Эхо Погибших Империй (СИ) - Колупалин Илья - Страница 14

Впрочем, Батейра не подала и виду, что оскорблена, а ее собеседница продолжила:

— Не будьте же равнодушны к бедам нашего государства, принцесса. Демцуэль сеет смуту на нашем достославном острове, и, вполне вероятно, в ваших силах его остановить.

— Что ж, обещаю, что сообщу о вашей просьбе великому визирю, госпожа Абкарманид, — Батейра поднялась на ноги, показывая, что их разговор подходит к концу. — Однако вы должны понимать, что он полностью в своей воле, а я — лишь скромная дочь своего отца (да пошлют ему Аклонты выздоровление)!

Фанисса тоже встала, и, сделав несколько шагов к выходу, развернулась в сторону Батейры, и, гневно сверкая глазами, проговорила с усилием:

— Вам не удастся отсидеться в стороне, принцесса, так и знайте! Если Яшань Демцуэль начнет представлять настоящую опасность (а он, судя по всему, очень близок к этому), то вам придется сделать выбор. И надеюсь, вы будете на нашей стороне!

— На чьей это «нашей»? — крикнула ей вслед Батейра, однако Фанисса гордо зашагала прочь, и не подумав обернуться.

Зулем, отменно игравший роль безмолвного стража на протяжении всего их разговора, хотел было открыть рот для каких-то извинений, но, поймав уничижительный взгляд принцессы, лишь с жаром поклонился и развел руками с выражением мольбы на лице, после чего пустился вдогонку за матерью.

Переведя дух, Батейра сняла с шеи ключ от своих покоев и, отперев массивную дверь, прошла внутрь.

«Теперь Абкарманиды будут ходить за мной по пятам… — размышляла она с тревогой. — Если Бьеджар с Хирамом не возьмут ситуацию в свои руки, фактическая власть в стране рано или поздно может перейти к этому воинственному семейству. Одной мне не устоять… Джакрис… на него вся надежда!»

Слегка утомленная всем происходящим, Батейра решила прилечь на свою широкую кровать и вскоре задремала. Оставаясь наедине она часто вспоминала о матери… Сайара Икмерсид умерла десять лет назад во время эпидемии чумы в Корхее. Это была самоотверженная женщина с большим сердцем, которая тратила большие деньги на помощь нищим и бездомным. В одном из приютов для несчастных Сайара и заразилась…

«Ты могла еще столькому научить меня, мать, — часто думала Батейра с тяжким сердцем. — Быть может, твоими стараниями я могла бы стать другой… более правильной».

И как только принцессе пришла в голову мысль пойти слегка развеяться и прогуляться в королевском саду, тут же дверь ее спальни медленно отворилась и на пороге появился человек, которого она ждала больше всего.

Рослый, широкоплечий, облаченный в светло-зеленый расшитый золотом камзол и светлые брюки, Джакрис Спакирис имел на своем небритом мужественном лице выражение воодушевления и азарта. Его черные длинные волосы были стянуты в большой пучок на затылке.

— А вот и я, — промолвил великий визирь своим низким голосом. — И, кажется, ничуть не задержался!

— Джакрис! — вскрикнула Батейра, вне себя от радости кидаясь на шею к своему возлюбленному.

Даже после короткой разлуки поцелуй всегда был особенно сладким и страстным. Принцесса ощутила тепло его могучего тела и приятная дрожь охватила ее. Джакрис, подхватив Батейру, закружил ее и, весело усмехнувшись, перенес на кровать.

Она оказалась прямо под ним — такая тонкая, хрупкая, беззащитная… Ей порой казалось, что именно этот момент — самый волнительный из всех. Джакрис осыпал поцелуями ее губы, лицо, плечи.

— Моя королева… — прошептал он, начиная страстно прикасаться к ее бедрам, задирая подол платья.

— О-о… — закатила глаза Батейра, желая еще больше раззадорить любовника своей насмешкой, — я же всего лишь принцесса…

Чуть приподнявшись, Джакрис начал было расстегивать пуговицы на своем камзоле, как вдруг раздался резкий и требовательный стук в дверь.

Затем дверь приоткрылась, и из-за нее показалась обритая голова человека с суровым лицом и глубоко посаженными глазами. Батейра узнала его: это был Нангайлу, искуснейший шпион Джакриса и появление его здесь в такой момент было явно недобрым знаком.

— Господин, прошу вас подойти, — отчетливо и без тени смущения проговорил агент. — На минуту, это срочно.

— Глупец, ты в своем ли уме? — вспылил Джакрис. — Убирайся вон!

— Это срочно, мой господин, — тут же повторил Нангайлу. Ничто не дрогнуло в его каменном лице. — Дело безотлагательное.

Дверь захлопнулась снаружи; Джакрис стиснул зубы, издав стон отчаяния.

— Если это какой-то пустяк, я прикончу этого кретина! — сердито бросил великий визирь, поспешно поднимаясь с кровати и покидая покои принцессы.

Батейра замерла в ожидании. Нангайлу едва ли дерзнул бы вот так бесцеремонно врываться в ее покои, если бы дело не касалось какой-то экстренной ситуации. Та минута, которую отсутствовал Джакрис, показалась Батейре бесконечно долгой: за нее она успела мучительно перебрать в своей голове огромное множество версий того, что могло произойти.

Наконец, Джакрис медленно вошел обратно в спальню и его бледное, полное смятения лицо только усилило испуг Батейры.

— Что же случилось, любимый? — вопросила она дрожащим голосом. — Ну что же!? Ответь мне, не молчи!

Джакрис заломил руки за шею и, тяжело вздохнув, проговорил как-то отрешенно:

— Твой брат мертв, Батейра.

Принцесса точно онемела, однако в ее глазах он, видимо, сумел прочесть вопрос: «Который!?»

— Бьеджар… — проговорил Джакрис, опуская взор. — Бьеджар Икмерсид убит во время своего пиратского набега на Шакмайфо. Корабль с его телом только что прибыл в Корхей-Гузум.

Некоторое время оба, и принцесса, и великий визирь, погрузились в молчание, обдумывали шокирующее известие. Наконец, Джакрис несмело произнес:

— Скажи, а вы… вы с ним ведь не сильно ладили, верно?

— Он был безразличен мне, — ответила Батейра. — Туповатый, грубый — с ним вообще мало кто мог найти общий язык.

— Знаешь, у меня, похоже, начинает созревать план, — сказал, поворачиваясь к окну Джакрис, внезапно как бы воодушевляясь, но все еще выглядя испуганно. — Но я должен знать, что ты со мной… И что не отступишь, и пойдешь до конца.

— Ну-у… расскажи же мне, в чем суть твоего необыкновенного плана, — с некоторой растерянностью попросила Батейра.

Великий визирь резко повернулся к своей возлюбленной, глядя с какой-то одержимостью, и быстро, но отчетливо проговорил:

— Ты можешь стать королевой Корхеи.

Несколько мгновений Батейра была не в силах проронить ни звука, но потом, не понимающе потрясая головой, пробормотала:

— Но… но как? Я… я ничего не…

— Власть в Корхее передается старшему ребенку вне зависимости от пола, — напомнил Джакрис. — Гарук теперь далеко… а Бьеджара больше нет. Следующая в очереди наследования — ты, любовь моя.

— Но Гарук, любимый! Гарук старший и он жив. И он непременно вернется с войны и займет трон.

— Если вернется, — вкрадчивым тоном поправил Джакрис. — В любом случае власть к тому моменту будет уже в наших руках! А значит, правдой будут являться именно наши слова. Мы найдем тысячу способов как дискредитировать Гарука: обвиним его в сговоре с врагом или… или заявим, что именно он подослал убийцу для Бьеджара!

— И более того, — Батейра нахмурилась, — ты говоришь обо всем этом так, словно мой отец уже мертв или… скоро умрет.

— Я… нет, ты не то подумала… — Джакрис заметно смутился. — Я всегда был верным другом короля Гакмоло, но… родная, будем смотреть на вещи трезво: твой отец очень плох… Ты сама видела, в каком он положении.

От путаницы мыслей у Батейры кружилась голова. Она с усилием выдохнула.

— Но ты же понимаешь, что все это означает серьезную борьбу. Нам нужны будут сторонники…

— Разумеется, — с жаром кивнул Джакрис, начиная быстро прохаживаться по комнате — так он успокаивал нервы и настраивал мысли на нужный лад. — Будут и те, кто попытается помешать нам. Угрозу представляет Джептар Абкарманид — теперь в его распоряжении вся сухопутная армия Корхеи.

— Ко мне сегодня уже заявлялась его женушка…