Искушение любовью - Драйер Эйлин - Страница 52

– Я рада, что ты привез отца. Думаю, здесь ему будет лучше, чем в городе.

При этом она заглянула ему в глаза и чуть не вскрикнула – они были буквально заполнены болью.

– Он слишком упрям, чтобы ему было хорошо,  – возразил Алекс, вновь сосредоточивая внимание на лестнице.

Прежде чем они успели сказать друг другу что-то еще, между ними протиснулся негр с огромным по сравнению с его крайне маленьким ростом дорожным чемоданом, изо всех сил стараясь не выпустить из поля зрения сэра Джозефа. В глазах его тоже застыла тревога.

– По-моему, Фиона, ты не встречалась со Суини, когда была в нашем доме,  – заметил Алекс. – Познакомься.

Чернокожий слуга повернул к ней свое озабоченное лицо, и ее поразил необычайно зеленый цвет его глаз.

Посмотрев на Фиону, а затем на Мейрид, он восхищенно вздохнул:

– Необычайно красивы, ях, вне сомнений, мистер Алекс.

– Вне всяких сомнений, Суини.

– Рада с вами познакомиться, мистер Суини,  – приветствовала его Фиона с улыбкой. – Но я уверена, что сейчас вы предпочли бы пойти наверх, а не обмениваться с нами любезностями.

Маленький негр поклонился и потащил свою ношу к лестнице. Алекс смотрел ему вслед.

– Мы можем чем-то помочь? – участливо спросила Фиона, вкладывая руку в его ладонь.

– Это мы узнаем от доктора, которого я пригласил приехать. Если, конечно, его кто-нибудь не пристрелит на подступах к двери. А еще отец говорил, что хочет пить.

Фиона кивнула:

– Чашка чаю еще никому не вредила. Пойду займусь этим.

– Воспользуешься случаем отправиться следом? – услышал Алекс за спиной ехидное замечание Чаффи и отрицательно потряс головой, не отрывая взгляда от лестницы.

– У нас теперь полно времени. Главное сейчас – устроить отца. Его тоже могут коснуться наши дела, а я бы очень не хотел, как ты понимаешь, потерять его. Но теперь вроде все нормально. Кстати, Уилтон,  – обратился Алекс к дворецкому,  – для полной уверенности в безопасности пошлите нескольких человек прочесать ближайшие окрестности.

Тот поклонился и исчез в задней части дома вместе со слугами. У входа осталась только Линни, которая стояла, прислонившись к косяку, и нервно теребила свой видавший виды цилиндр. Лицо девочки было необычайно бледным. Чувствовалось, что она растеряна, поскольку не знает, какое место в новых условиях отведено ей.

– Почему бы тебе не помочь мне, Линни? – предложила ей Фиона. – А ты что стоишь, Алекс? Мне казалось, что тебе хочется побыстрее пройти наверх.

– Я тебе нужен сейчас? – спросил друга Чаффи.

Несколько мгновений Алекс молча смотрел на него, прикидывая что-то.

– Если не возражаешь…

– Он просто давненько не швырялся в меня книгами,  – сообщил всем Чаффи, усмехнувшись.

– А он ни одной не принес сюда,  – улыбнулся Алекс в ответ. – Придется пойти в другое место.

Фиона, решив, что пора и ей заняться делом, направилась вслед за Линни на кухню, но ее остановила Мейрид:

– А мне что делать?

Фиона посмотрела на поднимавшихся по лестнице и тихо о чем-то говоривших Алекса и Чаффи, вспомнила о царившем на кухне беспорядке и подумала, что Мейрид, которая терялась при виде новых людей и не выносила шума, сейчас, безусловно, в этой суматохе тяжело. Необходимо ее чем-то отвлечь, хотя бы ненадолго.

– А не могла бы ты сообщить леди Би о приезде джентльменов?

Алекс с середины лестницы услышал ее слова и добавил:

– А заодно попросить ее спеть. Отцу безумно нравится ее голос.

Фиона от удивления захопала ресницами и подошла поближе к сестре.

– Послушай, дорогая, а ведь ты могла бы ей аккомпанировать.

С минуту Мейрид молча переминалась с ноги на ногу и наконец изрекла:

– Но ведь уже скоро стемнеет…

– Звезды будут светить всю ночь, моя сладкая, а сэр Джозеф, я уверена, уснет довольно быстро.

Мейрид нерешительно посмотрела на сестру, как бы оценивая правдивость сказанного. Фиона взгляд не отвела, потому что отнюдь не хотела избавиться от сестры, чтобы остаться с Алексом, как та могла подумать, но все-таки почувствовала облегчение, когда Мейрид, кивнув, направилась в дамскую гостиную.

– Как тебе сегодняшний день, Линни? – спросила Фиона, направляясь за девочкой к обитой зеленым сукном двери кухни.

Та оглянулась через плечо, будто рассчитывая увидеть Алекса.

– О! По мне, более чем сносно. Отец милорда очень важная шишка, да?

– Пожалуй, можно сказать и так.

Линни кивнула:

– И при этом хороший парень.

– Очень,  – согласилась Фиона.

– Не хотелось бы, чтобы с ним что-нибудь случилось, правда? – сказала Линни.

– Безусловно, не хотелось бы,  – кивнула Фиона, глядя сверху вниз на девочку. – А ты чем собираешься заняться?

– Ничем. Просто ничем, и все,  – как-то подозрительно быстро проговорила Линни, захлопав невинными голубыми глазками.

Это означало, что спрашивать ее о чем-либо в ближайшее время бесполезно: все ответы будут примерно такими же,  – поэтому Фиона переключила внимание на чай для сэра Джозефа. Приготовив заварку, она налила в другую чашку один из волшебных отваров миссис Уилтон и понесла все это наверх.

Поднимаясь по лестнице, она решила, что шифры придется отложить до вечера, а войдя в комнату сэра Джозефа, поняла, что не сможет уйти отсюда, пока здесь остается Алекс. Пожилой джентльмен сидел прямо, однако рот его был чуть приоткрыт и было видно, что дышать ему трудно. Лицо его оставалось бледным, лоб покрывала испарина. Рядом суетился Суини, периодически опуская салфетку в тазик у кровати и протирая сэру Джозефу лицо. Сняв жилет, Алекс сидел на кровати и держал руку отца.

Когда Фиона хотела было закрыть за собой дверь, в спальню, подобно освежающему бризу, проникли звуки музыки. Это была восхитительная ария Заиды из одноименной оперы Моцарта, которая, как знала Фиона, очень нравилась Мей. А затем, будто рождаясь из этих звуков, как дым из огня, до нее донесся голос такой небесной чистоты, что по коже побежали мурашки, а дыхание замерло. Это не Мей: голос сестры она знала хорошо.

– О! – услышала Фиона восхищенный возглас. – Би… И Моцарт! Она… помнит.

– Это леди Би? – повернулась Фиона к Алексу.

Он улыбнулся, поняв ее удивление:

– Очаровательно, не правда ли? Трудно уловить смысл, когда она говорит, но зато поет как жаворонок.

Нет, не как жаворонок: звуки песни жаворонка не столь волшебны. Голос леди Би затрагивал само сердце. Хотелось закрыть глаза, чтобы забыть обо всем и наслаждаться его звучанием. Такие непреодолимо захватывающие звуки Фиона слышала впервые в жизни. Даже Мейрид играла по-особому – мягче и чуть-чуть медленнее, стараясь превратить музыку в обрамление голоса леди Би.

Сэр Джозеф немного расслабился, слушая, как леди Би и Мейрид без особой логической связи переходили от Моцарта к Генделю, затем к Клементи и вновь к Моцарту. Казалось, что волшебные звуки поднимаются к небесам и попутно рассеивают темные силы, по крайней мере те, которые мучили сэра Джозефа. В конце концов веки его опустились, дыхание стало спокойным и размеренным. Суини улыбался. Алекс впитывал заполнявшие комнату магические звуки, слегка откинув голову, не выпуская руки отца. А когда Фиона ненадолго выскользнула из спальни, чтобы подогреть чай и приготовить еще одну порцию целебного снадобья, стало ясно, что музыка заворожила не только их: практически все слуги стояли у подножия лестницы, боясь пошевелиться, и у многих на глазах были слезы.

Окончательно убедившись, что сэр Джозеф уснул, Фиона пошла в музыкальной гостиной. Мей сидела за старинным фортепьяно, а леди Би стояла рядом, положив руку на инструмент, отчего казалось, что она считывает издаваемые им звуки своими длинными пальцами. Никаких листов с нотами видно не было, зато, конечно, присутствовал Чаффи – сидел на желтом диванчике не шевелясь, будто завороженный. Очки он держал в руке, и в мягких карих глазах застыли слезы. Фиона улыбнулась им – тоже сквозь слезы – и обняла сестру, а затем сказала леди Би: