Полотно Судьбы (СИ) - "Рэйя_Гравис" - Страница 167

МакГонагалл поднялась с кресла.

— И ещё, — остановил её директор. — Попроси Хагрида как можно скорее подняться ко мне в кабинет. И, думаю, стоит пригласить мадам Максим, надеюсь, она согласится прийти как можно скорее.

Профессор молча кивнула и вышла.

Дамблдор перевел взгляд на Снейпа, и некоторое время оба в молчании смотрели друг на друга.

— Северус…

— Я помню, Альбус. Я сообщу вам, если появится информация.

— Тогда, полагаю, это всё. И, Северус, прошу тебя не рассказывать Гарри о том, что происходит. Мальчику не время знать об этом.

«А когда придёт это время? — раздраженно подумал Снейп. — Когда в его дверь вежливо постучится Тёмный Лорд?»

Вслух он, впрочем, ничего не сказал. Только нехотя кивнул и вышел из кабинета, оставляя директора одного.

*

Время сдвинулось с мертвой точки, и жизнь снова пошла своим чередом. Том потихоньку поправлялся, и Гарри при любой возможности заходил в лазарет, проверить, как тот себя чувствует, чем, кажется, начал раздражать лучшего друга. Пару раз ему составили компанию Драко и Блэйз. Ещё один раз к нему присоединилась Гермиона. Всё как будто было нормально. По официальной версии, Том пострадал, когда на них с Гарри напал лже-Грюм. Правду, не считая преподавателей, знала только Гермиона. Конечно, новость о Пожирателе смерти в Хогвартсе взбудоражила остальных куда больше, чем состояние Арчера. Сам Грюм пролежал в лазарете ещё дня три, после чего приехала Тонкс и перевезла его в специализированное отделение клиники св. Мунго. В итоге школа до конца года осталась без профессора ЗОТИ, которого теперь вынужден был заменять Снейп. Решено было оставить уроки защиты только у старших курсов, начиная с пятого, чтобы ученики могли сдать свои СОВы и ТРИТОНы без каких-либо затруднений. Расписание на скорую руку переделали, и теперь у Снейпа была возможность совмещать обе дисциплины, но пару раз в неделю его собственные уроки всё же пришлось взять на себя Эрмелинде Герхард.

Ещё через день после происшествия выяснилось, что куда-то исчез директор Каркаров. Ходили слухи, что он помогал Пожирателю в Хогвартсе, а после поимки младшего Крауча, запаниковал и сбежал, бросив своих учеников. Вечером в понедельник ему на замену приехал мрачный неразговорчивый волшебник имени которого Гарри не запомнил.

В «Ежедневном пророке» вышла статья о Пожирателях в волшебной школе, где упоминалось, что лишь присутствие авроров спасло учеников от безумного преступника. Ещё через день в газете появился некролог, посвященный Барти Краучу старшему. Естественно, там не было ни слова о том, что он сам организовал побег сына из Азкабана, только бесконечное восхваление достоинств погибшего, ведь о мёртвых либо хорошо, либо никак, так?

К концу недели журналисты вскользь упомянули о казни младшего Крауча, который получил свой поцелуй дементора, после чего пресса о нем благополучно забыла, полностью переключившись на Турнир и третье испытание. Лишь в самом конце статьи автор вскользь упомянул об исчезновении Риты Скитер, которая «должно быть работает над новой сенсацией». И пожелал ей удачи.

Гарри свернул газету трубочкой и бросил на журнальный столик. Отвлекаться больше стало не на что. Готовое домашнее задание лежало в тумбочке в спальне, в шахматы с Малфоем играть не хотелось, в карты с Забини — тем более. Дафна пропадала где-то с подружками. Гарри мог бы поискать Гермиону, но он с ней не разговаривал после того, как она призналась, что Пивз уничтожил карту Мародёров. Умом Гарри понимал, что Гермиона тут не виновата, но все равно почему-то на неё обиделся. Арчер, что странно, друга не поддержал, когда тот жаловался на Грейнджер, лишь пожал плечами и пробормотал что-то вроде: «Что поделаешь?» — после чего уткнулся в книгу. На Тома Гарри обижаться не стал, хотя очень хотелось. Том вообще вел себя немного странно. Был тихим и не разговорчивым, слушал вполуха и отвечал как-то нехотя и односложно. Поттер списывал это на плохое самочувствие, но его не оставляло неприятное ощущение, что за этим поведением кроется нечто большее. В конце концов, если бы не Гарри с его дурацким планом по разоблачению Крауча и догадкой насчет ключа, Арчер бы не оказался на грани смерти. Возможно ли, что Том винит его? Как это исправить Гарри не знал и решил дождаться, пока друга выпишут, чтобы всё с ним обсудить.

Бесцельное сидение на диване в общей гостиной Слизерина рождало в голове слишком много неприятных мыслей, в итоге Гарри вышел в коридор подземелий, подумывая отправиться на улицу к озеру и посидеть там, пока не стемнело. Задумавшись, он сам не понял, как вместо школьного двора ноги уже в который раз за последние четыре дня привели его на четвертый этаж к статуе Одноглазой Ведьмы, за которой начинался тайный ход, ведущий в Хогсмид. Гарри поднял голову, разглядывая уродливое лицо каменной колдуньи. Его каждый раз преследовало странное чувство, что он был тут совсем недавно, но когда он мог использовать тоннель? И зачем? В последний раз Поттер пользовался им в прошлом году, пока ему не разрешили посещать волшебную деревушку. С тех пор он о нём и не вспоминал. Тогда что он тут делает сейчас? Зачем приходил вчера и так же бесцельно стоял напротив статуи? На долю секунды его охватила дрожь, когда в памяти всплыла чудная картинка: он, укрывшись под мантией-невидимкой пробирается в лаз за статуей, а за ним по воздуху плывут носилки, где лежит едва живой Том. Воспоминание вспыхнуло и угасло, оставляя после себя лишь неприятный осадок. Поттер тряхнул головой. Разве такое было когда-нибудь? Вроде бы нет…

— Привет, Гарри.

Он обернулся, встречаясь взглядом с Луной Лавгуд, которая стояла в паре шагов от него. И как ей удается так тихо подкрадываться?

— Привет, — Гарри со вздохом отвернулся к каменной ведьме.

— Как Том Арчер? — Лавгуд подошла ближе и тоже с интересом воззрилась на статую, словно впервые её видела.

— Мадам Помфри обещает выписать его к выходным.

— Это хорошо, — помедлив, сказала Луна. — Сегодня утром я проснулась и почему-то подумала, что он умер.

Гарри мысленно содрогнулся.

— Нет-нет, с ним всё хорошо. Невыносим, как всегда, но здоров.

— Я рада, — Луна повернулась к нему, на её губах играла задумчивая улыбка. — Жаль только он никак не проснется.

— Но, — Поттер моргнул, — он не спит.

— Конечно же, спит, — Луна накрутила на палец прядь светлых волос.

— Я с ним только этим утром разговаривал, точно тебе говорю, для спящего он слишком ворчлив, — Поттер фыркнул.

Она обратила на него долгий взгляд.

— Он будто спит и не спит одновременно. Если он будет долго спать, то потеряется в своих кошмарах, — протянула Луна. — Очень важно его разбудить.

— Хо-хорошо, — с запинкой пробормотал Гарри, совершенно не понимая, о чем она говорит.

И откуда она знает о кошмарах?

— С чего ты вообще взяла, что он спит? — не выдержал он.

Луна пожала плечами.

— Это просто пришло мне в голову, — она помолчала. — Хочешь пойти к озеру? На закате над водой иногда появляются феи-русалки.

Поттер против воли издал приглушенный смешок.

— Это ещё что такое?

— Ну как же? — Луна улыбнулась. — Это такие крохотные русалочки с крылышками. Они живут под водой, а на закате летают низко-низко над озером.

Они не спеша побрели по коридору к лестнице. Засунув руки в карманы, Гарри шел вперед, глядя себе под ноги.

— А про огнехвостов ты что-нибудь слышала? — вдруг спросил он, сам не зная, с чего вдруг о них подумал.

— Конечно, у нас возле дома жил один, — Лавгуд мечтательно взглянула на друга. — Я кормила его фиалковыми конфетами, но папа сказал так не делать, потому что у огнехвостов…

— Хвост из пламени, — прошептал Гарри.

«Ты уже попался в ловушку, мой дорогой огнехвост, и выхода из нее нет, попробуешь вырваться — твой друг умрет…», — сказало с ухмылкой странное существо, что сидело в лодке напротив Гарри, а вокруг расстилалась безбрежная водная гладь.