Пробуждение Жрицы (СИ) - Ризман Мира - Страница 63

Впрочем, это чувство было мимолетным, и тут же сменилось тревогой. Рэл нуждался в помощи. Не думая больше ни о чём, Рена поспешила вернуться себе человеческий облик, что оказалось довольно болезненным. На теле обнаружилось множество синяков и кровоподтеков, на голове - несколько ноющих шишек, а в новом платье местами виднелись прорехи. Встав на ноги, Рена снова огляделась. Вдали маячили белоснежные полукруглые башни, окруженные лёгкой серебристой дымкой, и выглядели точно как на картинке. Типичный эльфийский город. «О Полоз, что мы здесь забыли!» - мысленно простонала Рена, вспоминая недавние события. Она была в центре сражения, на борту эльфийского корабля. Очевидно, Рена оказалась на передовой начавшейся войны, а внезапно налетевшая буря выкинула их челнок на берег противника. Но! У столицы Шак-ли нет берегов! Шат-ли парит над морем среди облаков, и там нет пляжей и лесов, только белоснежные стены, мосты и арки, увитые небывалыми цветущими растениями. Значит, их вынесло к плодородным землям главной колонии Шат-мирами. Рена нахмурилась, представляя перед мысленным взором географическую карту. Масштабы бури должны были быть просто чудовищными, иначе трудно было понять, как их могло принести на другое полушарие, если, конечно, они в беспамятстве не болтались в море пару недель.

- Дюлан! - позвала она, окончательно запутавшись в происходящем. - Дюлан! - Ей пришлось повторить, так как наг продолжил шагать вдоль волн.

Он неохотно оглянулся, Рена махнула ему, и он двинулся в её сторону. С его приближением нарастало беспокойство. Как теперь вести себя с ним? Может, стоит простить грубость, в конце концов, он спас им жизни. Рену терзали сомнения, но, вглядываясь в его фигуру, от неё не укрылись его ранения. Дюлан слегка прихрамывал, открытые до локтя руки украшали такие же синяки, на лбу красовался здоровый кровоподтёк, да и уже виденная рана, царапина на щеке пока не зарубцевалась. Но даже в таком, слегка потрёпанном виде, Дюлан производил невероятное впечатление. В груди замирали сердца от его красоты и мужественности, а тёмная аура, исходившая от него, даже придавала некий шарм. Рена тряхнула головой, сбрасывая с себя возникшее наваждение, но не сильно преуспела, а лишь заработала лёгкое головокружение. Ей следовало бы уже признать, что Дюлан, несмотря ни на что, вызывает у неё симпатию, но страх оказался сильнее. Когда он подошёл, она вновь опустила глаза, не смея начать разговор. Возникла неловкая пауза.

- Вы, конечно же, хотите в город, - чуть отстранённо начал он.

- А... чего хотите вы? - удивилась Рена.

- Я предпочёл бы остаться на этом пляже, - фыркнул Дюлан, - здесь куда безопасней, но ваш брат...

- Ему необходима помощь! - с волнением заметила Рена.

- Да-да, - хмуро согласился он. - Хорошее питание, тёплая постель...

- Лекарь! - не удержалась и снова перебила она.

Дюлан скривился.

- Что ж, здесь очень быстро темнеет, - сказал он и, не глядя на Рену, шагнул в сторону леса.

Она поспешно залезла в кабину и аккуратно приподняла брата и, стараясь не сильно трясти руками, прижала его к себе и последовала за Дюланом. Ноги слушались неохотно, разъезжаясь в разные стороны и подворачиваясь. Только добравшись до леса, Рена поняла насколько он необычный. Незнакомые деревья с плотной кожистой листвой удивляли своими обнажёнными изогнутыми корнями. Деревья, подобно эльфийским городам, почти парили в воздухе, источая при этом довольно приторный аромат.

Дюлан не соврал. Темнело на удивление быстро. Солнце, подобно шарику в детской игре, скатилось к морю и исчезло в его объятьях ещё до того, как они дошли до городских ворот. Пришлось прибавить шагу.

Город светился издалека, стены некоторых башен и домов источали приятный молочный свет. Как таковой ограды здесь не было, красивая арка символизировала ворота, от которой, подобно забору шли ряды более низких арок-акведуков, некоторые превращались в причудливые каскадные фонтаны. Однако, едва вступив на мощеную дорогу, Рена с удивлением обнаружила в городе следы недавнего бесчинства стихии. Поваленные деревья, сорванные крыши, перевернутые повозки и экипажи, куча всякого хлама, снесённые указатели и вывески. При этом на улицах не было ни души, что, мягко говоря, настораживало. Почти все окна закрывали плотные шторы, иные и вовсе прятались за ставнями, те же, в чьих стёклах зияли дыры, тонули в черноте. Город будто вымер. Тишина, царившая здесь, давила на уши, а собственные осторожные шаги отдавались гулким эхом в пустых дворах. Дюлан шёл по прямой, ни разу не останавливаясь. У Рены было множество вопросов, но она не решалась их задать. Судя по немногочисленным уцелевшим вывескам, они уже прошли пару гостиниц, оставшихся почему-то без какого-либо внимания со стороны Дюлана. Улица заметно расширялась, и вскоре она очутились на обширной площади. Здесь тоже валялся какой-то мусор, несколько выдранных с корнем кустов, и разобранный навес, но в самом центре - Рена не смогла сдержать сдавленный возглас - возвышалась высоченная пирамида, выстроенная из тел. По краям торчали то запрокинутые головы с распахнутыми от ужаса глазами, то свешивались и болтались ноги: босые, обутые в туфли, где-то виднелись даже сапоги. Взрослые, старики, дети - их было не меньше сотни! Рена ощутила, как слабеют ноги от столь жуткого зрелища, Дюлан молча подхватил её под локоть и повёл прочь.

Она долго не могла совладать с собой. Её трясло, и Дюлан забрал из её рук спавшего Рэла. Ей казалось, что если за сегодняшний день она увидит хоть ещё одну смерть, её нервы просто не выдержат! Перед глазами непрошено вспыхивали ужасные картины сегодняшнего дня: площади с трупами, заваленный камнями город, сгинувший в морской пучине шаттл. А потом начали дорисовываться новые. Сотни людей, застигнутые врасплох жутким оползнем, неистовой бурей, и попавшие под обстрел корабли. Она вспомнила суда воздушных пиратов, сердца сжались от боли, небесным бригантинам вряд ли суждено было выжить в таком шторме! И пусть они страшные и кровожадные пираты, но так много смертей!

Рена настолько погрузилась в свои переживания, что не сразу поняла, когда они остановились у полукруглой двери с единственным во всём городе горящим фонарём. Дюлан негромко постучал, и ему довольно скоро открыли. Рена вошла внутрь просторного, богато украшенного холла и замерла, увидев гостеприимного хозяина. Не будь на улице всё так ужасно, она бы тут же выскочила обратно.

- Дюлан, какая неожиданность! - пропел глубоким голосом хозяин дома.

Рена его знала - этот высокий худой красноволосый демон с весьма выразительным лицом был послом Фацуки!

- Прошу прощение за вторжение, Аулус, - поклонился ему Дюлан.

В свою очередь, ошарашенная Рена последовала его примеру и тоже склонилась, правда, безмолвно. Язык просто прилип к нёбу. Наверное, это было всё-таки последней каплей. В голове Рены уже не укладывалось происходящее. Откуда младший сын сейла мог знать посла демонов? Почему у Дюлана так много сомнительных связей, на которые не решился бы ни её отец, ни даже царь?! Рена не знала, куда ей смотреть и чего бояться. Демона, стоявшего в паре шагов, того самого, которого отец просил избегать всеми возможными и даже невозможными способами, ведь где демоны там смертельная опасность, или Дюлана, наплевавшего на все заветы, впитанные ей с раннего детства!

- И в чём причина твоего столь внезапного визита? - лукаво улыбнувшись, осведомился Аулус.

- Этому нагу срочно нужна лекарская помощь, - мрачно ответил Дюлан, протягивая руки со спящим Рэлом.

- Как интересно, - протянул демон, подходя ближе. - И с каких пор ты занимаешься благотворительностью?

- Это сын посла Роша, - выдавил из себя Дюлан, и, кивнув в сторону Рены, добавил: - А это его дочь.

- Да ты полон сюрпризов, мой дорогой друг, - насмешливо бросил Аулус. - Фарис! - позвал он кого-то, и только теперь Рена заметила, как от двери отделился ещё один демон, щуплый, невысокий, с блекло-малиновыми волосами. Его лицо тоже было гораздо проще и обыденней, чем утонченные, возведенные в абсолют красоты, черты Аулуса.