В плену страсти - Драйер Эйлин - Страница 65

На следующем балконе Саре стало еще труднее. Ей пришлось прыгнуть через пустое пространство, чтобы добраться до него. На этот раз Сара была уверена, что кто-то услышал, как она с шумом ударилась коленом о каменную стену, после чего боль пронзила ее ногу. Стиснув зубы, Сара удержалась, зная, что если она сейчас поскользнется, то непременно что-нибудь сломает. Ее пальцы сводило судорогой, ее легкие изнывали по воздуху. И еще ее бедное сердце… Оно точно всего этого не вынесет.

«Прошу тебя, Лиззи! – взмолилась Сара про себя, начиная очередную пытку подъема по балкону. – Будь в этой комнате! И не кричи, когда увидишь меня. О, еще пусть окна будут открыты!»

Не сказать бы, что это имело для нее уж очень большое значение. Она откроет эти окна, даже если ей придется разбить их головой. Но подъем занял у Сары слишком много времени. Небосвод начал светлеть на востоке, скоро проснется прислуга и увидит, что с балкона свешивается простолюдинка.

Вероятно, эта мысль настолько отвлекла Сару, что она внезапно потеряла точку опоры. Одна ее рука соскользнула. Сара инстинктивно вскрикнула и ухватилась за перила. Но ухватилась неудачно, неудобно, а вторая ее рука слабела. Она изо всех сил махнула ногой, но не смогла найти, за что бы зацепиться. Зато ей открылся просто чудесный вид на патио, в которое она вот-вот упадет. Чувствуя, что сердце рвется у нее из груди, Сара пыталась сохранить спокойствие. Она очень хорошо представляла, как, разбившись, лежит на этих камнях.

– Не… падать! – пробормотала она, поднимая глаза.

Сара снова потянулась наверх всем телом. Удача! Нащупав балюстраду, она в отчаянии вцепилась в нее пальцами. На мгновение она закрыла глаза и просто держалась за нее, стараясь не всхлипывать от облегчения. Ей еще не совсем удалось то, что она задумала. Но, Боже, успех теперь так близко. Саре хотелось положить голову на руки, переждать еще мгновение перед новой попыткой. Но мешкать нельзя, у нее просто нет на это времени. Сосредоточившись на своих руках, она стала подниматься. Одна рука. Вторая. Нога, которую она поджала под себя, пытается нащупать опору.

После очередной неуклюжей попытки она умудрилась поставить ногу на балкон Лиззи. От натуги Сара всхлипывала, но ей удалось ухватиться за перила и наконец перевалиться через них. Там она лежала некоторое время, будучи в силах лишь хватать ртом воздух. Должно быть, она снова закрыла глаза. Правда, Сара не осознавала этого, пока не услышала, как окно со щелчком приоткрылось. У нее появилась компания.

Ей следовало вскочить на ноги. Следовало присесть на корточки и затаиться. Следовало…

– Святая Дева Мария! Сара?!

Сара лежала как неподвижная масса, вопросительно глядя на призрак, размахивающий над ее головой большим медным канделябром.

– Пиппа?

Сара заморгала. Потом прищурилась. Лиззи… Может, это Лиззи стоит там?..

Опустив подсвечник, Пиппа присела рядом с ней на корточки, при этом ее белая хлопчатобумажная ночная сорочка надулась, как облако.

– Боже! – выдохнула она. – Это действительно ты! Что ты здесь делаешь?

– Я? – отозвалась все еще неподвижно лежавшая Сара. – Что здесь делаешь ты? Ты же должна быть в Ирландии. И разве это не комната Лиззи?

Пиппа быстро оглянулась назад.

– Ш-ш-ш… – прошептала она. – Я не хочу выдавать ее. Конечно, я приехала на домашний вечер. Ирландия становится все менее притягательной.

Сара заморгала. Она чувствовала, что окончательно теряется в пространстве. Ей надо встать. Надо найти помощь для Йена. Но она никак не может понять, что ее другая подруга тут делает. Сама же Пип была похожа на сказочного ребенка, очаровательное личико которого обрамлено нимбом летящих светлых кудряшек. И она улыбалась. Впрочем, Пип улыбалась всегда.

Правда, на этот раз она улыбалась только до тех пор, пока не выглянула вниз с балкона.

– Ты поднялась сюда? – спросила она срывающимся голосом. – Ты сошла с ума?

– Тише! Никто не должен знать, что я тут. – Собрав оставшиеся силы, Сара рывком встала. – Где Лиззи? – спросила она, помогая Пиппе выпрямиться. – Мне нужно с ней поговорить.

Встав во весь рост – она при этом доставала головой до плеча Сары, – Пиппа еще раз оглянулась.

– Честно говоря, даже не знаю, – сказала она. – Я могу тебе помочь?

Сара покачала головой – она оказалась в затруднительном положении.

– Как это – ты даже не знаешь? Пип, пожалуйста! Это очень важно! На кону человеческая жизнь!

Пип пожала плечами.

– Она попросила меня прикрыть ее на несколько часов, – промолвила подруга Сары. – Вот я и решила, что это будет лучше сделать из ее комнаты. И я понятия не имею, где она.

Саре показалось, что она может расплакаться. Что теперь делать?

– А ты знаешь человека по имени Чаффи Уайлд?

Пип рассмеялась:

– О, Чаффи знают все! Зайди в комнату, пока ты не умерла от холода. Ты же вся вымокла.

– Мне нужно до него добраться, Пип, – проговорила Сара, заходя следом за подругой в дом и закрывая балконную дверь. – Думаешь, ему можно доверять?

Пип, уже начавшая перемешивать угли в очаге, обернулась к ней.

– Чаффи? Разумеется. После того как мы немного поспим, я вас познакомлю.

– Нет, Пип! Сейчас же! Это жизненно важно, – взмолилась Сара.

Вместо того чтобы ответить, Пип зажгла фонарь. А потом, подойдя к Саре, крепко ее обняла.

– Я скучала по тебе.

Сара в ответ тоже обняла подругу и внезапно почувствовала, как ей не хватает ее друзей.

– Я тоже, Пип, – ответила она.

Последний раз похлопав Сару по плечу, Пиппа взяла фонарь, провела ее в маленькую гостиную и уселась на диванчик цвета соломы. Должно быть, это комната Лиззи, подумала Сара, окончательно расстраиваясь. Убранная в цветах чистотела и соломы, украшенная натюрмортами и выдержанная в простых незатейливых линиях, комната была очень сдержанной и элегантной. Сару вдруг словно окатило тоской по дому. Но только не по определенному месту, а по ее подруге.

Ее сестре.

– Итак, – заговорила Пип, подбирая под себя ноги, – что за неприятности привели тебя сюда? От страха я пяти лет жизни лишилась. – На ее лице промелькнула внезапная и милая улыбка. – А мы же знаем, что это для меня невыносимо.

Если бы это был кто-то другой, то Сара бы задумалась. Но это была Пиппа, которая заставляла Сару смеяться все мрачные годы учебы в школе. Это Пип с ученицами младших классов устраивала набеги на деревни в поисках фей, это она раскрасила комнату директрисы в ярко-фиолетовый цвет, и она же сумела убедить местного викария, что жидкая овсянка – наказание похуже березовой розги. Именно Пип была той, кто спас учениц академии «Последний шанс», заставив наконец кого-то заглянуть за показную внешнюю сторону аристократии, под которой порой таилась гниль. Именно благодаря Пип «Последний шанс» стал теперь отличной школой.

Саре захотелось свернуться клубочком и положить голову на колени Пиппе. Ей хотелось, чтобы подруга заставила ее рассмеяться. Вместо этого, сбросив с себя плащ, она села и постаралась как можно быстрее рассказать все о последних событиях, а закончила мольбой помочь Йену.

Пиппа не закрывала рот минут пять.

– Йен, брат Фионы? Святые угодники! Мы-то думали, что он… он… – Она продолжала качать головой. – Мой брат Алекс здесь. Мы обратимся к Алексу.

– Йен сказал, чтобы я нашла Чаффи, – настаивала Сара. – Он ничего не говорил про Алекса.

Вскочив, Пиппа только отмахнулась от Сары.

– Не говори ерунды! Алекс – тот, кто нам нужен. К тому же я попрошу его разбудить Чаффи. Если нас найдут в четыре часа утра в комнате моего брата – это одно. Но если нас поймают в покоях холостяка, в этом будет виноват не только Йен.

Сара была вынуждена принять доводы Пип. К тому же ей нужна любая помощь, которую она сможет получить. Разумеется, она может доверять старшему брату Пиппы.

Открыв дверь, Пиппа выглянула в темный коридор.

– Хорошо, что никто не знает, что я тут, – промолвила она.

В коридоре никого не было, свет проливался туда только с лестницы, где горела ночная свеча.