Полёт Ангела (ЛП) - Саммерс Элла - Страница 60

— Я не знаю, — сказала Никс. — Боги и демоны, в конце концов, отследили сбегающих сверхъестественных существ до этого места. Божества последовали за ними, и здесь они схлестнулись. Их конфликт разорвал Землю на части. Монстры, над которыми боги и демоны так долго удерживали абсолютный контроль, начали вести себя странно. Некоторые взбунтовались. Свет смешался с тьмой, и боги и демоны потеряли контроль над монстрами.

— Мы думаем, что что-то в этом месте спровоцировало странное поведение зверей, — сказал Ронан. — И то же самое «что-то» привлекало сюда стольких сверхъестественных беженцев из многих миров. В Земле есть нечто особенное. Мы просто не можем определить, что именно…

Магия вырвалась из Меды как паутина, оборвав слова Ронана. Щупальца искрящей белой магии врезались в стену вокруг Чистилища. Золотой барьер Магитека дрогнул.

Джин, Тесса и Дамиэль подбежали к нам.

— Он сейчас рухнет, — дрожащим голосом произнесла Джин. — Магия Меды пересиливает барьер.

— Она пересиливает не просто этот барьер, — сказала Никс. — Она пересиливает каждый барьер на каждой стене глуши на Земле, — она показала нам экран её телефона, где кучей высыпали сигналы тревоги из офисов Легиона по всему миру.

— Как такое возможно? — ахнула я.

— Меда использовала стену Чистилища, чтобы ввести своё заклинание во всю сеть Магитека, — Джин прочла какую-то информацию с планшета, который держала в руках. — Вся система вот-вот рухнет, и не только стены, удерживающие монстров. Все источники Магитека во всём мире, — она нервно покусала нижнюю губу. — Я даже не знаю, как она это сделала.

— Меда разработала сеть Магитека на Земле, — сказал Ронан. — Она как никто другой знает, как её обрушить.

Мое тело задрожало от необходимости сделать что-нибудь.

— Мы должны её остановить.

Дамиэль посмотрел на паутину, расходившуюся от Меды.

— Паутина не просто разрушает сеть Магитека; её заклинание как щит. Оно всасывает всю магию из генераторов Магитека по всему миру и превращает её в защитные чары, чтобы отгородиться от нас. Там бушует столько силы, что любой, кто его коснётся, погибнет на месте.

А значит, учитывая темп, с которым распространялась паутина, все мы будем мертвы через несколько минут. Город не такой уж большой.

Дамиэль прищурился, пристально рассматривая магическое поле Меды.

— Оно также поглотит любые недружелюбные заклинания.

— Что насчёт оружия? — спросила Калли, подходя к нам с Харкером и Алеком.

— Пули и другое оружие просто растворится, — сказал Дамиэль.

— Может, так будет с обычным оружием, но что насчёт бессмертных артефактов? — спросила я.

Неро покачал головой.

— Это слишком опасно, Леда.

Он хорошо знал меня. Он знал, что я подумываю использовать оружие рая и ада, чтобы напасть на Меду.

— Броня и раньше защитила меня от враждебной магии.

— Но не от такой же. Не от силы генераторов Магитека со всего мира, вдобавок подпитываемых богиней.

— Я не вижу, какой ещё у нас есть выбор, Неро.

Он схватил меня за руку.

— Не ходи.

— Только я могу это сделать, только я могу управлять оружием рая и ада, — напомнила я ему.

— Пилигрим Вэлиант надевал броню. Она его защитила.

— Она немного защитила его, но не работала на нём так же полно, как на мне.

На его лице проступило упрямство.

— Я готов рискнуть.

Он хотел забрать у меня оружие рая и ада и самому отправиться за Медой. Я видела это по его глазам.

— Зато я не готова на такой риск. Неро, я пойду сама. Оружие рая и ада создано быть частью меня, работать с моей магией. Броня и щит защищают меня лучше, чем кого-либо другого. Меч и пистолет могут наносить смертельные раны лишь в том случае, когда ими управляю я.

А если мы собирались пережить это, то высоки шансы, что придётся убить богиню.

— Она права, — сказал Ронан Неро. — Оружие рая и ада создавалось для того, кто обладает её магией — идеальным балансом тьмы и света. Как первородные Бессмертные.

— Во мне есть Бессмертная кровь, — заявил он.

В глазах Ронана промелькнул шок. И не только у него. Дамиэль тоже выглядел весьма опешившим от такого заявления.

— У тебя и матери тоже есть Бессмертная кровь, — сказал Неро своему отцу. — Видимо, Стражи как-то причастны к тому, что вы двое оказались вместе. И к моему рождению они тоже причастны.

Дамиэль задумчиво поднял взгляд, словно он мысленно заново переживал всю свою жизнь, пытаясь понять, как и когда вмешались Стражи.

— Так вот почему Легион посчитал твоего отца тёмным, — сказал Харкер. — По крайней мере, темнее, чем ожидалось от ангела. И вот почему ты сражаешься с той же тьмой в себе.

— У тебя, может, и есть Бессмертная кровь, но она похоронена под Нектаром, под выучкой Легиона. Ты можешь использовать лишь малый её фрагмент, — сказала я Неро. — Но я могу использовать весь спектр, свет и тьму. Именно я должна управлять артефактами и пойти против Меды.

— Она права, — сказал Ронан. — Только Леда может по-настоящему воспользоваться силой в оружии рая и ада. И только с этой силой у нас есть надежда остановить заклинание Меды.

Оружия рая и ада внезапно появились в руках Ронана. Должно быть, он призвал их из моей комнаты. Я гадала, не так ли они с Никс украли их у Неро. Но в этот раз Ронан их не крал. Бог протянул их мне, свободно предлагая взять. Я направилась к нему, но Неро встал между нами.

— Я не потеряю тебя, — произнёс Неро. Его лицо исказилось от боли, голос зазвучал сипло.

— Тебе и не придётся меня терять, — улыбнувшись, я взяла его за руки и сжала ладони. — Со мной всё будет хорошо, — я показала на распространяющуюся паутину магию. — Заклинание Меды растёт. Мне нужно добраться до неё, пока оно не разрушило этот город и весь мир за его пределами.

Неро накрыл ладонями мои щёки.

— Поклянись. Поклянись, что ты вернёшься ко мне.

— Клянусь, — я усмехнулась. — И ты же знаешь, какая я упрямая.

Он накрыл мои губы медленным, обжигающим поцелуем. Моя кровь под кожей взбушевалась горячей рекой, переполнив мои вены разрядом магии. По позвоночнику пробежала дрожь.

Затем Неро отстранился, и хорошо, что он это сделал. Рациональная часть моего мозга уже отключилась.

— Я собираюсь поймать тебя на слове, Пандора, — прошептал он, и его дыхание таяло на моих губах.

— Я справлюсь, — мой голос дрожал, но скорее от похоти, нежели от страха. — Это единственный способ избежать десяти тысяч отжиманий, которые ты мне назначишь в наказание, если я провалюсь.

— Всего лишь десять тысяч? — он выглядел оскорблённым. — Ты прекрасно знаешь, что я никогда бы не позволил тебе отделаться так легко.

— Тогда двадцать тысяч, — поправилась я, широко улыбаясь. — Но они не понадобится. Я выбью зло из Меды.

Я надела броню. Пистолет я убрала в кобуру, затем взяла щит в левую руку, а меч — в правую. За спиной расправились мои крылья — глубокий чёрный оттенок сверху постепенным градиентом уходил в ослепительно белый на кончиках. В данный момент они зеркально отражали единство светлой и тёмной магии во мне, усиленной оружием рая и ада.

Я ринулась в воздух и полетела к паутине магии. Искрящее щупальце щёлкнуло по мне. Ударив по броне, оно зашипело, как кусок раскалённого металла, опущенный в холодную воду. Удар лишил меня равновесия, но я сумела удержаться в воздухе. Магия брони защитила меня от чар Меды. Я лишь жалела, что не освоила искусство полёта чуть лучше. Лететь по прямой линии было бы намного быстрее, чем вилять туда-сюда в сторону богини.

Однако с каждым разрядом магии, ударявшим по мне, мне давалось это всё лучше и лучше. Я летела прямее, уворачивалась быстрее, а самое главное, я научилась чертовски быстро подставлять щит, чтобы парировать удары кнутов из молний паутины. Наверное, когда речь идёт о жизни и смерти — когда на кону стоит судьба Земли — то это очень эффективный способ быстро научиться.

Пробравшись через извивавшуюся, сплетавшуюся паутину, я приземлилась на крышу перед Медой. В этот раз я не лопухнулась с приземлением. Я опустилась в низком боевом приседе, широко расправив крылья и держа оружие наготове.