Путь (СИ) - Yagger Егор "Yagger" - Страница 197

Те же «праймы», были всего лишь строительными роботами. Ну, как мне в своё время рассказала Вайли. Вообще у гетов нет чисто боевых платформ, они как всякие разумные просто приспособились. Тот же «гет-прыгун», просто спасатель. А их шагающие танки, в прошлом погрузчики разных модификаций. Один, кстати, дымил с краю поля, уткнувшись овальной головой в бетон. Судя по повреждениям, его задолбили из гранатомёта. Передние лапы были оторваны и валялись неподалёку.

Послышались голоса и шаги, на пандус вышли фермеры с носилками в руках, а за ними топала троица военных, поводя винтовками в разные стороны. Здесь, в отличие от игры, биотики пользовались тем оружием, которым лучше получалось воевать, так что большинство ходило со штурмовыми винтовками. Ведь колдовать она нисколько не мешала, ну по крайней мере, я ни разу такого не видела. Другие бойцы, из соседних экипажей, умудрялись спокойно колдовать, ещё и стреляя при этом. Ну, как и я, впрочем. Да и Аленко сегодня показал себя просто замечательно, хорошее пополнение и он, и Дженкинс, салагу только натаскать надо. А Уильямс, если что, дополнит пятёрку Серёгина, сам Андрей остался на луне Торфана и его девахи остались без присмотра. Так что будет у нас чисто женская пятёрка, хоть адаптируется легче. Ведь истовой католичке, наверное, трудно было в десанте с его нравами и порядками.

Принесли и положили на бетон Найлуса, турианец, похоже, спал. Ну так ощущалось по его эмоциям. Пусть спит, сон в таком случае первое лекарство.

С неба летит гул, но, корабля не видно. Вот полетела пыль, Уильямс и фермеры с удивлением закрутили головами. По звуку, на поле садится корабль, но самого корабля просто нет. Лишь муар в воздухе, вот Джеффри выключил маскировку и «Нормандия» появилась во всей своей, антрацитово-чёрной красе. По корпусу пробежались искры и корабль приобрёл парадную, бело-голубую расцветку. Вышли опоры и Шутник мягко поставил фрегат на бетон. Люди смотрели на это с открытыми ртами.

— Ну как вам, ЦМС, наша красавица? — спросила я, подошедшую и вставшую рядом, Эшли.

— Это потрясающе! — прошептала, полыхающая изумлением Уильямс.

— Именно! Обожаю мой корабль и его экипаж, кстати, тоже. Вам вполне найдётся в нём место, Эшли. Вы, подумали?

— Я согласна, мэм, оставаться здесь бессмысленно. А ждать, что меня возьмут куда-то в приличное место, я не могу. Со своим родовым проклятием.

— Что за проклятье, Эшли? — спросила я, прекрасно зная о чём пойдёт речь, причём из первых рук. Такеши много и подробно рассказывал нам о Войне первого контакта. О глупости и упрямстве адмирала Торна, фактически развязавшего боевые действия и закономерно проигравшего орбитальный бой. О том, как в абсолютно безвыходной ситуации, когда тысячам колонистов в лесах Шаньси уже просто нечего было есть, генерал армии Уильямс, не зная языка, смог договориться с турианцами о прекращении огня и мирных переговорах. Как вместе с обычными людьми, сидел в концентрационном лагере, поддерживая и заботясь о них. Выбивая из довольно злых, от понесённых на планете потерь, чужаков, продовольствие и медикаменты для раненых. И как в итоге, его за это отблагодарило командование. Понавешали ярлыков, и выперли в отставку. Но на самой колонии ему поставили памятник и на любую попытку кого бы то ни было нелестно высказаться в адрес генерала Уильямса, говорящий такое, гарантированно получал по лицу, а то и не только по лицу. Так однажды избили представителя адмиралтейства. Мудака, с большими звёздами и лампасами, после его обличительной речи, еле отбили у разъярённой толпы аборигенов. После, это чмо было объявлено в колонии «персоной нон грата», и вообще, встал вопрос о выходе Шаньси из состава Альянса систем. Еле утрясли тогда конфликт.

— Мой прадедушка, — стала рассказывать в это время, Уильямс. — Командовал обороной Шаньси во время войны «Первого контакта».

— Ваш прадедушка, знаменитый генерал Уильямс?

— Да, но все ведь считают его чуть ли не предателем!

— Я не все, Эшли, вам имя Такеши Омура, что-то говорит?

— Генерал Омура! Вы знали генерала армии Омуру?! — восклицает сержант, глядя на меня широко распахнутыми глазами. — Прадедушкиного адъютанта?

— Поправочка, Уильямс. Я знаю, генерала армии в отставке Омуру. Он мой воспитатель и опекун в прошлом. Так что о произошедшем на Шаньси я знаю из первых рук, Эшли. И могу сказать вам, что ни один человек на борту этого корабля не скажет ни в ваш адрес, Эшли, ни уж тем более, в адрес генерала Уильямса, ничего плохого. И, возможно, служба у нас, поможет вам наконец-то преодолеть ваше родовое проклятье.

— Мэм! — с восторгом воскликнула девушка. — Я! Да я!..

— Будьте умницей, Уильямс, и всё у вас получится.

— ДЖЕНКИНС, СТОЙ!!! — орёт Аленко за спиной.

Всплеск страха от салаги, оборачиваюсь и вижу, как Лероя тянет прямо к бую. — Чёртов салага! — думаю я, подбегая к нему. — Чёртова я, не предупредила его. Аленко и Уильямс предупредила, а салагу нет, и вот результат. Ох мои мозги, готовьтесь…

Хватаю парня за пояс и выталкиваю из захвата, но попадаю в него сама. Меня скрутило, так что даже дышать стало сложно, буй полыхнул зелёным и я увидела перед собой протеанина. От четырёхглазого тянуло гневом и отчаяньем.

— Ты, живущая после нас! — громыхнул голос в голове. — Не повтори нашу судьбу! СМОТРИ!

И замелькали картины гибели империи, битвы флотов заканчивающиеся почти всегда победой Жнецов. Выжженные планеты, и смерть, смерть, смерть триллионов разумных. Огромные армии хасков, всяческих размеров и форм и надо всем этим, титанические туши тяжёлых платформ. Картинки сменялись со всё возрастающей скоростью, вот всё слилось в почти непрерывный поток информации, в котором я почти утонула. И внезапно все остановилось. Перед внутренним взором снова висел протеанин, картинка медленно поменялась, показывая мне Цитадель.

— Это ключ ко всему! — громыхнуло снова. — Ищи на Марсе, человек! — Яркая вспышка в глазах, и всё погасло.

Где-то в пространстве на борту корабля «Властелин».

Красивая статная азари, в тёмно-синего шёлка платье, медленно шла по странно изогнутому коридору огромного корабля. Только что была получена информация от дронов-шпионов на Иден Прайм и данные не радовали. Военные Альянса сумели отключить бомбы и один из них воспользовался буем. И пусть, сам буй повреждённый с помощью Назары, самоуничтожился, но данные, похоже, стали доступны военным Альянса. Где-то глубоко внутри её сознания, та, кем она была ещё год назад, тихо ликовала по этому поводу. Но беспощадная воля «Властелина Назары» давила всякие проявления собственной воли женщины. Вот показался огромный круглый зал, со стоящим посреди него большим мягким креслом. В нём сидел светлокожий турианец с изборождённым шрамами лицом, обе «мандибулы» лицевых щитков были скреплены металлическими скобами. Во рту виднелись металлические же зубы. Турианец сидел и с тоской крутил в руках большой пистолет.

— Сарен. — сказала она. — Есть новости с Иден Прайм.

— Рассказывай. — прорычал в ответ он.

— Солдаты Альянса сумели обезвредить бомбы.

— Плохо! — голос стал глухим от еле сдерживаемой ярости, кажется от неё вот-вот загорится всё вокруг. Матриарх чувствовала это. — Что с буем?

— Им воспользовался один из людей, буй разрушился, но последствия неизвестны.

— АР-Р-Р-Р-Р-Р! — Зарычал мужчина, вскочил с кресла, швырнув пистолет в стену. Подскочил к азари, схватил её руками за лицо и глядя светящимися ярким синим огнём глазами, прорычал: — Плохо! Очень плохо! Им стало всё известно. НО! Будем надеяться, что человеку не поверят в Совете. Идём на Вермайр, надо продолжить работы.

Тут взгляд турианца потух, руки опали и он сложился у ног женщины, глухо застонав. Сама же азари упала на колени рядом. На время внимание Властелина оставило их обоих.

— Духи! — прохрипел Сарен. — Я больше не могу это выносить. Его воля разрушает меня изнутри, я будто кукла на верёвочках. Бенезия! Что нам делать, как спастись самим и спасти остальных? Я больше не вижу выхода, боюсь нас всех ждёт судьба наших предшественников. И я, Я! Убил Найлуса, пусть по воле Назары, но это сделал я сам…