Искушение любовью - Драйер Эйлин - Страница 41

Чаффи распахнул дверцу кареты еще до того, как она остановилась, и, спрыгнув на землю, осмотрел ступеньки, после чего протянул руку:

– Ну что, леди Би, присоединяетесь к компании?

Пожилая дама поежилась от холода осеннего утра и, оценивающе оглядев дом, проворчала:

– Бастилия.

– Вы больно раните меня, мадам,  – запротестовал Чаффи, прижав руку к груди. – Это вовсе не тюрьма, а ровно наоборот: шкатулка, предназначенная исключительно для самых лучших драгоценностей.

Леди Би потрепала его по щеке и отошла в сторону, дав возможность выйти своей горничной.

Следующей у дверцы оказалась Мейрид.

– Надеюсь, теперь вы будете вести себя прилично, леди Мей? – поинтересовался Чаффи, протягивая ей руку. – Если нет, то так и не узнаете, какой сюрприз я подготовил.

– Ну, Чаффи, прошу вас! – попыталась образумить его Фиона, собирая одежду и их с Мейрид сумочки. – Не могли бы вы подождать хотя бы до того момента, пока мы войдем в дом? Я страшно замерзла и совершенно разбита.

– Животное! – выпалила Мейрид.

Фиона взяла ее за руку.

– Пойдем, моя сладкая. Он тебя не съест.

Утреннюю тишину нарушил громкий смех Мейрид:

– Как бы я сама его не съела!

Движения ее не очень соответствовали браваде. Она осторожно высунулась из кареты, будто из пещеры, по которой долго блуждала, робко поставила ногу на ступеньку и замерла, вглядываясь в серый утренний свет. Постояв так немного, она все же опустила вторую ногу на землю. Оставшись на какое-то время одна в темной карете, Фиона откинулась на спинку сиденья и облегченно вздохнула. После всех событий последних дней она полагала, что заставить сестру покинуть карету можно будет только силой, не обращая внимания на ее крики. Так что Чаффи, как оказалось, действовал правильно.

Оглядевшись по сторонам, не забыла ли что-нибудь Мей, Фиона, к своему удивлению, обнаружила подушечку и прижала ее к груди, отдаваясь тому приятному ощущению комфорта, которое почему-то всегда приносила эта старая вещица. Он даже подумала о том, чтобы посидеть в карете подольше, но именно в этот момент в дверном проеме показалась голова Алекса. Он ехал за ними верхом, и сейчас его выбившиеся из-под шапки волосы были взъерошены, обветренные щеки раскраснелись, а глаза, казалось, светились в холодной утренней серости. При виде его сердце Фионы как-то странно забилось, и, к своему удивлению, она поняла, что краснеет.

– Соберись с силами,  – приветствовал он ее с сочувственной улыбкой, протягивая руку. – Рано или поздно все равно придется выходить.

Она решила, что самым лучшим будет тоже улыбнуться в ответ:

– Придется? А жаль. Здесь неожиданно оказалось так хорошо и спокойно.

Тем не менее она подала руку и тут же почувствовала прикосновение его пальцев. Несмотря на все старания отогнать нахлынувшую теплую волну, она вынуждена была признать, что это было приятно.

– Похоже, что твой друг Чаффи вовсе не такой добрый, каким кажется,  – сказала Фиона, позволяя Алексу помочь ей спуститься, и это не было лишним, поскольку подушечку она взяла с собой.

Воздух показался ей не только холодным, но и тяжелым из-за изморози, которую ветер собирал в маленькие колеблющиеся столбики. Линни уже спрыгнул с кучерской скамейки, на которой ехал, и кутался в свое слишком короткое для такой погоды пальто, глубоко засунув руки в карманы и натянув цилиндр на самые уши. Фиона вспомнила, что, по сути, она видит еще одну проблему, которую надо как-то решать.

– Твоя сестра сегодня необычно раздражительна,  – отвлек ее от размышлений Алекс.

– Это все нервный срыв, вызванный пожаром. Но думаю, что больше она ни за что не согласится куда-то ехать… во всяком случае, пока хоть немного не поспит.

– А я уверен, что ей и незачем куда-то ехать,  – сказал Алекс и добавил, указывая взглядом на Мейрид и Чаффи, которые отходили от кареты, мирно взявшись за руки: – Кроме того, на воздухе ей, похоже, стало лучше.

– Я обещал показать кое-что интересное, если ты пойдешь со мной, помнишь? – спросил как раз в этот момент Чаффи. – Закрой глаза.

Мейрид незамедлительно подчинилась, чем поразила Фиону: даже в хорошем настроении сестра следовала только ее указаниям и ничьим более, а уж чтобы послушаться человека, на которого была обижена,  – это более чем невероятно.

Но как бы то ни было, Чаффи подвел покорно следовавшую за ним с закрытыми глазами Мей примерно к середине дорожки и торжественно произнес:

– А теперь открой глаза. Иди и смотри!

На то, на что указывал Чаффи, посмотрели, естественно, все присутствующие. Это был небольшой одноэтажный домик из белого камня, на крыше которого торчало нечто похожее на водопроводную трубу. Фиона, конечно же, сразу поняла, что это такое. От удивления и неожиданности она шумно втянула воздух и несколько мгновений стояла с открытым ртом.

– Это то, о чем я думаю, да? – пролепетала, не веря своим глазам, Мейрид.

Фиона знала, что Алекс наблюдает за ней, но не смогла сдержать улыбки.

Но все улыбки затмил Чаффи, который буквально светился счастьем.

– Обещал сделать так, что сможете обойтись без обсерватории, да? Ну так вот: представляю исполнение мечты в Уайлде. Стоило бабушке нанести визит патеру, и вот результат – телескоп на лужайке.

По щекам Мейрид потекли слезы, и Фиона инстинктивно дернулась в ее сторону, однако Алекс остановил ее. Девушка бросила на него сердитый взгляд, но прежде чем успела что-то сказать, случилось то, чего не ожидал никто: Мейрид метнулась в объятия Чаффи и поцеловала, причем так энергично, что оба чуть не упали на землю.

Леди Би засмеялась и захлопала в ладоши, Алекс улыбнулся, а Фиона застыла с открытым ртом.

– Может, стоит закрыть рот, старушка? – заметил Алекс. – Ты выглядишь как выброшенная на землю форель.

Она смотрела мимо него на Мей, поведение которой не на шутку взволновало, поскольку было ей совершенно несвойственно: никогда она не выражала радость таким образом, ни с кем.

– Тебе что, не понравился сюрприз Чаффи? – не отставал Алекс, которому, судя по всему, было очень весело.

Фиона только открывала и закрывала рот, не в силах комментировать происходящее, а Чаффи и Мейрид тем временем оживленно болтали, не обращая ни на кого внимания. До нее донеслось что-то об азимутах и отклонениях.

– Если он обидит ее…  – по инерции начала она, наконец придя в себя, но, увидев лицо Чаффи, замолчала.

Он буквально засиял как ребенок, когда его коснулся капор наклонившей голову Мейрид, не говоря уж о том, с какой осторожностью он нежно держал ее руку. Да и сама Мей явно не спешила поднимать голову, и на лице ее светилась счастливая улыбка.

– Такое впечатление, что ты просто не видишь того, что вижу я,  – заметил Алекс.

Она видела. Только она видела кое-что и раньше: влюбленные взгляды мужчин, устремленные на Мейрид. Не раз ей приходилось видеть и разные удивительные вещи, которые пытались подарить сестре мужчины, чтобы привлечь ее внимание. Правда, чтобы Мейрид реагировала на что-либо подобным образом, она действительно видела впервые.

– А ты просто не знаешь Мейрид так, как я,  – возразила Фиона. – Здесь все новое для нее. Единственное, что знакомо в этом месте,  – ночное небо, которое ей хочется приблизить.

Алекс улыбнулся и наклонился к самому ее уху:

– Кажется, она умеет приближать то, что ей надо. И если у вас еще не состоялся разговор об этом, сейчас самое время.

Фиона чуть не ударила его в ухо. Между тем и Мейрид игриво отвесила Чаффи подзатыльник, на что тот весело рассмеялся, став похожим на расшалившегося подростка. Леди Би шутливо шлепнула по рукам их обоих. И почему-то в этот момент Фиона подумала, что Мейрид, возможно, подвергается более существенному риску, чем она думает.

– С угрюмой земли песнь к небесным вратам? – неожиданно спросила леди Би.

Чаффи заморгал, а Мейрид отстранилась и сделала шаг назад, будто ее отругали.

– Река течет…  – продолжила между тем дама, глядя на нее с лучезарной улыбкой.