. Стас осторожно поднял Нину и бережно отнес ее в комнату, уложив на диван. Нина была без сознания. Ее губы улыбались, словно она видела сладкий сон. Стас похлопал ее по щекам, но женщина не среагировала.

— Скорую, нужно вызывать скорую — звоните! Где телефон! — приказал он Ольге, которая перестала кричать, а лишь кудахтала как курица.

Скорая, приехала минут через сорок. Молодой врач, осмотрев Нину и послушав ее грудь фонендоскопом, тяжело вздохнул:

— Эх, отравление, обычное — отравление. Пока я не могу сказать — какой препарат она приняла. Но то, что это сильное снотворное или, что из группы снотворных, очевидно, как — то, что сейчас зима!

— То есть, вы хотите сказать, что она отравилась не газом? — удивленно спросил Стас.

— А, что — она и газом хотела отравиться? То-то, я чувствую, газом как-то у вас в квартире попахивает — я просто думал утечка. У меня тоже попахивает, даже вот вызвал монтера.

— Да нет, я так, просто мало ли что! — скрыл Стас, что Нину нашли возле печки.

Он увидел, как Ольга хотела, выложить все врачу и скрытно показал ей кулак. Та замялась и промолчала.

— Ну, что, будем госпитализировать, в токсикологию повезем! — подвел итог визита врач.

— Доктор, а опасность жизни есть? — боязливо пропищала Ольга.

— Да нет, просто она сейчас крепко спит — но нужно все равно промывание желудка сделать, прокапать, что бы в крови, ничего не осталось. Я думаю, дня два и она будет — в полном порядке. — врач застегнул свой саквояж и направился к выходу.

У двери стояли санитары, ожидавшие его команды. В руках одного из них были зеленые носилки. Ольга засуетилась и дала им одеяло, что бы те, не несли Нину на грязном брезенте.

Стас проводил их до автомобиля, посмотрев, как белая машина скрылась за углом — вернулся обратно в дом. Любопытная бабка, оказавшаяся матерью Ольги любопытно выглядывала из своей квартиры.

— Мама! Идите домой! — властно сказала ей Ольга встречавшая Стаса на площадке.

Они прошли в квартиру Нины. Стас, словно он здесь был давний гость, по хозяйски снял ботинки и одел, тапочки, стоявшие в углу прихожей. Ольга, увидев это — улыбнулась: