Слеза мироздания (СИ) - Неженцева Екатерина - Страница 26

— Как тебе сказать, — задумчиво протянул Габриэль. — Вот взять тебя. Ты же сама рассказывала, что палачи убивают всех девочек, не позволяя им родиться на свет. А знаешь ли ты, что девочки рождаются только у пары, в которой течёт кровь палачей?

— В смысле? — недоверчиво отозвалась я.

— Всё просто, Адель, — обнял меня мужчина и крепко прижал, — по всем законам природы, ты не могла родиться.

— Но я же родилась! — эта информация меня напрягла.

— Вот именно. Только, если твоя мать ведьма, а отец палач, то ты должна была быть мальчиком.

Он провёл рукой по моей голове, и внезапно нахлынуло чувство лёгкости. Но вместе с лёгкостью пришло чувство, что мне просто необходимо оспорить эту информацию. Ведь в свитке было написано другое!

— Бред! — фыркнула я. — Девочки перестали рождаться после последней битвы с тенями! Это была жертва, на которую пошли палачи. И там было чётко сказано, что не родятся дочери ни от ведьмы, ни от другой женщины. Значит, девочки были, просто кто-то переписал историю!

Почувствовала, как напряглись плечи Габриэля. Подняла на него взгляд и открыла от удивления рот. Я смогла это сказать! У меня получилось, сама не знаю как. Габриэль, внимательно вглядываясь в моё лицо, спросил:

— А что ещё там было в том свитке?

На секунду мне показалось, что глаза мужчины стали темнее. Будто тень пробежала по радужке. Отчего стало даже не страшно, нет, просто неуютно и холодно. Тут же наклонившись ко мне, Габриэль с беспокойством произнёс:

— Всё в порядке?

— Д-да, показалось, — махнула я рукой и уже собиралась рассказать о слезе мироздания, но услышала, как из моего рта донеслось: — Больше в свитке ничего не было.

Недоверчивый взгляд, меня насторожил. Что происходит? Я боюсь Габриэля? Ведь в том, что это он, я не сомневалась! Но раньше ни разу он не вызывал во мне такого чувства страха. Стоп. Такое уже было! В тот день, когда мы познакомились. Ведомая каким-то неясным чувством тревоги я продолжила фразу, стараясь говорить непринуждённо:

— Было ощущение, что история в том свитке неполная. Она будто оборвалась на полуслове.

Взгляд Габриэля изменился. Он мне поверил, и гнетущая атмосфера исчезла. Растворились все страхи в летнем тёплом воздухе. Вновь стало приятно и уютно стоять в объятиях любимого. Потом мы ещё долго гуляли, болтали, выясняли «очень важные вещи». Например, какой овощ самый мерзкий и почему. Люблю ли я клубнику. Как отношусь к активному отдыху в горах. В общем, старались узнать друг друга лучше. Но подъехав к дому, я поймала себя на том, что внимательно наблюдаю за Габриэлем.

Всё это время, меня не покидало ощущение, что если присмотреться, я вновь увижу тень, мелькнувшую во взгляде. Конечно, ничего там не было. Потому решила не думать о всякой ерунде. Мне уже на почве всех ужасов творящихся вокруг, в каждом тени мерещатся. Только у Габриэля есть амулет, и никакая тень не рискнула бы трогать палача. Вот так убедив себя, что всё хорошо, кроме моих расшатанных нервов, я и зашла в нашу новую комнату.

Огромную кровать, на которой могло разместиться человек пять, оценила сразу. Гардеробные, джакузи, веранда. Вот теперь я оценила всю прелесть проживания в таком доме! Здесь также было трюмо, два стола, письменный и обеденный, огромный телевизор на стене, камин в углу. Другими словами — красота!

Заглянув в одну из гардеробных, увидела свои вещи разложенные по полочкам. Схватила бельё с халатом и направилась в душ. Да, с магией было однозначно проще. А теперь приходилось всё делать ручками, как мама учила. Хотя, мама как раз учила заклинаниям. Но это всё не важно, потому что ванна мне понравилась, и я решила понежиться в теплой воде.

Вода набралась довольно быстро, пузырьки пены казались разноцветными в свете ламп. Я опустилась в воду и, положив голову на бортик, закрыла глаза. Тело расслабилось, мысли лениво выдавали картины прошедшего дня, когда над ухом раздалось:

— Это я вовремя зашёл. Давно хотел потереть тебе спинку.

Распахнула ресницы и глянула на довольного Габриэля, который уже сидел рядом со мной в воде. Вид у него при этом был, как у кота объевшегося сметаны. Притянув меня и усадив на колени, Габриэль провёл ладонями плечам, оставляя на коже приятное тепло.

«И чего я так сегодня испугалась?» — успела подумать, прежде чем меня унесло в вихре ощущений. Правда, в момент, когда эйфория захлестнула меня с головой, вновь ощутила иррациональный страх и холод. Но Габриэль прижал меня крепче, не позволяя отстраниться и прошептал:

— Тихо, моя сладкая, тихо. Всё хорошо.

Голос мужчины подействовал, как гипноз. Страх и холод остались где-то глубоко в подсознании. Всё затмила страсть, которая дарила чувство наслаждения. В итоге уже лёжа в кровати, я пыталась вспомнить, что именно меня испугало. Но не найдя ни одной причины, прижалась крепче к любимому и уснула.

А утро началось со стука в дверь и возмущённого вопля Маргарет:

— Вы должны сказать ему!

Кому и что мы должны, никто не понял. Сонно приоткрыв один глаз, повернулась к такому же недоумевающему Габриэлю. Он пожал плечами и поднялся с кровати. Обернул простыню вокруг бёдер и распахнул дверь. На пороге стояла Маргарет, которая открыла рот, чтобы рассказать нечто очень важное. Только увидев Габриэля, засмущалась и отвела взгляд.

— Ой. Совсем не подумала, — пробормотала тётя. — Извините за такое наглое вторжение. Но мне очень нужна ваша помощь.

— Десять минут это подождёт? — улыбаясь, проговорил Габриэль.

— Нет! — воскликнула она, а потом кашлянула и добавила: — То есть, да. Спасибо. Я пойду.

— Мы скоро подойдём, — стараясь не рассмеяться в голос, сказал мужчина.

Маргарет кивнула и поспешила уйти, всё также, не поднимая взгляд. Я сидела в кровати, зажав рот ладонью, и похрюкивала от смеха. А Габриэль закрыл дверь и расхохотался, привалившись к двери. В этот момент я не выдержала и захохотала вместе с ним. Если утро начинается со смеха — значит, оно удалось.

Умывались и одевались мы быстро. Всё же любопытно, что там случилось. Пытаясь понять, отчего тётя так кричала, мы направлялись к ней. И на подходе к комнате Марго услышали звон бьющегося стекла. Габриэль тут же подобрался и в одно мгновение оказался около двери. Как он это сделал? Туда ведь, даже бегом полминуты надо!

Он распахнул дверь и замер с открытым ртом. Я подбежала и замерла рядом с ним. На кровати сидел вчерашний спасённый колдун и гневно сверкал карими глазами на Маргарет. А тётя держала в руках несколько пустых тарелок и, прищурившись, разглядывала мужчину.

— Значит, не будешь есть? — вкрадчиво поинтересовалась она. — Думаешь, я позволю свести на нет все мои усилия?

Тарелка со звоном упала на пол и разлетелась на осколки, рядом со своей товаркой, которая разбилась совсем недавно.

— Ненормальная! — завопил колдун. — Не хочу я есть, понимаешь?!

— Не понимаю! — заорала в ответ Марго. — Тебе нормально сказали, надо поесть и выпить зелье!

— Слушай, а может, я просто домой пойду, а? — уныло протянул мужчина.

— Если Маргарет не перестанет бить мою посуду, то пойдёшь, — заговорил Габриэль. — Вместе с ней.

Взгляды всех присутствующих устремились на него. Пройдя в комнату, Габриэль махнул рукой и с пальцев сорвались тёмные нити энергии, которые собрали осколки воедино. После чего отобрали тарелки у Марго и, подлетев к столу, стали на него аккуратной стопкой.

Щёки Маргарет окрасил румянец. Колдун собрался было встать с кровати, но Габриэль глянул на него и процедил:

— Если ты будешь трусить кокосами перед моей невестой, оторву голову.

Тут все заметили меня, стоящую в проходе. Со слезами на глазах от смеха, я наблюдала за этим цирком. Смутившись, колдун натянул повыше простынь. Марго ехидно улыбнулась, а Габриэль вздохнул и прошёл к креслу. Мне пришлось идти за ним, потому что он позвал. Но с большим удовольствием я бы направилась в столовую завтракать. Аппетит разыгрался знатно с самого утра.