Слеза мироздания (СИ) - Неженцева Екатерина - Страница 14

А следом я увидела нечто жуткое. Лиза рывком, как в фильме ужасов повернула голову в мою сторону. Её лицо стремительной изменилось, став каким-то искорёженным. При этом она смотрела на меня полным ненависти взглядом. Тень рядом с женщиной пошевелилась невпопад и удлинилась, оказавшись под диваном. Достала оттуда пуговицы и всё прекратилось.

На полу, мило улыбаясь, по-прежнему сидела обычная Лиза. Вот это номер. Всё произошло настолько быстро, что я даже не испугалась. Просто не поняла, что происходит. Единственное разумное объяснение, которое я нашла — Лиза ведьма. Скорее всего, слабенькая, иначе не работала бы она прислугой и вероятно, очень противная. Ведь с чего бы ей так на меня смотреть? Зато теперь понятно, почему её нигде не было видно во время моих поисков кухни.

Интересно, а Габриэль в курсе, что Лиза меня люто ненавидит? Думаю, нет. Надо будет сообщить ему, что я с ней в одном доме не останусь. Мало ли, вдруг пакостить начнёт. Знаю я таких барышень. Смотрят на тебя честными глазами, а стоит отвернуться плюют в спину.

За размышлениями не заметила, что там на экране. В гостиную вернулся Габриэль, внимательно глянул на меня, затем на служанку, отправил её из комнаты и открыл рот, чтобы начать возмущаться. Но из динамиков раздалось:

— Аах-ох! Йа!

Глаза мужчины расширились и он, проглотив всё возмущение, повернулся к телевизору. Там разворачивалось действо, предназначенное для полуночников. С минуту посмотрев фильм категории восемнадцать плюс, Габриэль развернулся ко мне. От его взгляда мне стало жарко. Ничего себе, как телевизор на него действует!

А в следующий миг, я висела перекинутая через плечо мужчины. Он направился на второй этаж, судя по всему в сторону спальни. И вот что странно, сопротивляться мне не хотелось. Разве что, висеть вниз головой было не очень комфортно. Все мысли вновь улетели из моей головы, словно стайка испуганных птичек.

В комнате, Габриэль бросил меня на кровать и мгновенно оказался сверху. Впился в мой рот жёстким (я бы даже сказала жестоким), поцелуем, не дав мне возможности возмутиться. Следующий час я могла только беспомощно стонать, биться в агонии наслаждения и отмечать краем сознания, что это всё ненормально. Потому что моё тело жило собственной жизнью, не откликаясь на призывы разума.

Позже, я лежала на измятых простынях, в ожидании Габриэля, который закрылся в ванной. Мои мысли лениво блуждали, выхватывая то один эпизод, произошедший за последние три дня, то другой. Стук в дверь меня озадачил. В ванной перестала шуметь вода, и Габриэль пошёл к двери, сказав по пути:

— Адель, марш в душ!

Повторного приглашения, мне не требовалось. Не хотелось, чтобы меня сейчас разглядывали. Пусть даже это будет прислуга. Как только я оказалась в ванной, Габриэль открыл дверь в комнату. Я услышала голос Лизы и позвякивание посуды. Неужели меня всё же накормят в этом доме! Только вдруг пришло осознание, ведь я так и не рассказала Габриэлю о том, что недавно увидела в гостиной.

Внутри взвыло чувство опасности, и я крикнула, стараясь, чтобы мой голос звучал нормально:

— Габи, помоги, пожалуйста!

Зайдя в ванну, мужчина с удивлением уставился на меня, закутанную в полотенце. Вопросительно приподняв бровь, он ждал моих объяснений. А я подошла ближе, прижалась к нему, стала на носочки и прошептала на ухо:

— Сделай так, чтобы нас не услышали.

Брови Габриэля поползли вверх, но при этом, мою просьбу он выполнил. Я ощутила, как сквозь меня пробежала прохладная волна силы. Чувство опасности тут же исчезло, отчего я шумно выдохнула с облегчением.

— Адель, что происходит? — Габриэль приподнял моё лицо и посмотрел в глаза.

— Не знаю, как объяснить, — начала я, на что уголки губ мужчины дрогнули в улыбке.

— Объясняй, как умеешь. Постараюсь понять, — произнёс он.

— Сегодня в гостиной, Лиза была странной, — после первых моих слов Габриэль нахмурился.

— Чем тебе не угодила служанка? Она работает здесь уже десять лет! — процедил мужчина, в его голосе вновь слышалась та самая злость, которая удивила меня в гостиной.

— В чём дело, Габриэль? — прищурившись, глянула на него. — Тебя какая муха укусила? Какого чёрта ты на меня шипишь весь вечер?! Давай, поведай мне, что тебя так злит?!

— Так ты не понимаешь? — прошипел он и вдруг, схватив меня за волосы, притянул к себе, заставляя приподняться. — Меня бесит, сам факт нашей связи, Адель. Я просто в ярости от того, что мне приходится возиться с капризами, истериками и проблемами, девчонки, которую по-хорошему нужно убить. Но ещё больше, меня сводит с ума то, что я вынужден всё это терпеть.

Он резко отпустил мои волосы и отстранился. После чего заговорил уже более спокойно, но в голосе слышались холод и глухая ярость:

— Видишь ли, ты моя слабость, а у палача не должно быть слабостей, Адель. И сегодня, пока я разыскивал тебя по всему дому и прилегающей территории, у меня было только одно желание. Найти тебя, выпороть и посадить под замок. Но я даже этого не могу сделать! Вместо этого, увидев тебя, смог думать только об одном. Как бы затащить тебя в спальню. Понимаешь о чём я? Меня злит твоё присутствие в моей жизни, Адель!

Опустив голову, я всё это выслушивала и понимала простую истину, как только наша связь разорвётся — моя жизнь закончится. Потому что он не оставит меня в живых. И убьёт, если не ради своей триады, то просто, чтобы отыграться за такое состояние. С каждым словом, произнесённым Габриэлем, я чувствовала, как в душе поселяется холод. Нет — связь не исчезла. Несмотря на всё, меня по-прежнему тянуло к колдуну. Но внутри разгорался огонёк ненависти и неприязни.

— Я поняла тебя, — сухо и как-то отстранённо произнесла в ответ на его тираду, вздрогнув, он глянул на меня. — В таком случае не смею больше задерживать. Можешь идти, дальше заниматься своими делами. Только я в этом доме не останусь. Не хочу находиться рядом с теми, кто меня ненавидит.

— Дура, — припечатал Габриэль. — Тебя убьют, сразу же, как только ты выйдешь за пределы особняка. Может, тебе всё равно, но мне нет. Так что потерпишь мою злость.

Мне стало так тоскливо в тот момент. Обняв свои плечи руками, я пробормотала:

— А давай ты к Мишель вернёшься, а? Ну или вон, Лиза под боком есть. Она ведь тоже ведьма!

— Ты в своём уме? Какая из Лизы ведьма? — рассмеялся мужчина.

— Если она не ведьма, значит, пуговицы на твоей рубашке умеют летать, — с раздражением проговорила в ответ. — Я молчу уже про её тень, которая живёт своей собственной жизнью. И если ты мне нужен для выживания, то эта ненавидящая меня курица, которую я разыскивала по всему дому, да так и не нашла, должна покинуть этот дом. Вот моё условие, Габриэль. Тебя всё бесит? Да я вообще всю вашу братию ненавижу! Вы убили мою семью!

Выражение лица мужчины изменилось. Он напряжённо смотрел мне в глаза, и я с удивлением отметила, что они слегка засветились. Та злость, о которой шла речь испарилась. Вот не было её больше! Что происходит? Меня начало потряхивать. И тут я услышала тихий и очень серьёзный голос Габриэля:

— Адель, милая, не выходи отсюда. И всё, что я сейчас сказал — ложь!

С отвисшей челюстью, я смотрела, как Габриэль разворачивается, открывает дверь и заходит в комнату. Закрыть дверь он не успел. Комнату и ванну заволокло тёмной дымкой, которая билась о невидимую преграду, стараясь добраться до меня. Короткая, невероятно яркая вспышка света, на мгновение рассеяла мрак. Раздался визг, выворачивающий душу наизнанку. И всё стихло.

Поморгав, я смотрела на Габриэля, стоящего рядом с иссушенным женским телом в униформе прислуги. Он поднял голову, глянул в мою сторону и тут же оказался рядом. Прижал меня и начал гладить по голове, приговаривая:

— Не плачь, родная. Всё хорошо. Это просто тень. И всё, что я тебе наговорил, из-за неё. Не переживай, мы их всех найдём и уничтожим.

Судорожно вздохнув, я поняла, что действительно плачу. Отстранилась от мужчины, вытерла ладонью слёзы и поинтересовалась: