Гном, медведь и посох (СИ) - Олин Андрей - Страница 36

Орк, перемежал запугивание с ломкой шаблонов, ведь по умолчанию принято верить собеседнику, а тут такое 'забористое' изложение, совершенно 'альтернативной' истории мира. Этакая вербовка. Отринув развесистую лапшу 'самых честных уверений', выделил суть. Орк предлагал Штурму вступить в его банду и остатки дней в этой реальности разъезжать убивая, грабя и обращая в рабство всех, кто отринул Моргота или неверно понимает его учение. А племя гномов коротало бы время, производя оркам всё необходимое. Пионерок ожидала величайшая честь, развлекать орколорда и рожать полуорков от самых могучих бойцов.

— Босс, Рыжик практически здоров! Вечереет, во мгле птицы рух слеповаты. Надо атаковать! Если завалить орколорда, войне конец! — заявил мне Штурм.

— Погоди! Видишь, все всадники на варгах сделали себе пики, а ты в низине, — возразил я.

— Броня крепка, медведи наши быстры! У тех пик деревянные наконечники, это просто дреколье, шиш пробьют. Вся эта шушара, на один удар каждый. Орколорд, возможно, на три. Я их сделаю! — настаивал ударный тан.

— Хорошо. Удачи! Да пребудет с тобой сила Аулэ! — напутствовал я тана.

Действительно, чего ждать? Орочья пехота ещё не подошла, птицы куда-то улетели, на плато, перед обиталищем импов, в котором прятался мой герой, расположились полумесяцем только около полдюжины всадников на варгах под чёрным стягом. С моим героем сравним только орколорд-игрок, полагаю, что Штурм на Рыжике круче. Орки на варгах, это третий ранг против седьмого-геройского ударного тана. Отличный шанс покончить с конкурентом игроком.

Тан выскочил из укрытия пешим, набирая разгон. Орки выпустили в него по стреле и схватились за деревянные лансы. Рыжик, гремя бронёй, выбрался из норы, быстро догнал Штурма и тот ловко вскочил на своего медведя, беря курс на орколорда.

Орки будто бы ждали такого исхода. Направив дреколье на гнома, они устремились навстречу. Красиво начали, плотным строем, бок о бок, ляжка к ляжке, как любит тяжёлая регулярная конница. Позади полумесяца из верховых орков двигался вождь, гордо держа чёрное знамя. Порядок держался недолго, зелёномордые не способны к правильному бою. Спеша в атаку, каждый стремился успеть первым, тесня соседа и ломая строй.

За миг до столкновения, ударный тан вскинул руку, выпуская файербол, чем сжёг лицо орка, мчавшегося точно на встречу, вышибая того из седла. Лишь три ланса угодили в цель, остальные орки, улюлюкая, промчались мимо. Броня медведя и гнома выдержала сшибку. Дерево не смогло пробить железо. С громким треском ломались пики. Того волка, что оказался прямо напротив медведя, зажатый соседями, Рыжик опрокинул, втоптав в камни. Могучим ударом молота Штурм разбил голову варгу справа. Один из отжатых назад зеленокожих, помог гному, насадив на пику своего торопливого соседа, другой затоптал упавшего. Недаром, настоящая тяжёлая конница регуляров не любит построения глубже, одного ряда и всякую иррегулярщину.

Раскидав всех на своём пути Штурм, схлестнулся с главным орком. Вождь врагов опустил чёрное знамя, укреплённое на древке добротной пики со стальным наконечником. Только теперь я рассмотрел, что варг главаря орков значительно сильнее обычных волков переростков, на коих гарцевала неприятельская свита. Штурм потерял разгон, когда на него наскочил главный враг. Грозный волк прыгнул в сторону, уходя от прямого столкновения с Рыжиком. Молот гнома просвистел недалеко от головы вождя. Орколорд метил не в гнома, а в медведя. Чёрная пика виртуозно пробила доспех Рыжика, вошла глубоко, нанеся серьёзную рану, переломилась и вскоре исчезла. Так орколорд утратил на сутки своё чёрное знамя, что оказалось 'приписанным артефактом'. Медведь рухнул, получив серьёзную рану, тан откатился далеко, молот и щит удержал, быстро вскочил, бросившись к павшему медведю, которого стремились добить враги.

Оказалось, у дороги, среди затейливых 'скульптур' из застывшей лавы, чахлой, колючей растительности, в провалах и естественных пещерках пряталось немало пеших орков. Подбадривая себя криками, они прыгали на тропу, спеша в бой.

— Штурм, береги спину! Отступай к норе! — давал я бесполезные советы.

— Своих не бросаю! — вертелся юлой тан, прорываясь к поверженному медведю.

Уцелевшие варги тоже развернулись, затеяв хоровод вокруг гнома. Стреляли в упор, старались наскочить со спины, чтобы опрокинуть тана. Гном разбил голову одному наглому волку, выбил наездника, завалил несколько подскочивших пехотинцев, но время утекло. Орколорд, спешившись, быстро добил Рыжика ятаганом.

Штурм, отогнав орков, нацелившись сойтись с их вождём. Тот ловко вскочил на своего особого варга, и быстро отъехал, смеясь. Видимо, такая игра доставляла игроку-конкуренту удовольствие. Тело Рыжика растворилось в воздухе, оставив на месте гибели медведя его броню. Штурм замер рядом в замешательстве.

Орки кружили, нанося удары и стреляя из луков в упор. Латы тана пока держались, но мелкие раны множились. Варг главаря художественно вилял хвостом и подвывал, будто насмехается.

— Рыжик мёртв! Отступай хоть куда-нибудь! — требовал я.

— Да, #%$#4, ярл! — отозвался тан.

Штурм, перебежал к одинокой скале, недалеко от тропы и прижался к ней спиной, переводя дух. Орки не лезли в рукопашную, наученные немалыми потерями, выстроились полукругом и взялись за луки, выискивая щели в доспехах тана. Напрасно тёмное воинство увлеклось. Штурм прислонил боевой молот к скале, заслонившись щитом. Обратным движением он выхватил и швырнул в ближайших врагов обе франциски, одну за другой. Лбы пары видных урукхаев с луками аккуратно раскололись.

Топорики у гнома закончились, а орков вокруг становилось всё больше. По тропе спешила плотная колонная урукхаев, густо ощетинившись самодельными пиками. На скалу, чтобы спрыгнуть на гнома или уронить что-то тяжёлое уже карабкались ловкие, лёгкие и менее ценные зелёнокожие орки.

— Штурм! — прокричал тан свой личный боевой кличь, идя на прорыв.

Рывок гнома, опрокинул и пробил пока ещё куцее оцепление. Гремя латами, Штурм бежал к приютившей его норе, там хотя бы все направления кроме входа прикрыты.

— Сзади! — предупредил я.

Простые орки прыснули в стороны, освобождая путь своему главарю, которые разгонял грозного варга.

Штурм с разворота ударил молотом, разбил челюсть 'скакуну' орколорда, зубы твари, кровавой шрапнелью разлетелись по окрестностям. Но массивная, разогнавшаяся тварь сбила гнома, а вражеский вождь рубанул ятаганом. Длинная рукоять боевого молота и рука Штурма оказались перерублены. Варг вождя кувырнувшись пал, жалобно взвыв сквозь разбитую пасть. Орколорд ловко спрыгнул, развернувшись и отрезав гнома от спасительной норы. Поднимающегося Штурма настигала орочья пехота.

Мелькнул чёрный клинок, навстречу которому тан выставил щит. Небольшой кавалерийский рондаш медвежьего кавалера выдержал удар, высекший искры. Но молнии, соскочившие с кончика ятагана, захлестнули руку гнома, парализовав её. Упав тан крутнулся на пятой точке, зацепил ногами и повалил орколорда, а затем пнул пятками, выбив шпорами искры из чёрной брони, не будь таковой, вспорол бы врагу брюхо. Вражеский вождь, махнув в ответ ятаганом, практически перерубив гному ногу. Ловко с перекатом поднявшись, броня не помеха, орк неспешно направился к тану.

— Катись влево! — возбуждённо приказал я, видя, что бой происходил недалеко от откоса, за которым бил прибой.

Враг не успел, Штурм внял и благополучно полетел в пропасть.

Убиться о скалы или утопиться гному не удалось. Набежавшая волна смягчила удар, подхватила, проволокла и зашвырнула на камни распростёртое тело. Я видел, что мой воин жив, но картинка пропала, Штурм оказался без сознания.

Своего павшего героя я бы возродил. Удовольствие стоило: в монетах того же, что наём на службу и по времени сутки и требовало наличия замка на момент воскрешения. Попадать в плен к тёмным, считалось хуже смерти.

Все эти манёвры не заняли много времени. Чертыхнувшись, немедленно переключил интерфейс. Благодаря Штурму, что разрушил два добывающих ресурсы монолита, казна заметно пополнела. Теперь хватало на выкуп 'в таверне' второго наёмного героя — мага земли.