Гром и Молния (СИ) - Безмирная Ольга - Страница 53

И самое неприятное думать о том, насколько я изменился. Было ли это действие артефактов или стремительно разворачивающиеся события так повлияли на наши черты. Или же это груз ответственности придавил к земле юношескую легкость восприятия жизни?

Я был рад своей способности закрыть от дручии свои мысли, чувства. Было бы весьма неприятно от осознания того, что девушка знает мои мысли о ней сейчас. Это бы разрубило последнюю ниточку симпатии, что связывала нас ранее толстым канатом.

Угрюмый рассосался в каком-то из многочисленных коридоров, но дручия никак не прореагировала на это исчезновение. Или это был неслышимый мною приказ.

Мы проскользнули в зал, где проходил "обед" и застали следующую картину:

Абсолютно пустой огромный стол, все тарелки и блюда поблескивают пустотой. Богато украшенные стулья и скамьи в беспорядке валяются на полу, а придворные распластались по стеночкам зала. Женщины сидели на полу, уткнувшись лицом в колени, или лежали без чувств. Мужчины со страхом косились на середину зала.

Там, развалившись в шикарном троне Повелительницы, сидел Херон и сыто почесывал себя пяткой за ухо… видимо забывшись, что в человеческой ипостаси. Ладно, хоть пока не вылизывается! Вокруг него двумя голодными волками ходили Эжона и Аг, мрачно косясь друг на друга.

Я в недоумении подошел к столу. Посредине, в самом огромном блюде без движения лежал Эрлиниэль. Когда я наклонился к нему, проверить, жив ли фей, тот приоткрыл глаза, сыто рыгнул мне в лицо и снова отключился.

– Безобразие, - прокомментировал я. - Больше никогда не возьму вас с собой. Совершенно не умеете себя вести. Вы прям хуже… дроу!

Аг весело сверкал глазами. Игра явно пришлась ему по вкусу и он в полной мере наслаждался своим участием в этом балагане. А вот Эжона кажется всерьез высматривала, чтобы еще съесть. Глаза её выдавали в полной мере: вертикальные зрачки и голодный взор не могли оставить равнодушным даже меня. Я прикинул, сколько она не ела, да еще учтя ранение. Наверняка, на самоисцеление требовались значительные силы.

– Отставить! - гаркнул я.

Аг остановился, Эжона вздрогнула и непонимающе оглянулась. На лице её появилось нормальное выражение. Херон застыл на троне с вытянутой ногой. Тьма, он все-таки собирался…

– Эрлиниэль, - беспокойно заметалась уже совершенно очнувшаяся Эжона.

– Брысь, - Дэйдрэ щелкнула наглого оборотня по носу, сгоняя его с трона. Тот мешком свалился на пол и в ужасе отполз подальше под стол.

Эжона нашла мужа и счастливо прижимала того к груди. Эрлиниэль заметно позеленел.

– Вот так, приятель, - хихикнул я, вызволяя объевшегося бедолагу из страстных объятий дракона. - Не появись я, твоя женушка не только бы не вспомнила о тебе, так еще бы и закусила… если бы нашла!

Эжона выпустила фея из рук и отчаянно покраснела.

– Надо же так довести дракона, - сочувственно покачала головой Дэйдрэ, усевшись на троне. Она нащупала под столом испуганного Херона и отвесила тому пинок. Оборотень с воем выскочил из-под стола и спрятался за мою спину от суровой воительницы.

Я развернувшись, схватил мальчишку за ухо:

– В следующий раз выбирай местечко соразмерно своему положению в обществе и не нарвешься на монарший гнев.

Аг стоял и широко улыбался, наслаждаясь каждым мгновением. Я безошибочно почуял в нем родственную душу, которая только и ждет, чтобы нарушить размеренный устой жизни… ну или поучаствовать в чужой игре.

Придворные, углядев Повелительницу, расслабились и начали потихоньку приходить в себя. Некоторые смельчаки даже возвращались за пустой стол, выбирая себя кресло получше. Видимо, в качестве премии за смелость.

– О, да ты прекрасное успокоительное средство для своего народа, - хмыкнул я, плюхаясь рядом с Дэйдрэ. - В любой ситуации, похоже, им главное - это видеть тебя.

– Привычный страх дисциплинирует, - печально улыбнулась мне девушка. Я мгновенно потонул в её ледяных глазах, ощутив прежнюю Дэйдрэ в грозной воительнице. - В любых событиях, существо цепляется за свои сильные эмоции. Это помогает им вернуть почву под ногами, обрести разум и четкое видение ситуации. И иллюзорное ощущение безопасности. Даже если сейчас дракон набросится на них, они спокойно дадут себя слопать во имя высшей цели, каковая имеет место лишь потому, что их Повелитель одобрил это действие.

Я поморгал, но смысл сказанного стал мне ясен не более абракадабры человеческой ведьмы. Или монотонного жужжания лекции профессора.

Дэйдрэ больше не смотрела на меня. Она спокойно ждала пока все приглашенные рассядутся по местам и громко объявила:

– В мире происходят большие изменения. Я удаляюсь для размышлений в комнату отдохновения. Любой, кто осмелится меня побеспокоить, умрет на месте, лишь коснувшись двери. Связь будет поддерживать Деллоу, - дручия мягко очертила воздух рядом с собой и из мерцающего тумана, рожденного её рукой, вышел тощий древний старик с выцветшими белыми глазами. - Подчиняться ему беспрекословно. Вы знаете, что стены не препятствие для моего взора и моего гнева. Ничто не останется в тайне для меня.

Дэйдрэ медленно обвела взглядом собравшихся: каждый из присутствующих съеживался от внимания Повелительницы. Только сейчас я понял, что это собрание было не для нас. И оно не было обычным. Хитрая воительница уже решила идти с нами и устроила показательное выступление для своего двора. А точнее для той части двора, которую считала особо неблагонадежной. Я усмехнулся своему открытию. К Оку Дэйдрэ явно прибегала нечасто, не пренебрегая старыми как мир методами управления.

Повелительница величественно поднялась и прошествовала в сторону комнаты отдохновения. Я махнул рукой друзьям и посеменил за ней. Всю нашу вереницу замыкал молчаливый старик Деллоу.

В темном коридоре Дэйдрэ неожиданно обернулась и подмигнула мне:

– А на мне вообще подделка!

Опешив от неожиданности, я ощутил как врезался в мою спину долговязый Аг, чуть не сбив меня с ног.

Опять я не закрылся от дручии и она с легкостью прочитала все кружащееся в моей голове. Вот и про Око тоже… Я дал себе слово ни на секунду не расслабляться. Все-таки, хотелось сохранить хоть какое-то подобие личной жизни.

– Это нечестно, - обиженно буркнул я изящной спине девушки.

– Интересно, где ты понахватался понятий о чести, горный дроу, - парировала Дэйдрэ. И добавила строго: - Это тебе же на пользу.

На пользу… я злился. На какую это интересно пользу? Когда я что-то сам хотел передать - это одно, а читать меня просто так, всегда, как раскрытую книгу. В этом есть что-то гадкое, неправильное. Острое желание открыть защиту и показать наглой девчонке что я чувствую пронизывало меня. Но останавливало то, что у нас в данный момент общие интересы… даже не так. Дэйдрэ шла навстречу моим интересам и просьбам и ничего не просила взамен. Это дружба, и я должен быть благодарен ей, несмотря на какие-то чудачества. Но неприятное чувство не оставляло меня. Я ведь не мог видеть всей картины происходящего. Уже много существ не раз удивляло меня, а порой вводило в ступор своими неожиданными действиями, а порой и предательством…

На мое плечо мягко легла тонкая кисть Ага с длинными узловатыми пальцами. Вздрогнув, я ощутил, как через эту руку в мое сердце вливается отрешенное спокойствие, и немного расслабился, позволяя драмису лечить мою ярость своей необычной магией.

В конце концов, то, что я считал подлостью, у дручий было обычным делом… да и у эльфов. Вот тебе и Свет, а все Тьму ругают.

Комната отдохновения Повелительницы потрясла моих спутников. При небольших размерах и более чем скромной обстановке, она оказала воздействие насыщенностью воздуха и холодом. Это те остатки магии, которые употребляла Дэйдрэ чтобы раскрыть истинный смысл "подарочка" Лайнеса. Я поежился от воспоминаний.

Притихшие Эжона и Аг присели на краешек белоснежного дивана. Херон в панике забился в угол, фея я не видел.

– А где Эрлиниэль? - в тишине мой голос показался неестественно громким и чужим.