Смеющаяся Тьма. Книга 2 (СИ) - Громова Полина - Страница 57

— Ты сходи, посмотри, может, сообразишь чего, — сказала старушка на прощание. — Только не загуливайся. Вам таким тут нельзя долго быть, вы от этого болеть начинаете.

Я хотел поподробнее расспросить ее о том, что мне грозит, если я здесь задержусь. Но потом решил, что объяснить это внятно старушка все равно не сможет, а мне хватит и предупреждения. Так что, поблагодарив ее за заботу и молоко, я отправился к дому мага.

Светило солнце, цвенькали птицы, убаюкивающе шумела листва, в воздухе плавала живая, открытая, сырая, неупорядоченная магия… Я чувствовал себя так, словно мне напекло голову и хорошо бы прилечь и немного отдохнуть.

Дом Велиала находился на небольшом пологом возвышении. Палисадник был засажен жасминовыми кустами и барбарисом, от незапертой калитки к крыльцу вела дорожка, выложенная крупными желтыми плитками. Я вошел в палисадник, обошел дом, обнаружив за ним небольшой огородик, который, почуяв отсутствие хозяйской руки, уже начал зарастать сорняками. Трава на тропинке, ведущей к заднему крыльцу, поднялась. Переднее крыльцо было засыпано мелким сором. Дом пустовал, и не нужно было заходить внутрь, чтобы понять то.

Вернувшись к крыльцу, я остановился, задумался. А что, собственно, я хотел здесь найти? Что я вообще здесь делал? Ну, я выяснил, куда направлялся Ланс Коэн: он ехал разыскивать пропавшего мага. Я удовлетворил свое любопытство, теперь мне следовало возвращаться назад, к Алисии и Киру. Если я попытаюсь выяснить что-то еще, получится, что я лезу не в свое дело, а это уже неприлично. К тому же, вряд ли я смогу быть чем-то полезным нашему верховному светлому, да и та старушка сказала, что мне не стоит за-держиваться здесь…

Покрутившись немного у крыльца, я пошел назад, к калитке. Какое-то время я и прав-да собирался покинуть деревню и вернуться к друзьям. Я верил, что сделаю это… Но, как только я вышел за калитку, мимо меня проплыл след Ланса Коэна. Он был прерывающимся, и все же достаточно ярким для того, чтобы я снова мог идти по нему.

Обрадовавшись, я с новыми силами двинулся по следу. Радость моя, однако, длилась недолго: след прерывался, пока снова не пропал, растворившись в окружающих красках. Я немного покружил в переулках, пытаясь заново отыскать его, ничего не добился и сообразил, что это был просто длинный обрывок следа, унесенный сильными местными магическими потоками. Я наконец смог подобрать сравнение, чтобы описать все, что я видел вокруг: я будто бы находился внутри ауры большого живого существа, которое небыстро, но ритмично двигалось, оставаясь при этом на месте… или же просто жило, существовало в этом волшебном, не прерывающимся ни на секунду ритме.

К этому времени я оказался где-то за огородами, на склоне небольшого холма, в низине под которым виднелась роща. Спускаясь с холма, я решил, что обогну деревню и выберусь на дорогу, как вдруг увидел прямо в склоне выложенную серым лишаистым камнем арку, обрамляющую вход в маленькую пещеру. Приблизившись, я обнаружил, что к пещере каким-то зверем протоптана тропа, а рядом в траве валяется несколько пестрых куриных перьев и посеревшие, давно и тщательно обглоданные кости.

Если рассуждать здраво, мне следовало бы вернуться в деревню и сообщить кому-нибудь, что я, возможно, нашел логово зверя, который таскает местный скот и птицу. Но, во-первых, звери не выкладывают входы в свои норы камнями, они разве что селятся в местах, когда-то созданных людьми, а потом заброшенных ими. Во-вторых, маленькую экскурсию в подземное царство можно будет считать компенсацией за то, что я так и не нашел Ланса Коэна и не вынудил его поделиться приключением. Так что я решил пробраться в нору.

Замковый камень выпал, причем совсем недавно; было похоже на то, что его кто-то выворотил, пытаясь то ли выбраться из пещеры, то ли, наоборот, пролезть в нее. Но остальные камни, вросшие в землю, не покинули своих мест. Пещера показалась мне совершенно темной и небольшой: когда я пробирался в нее, мне пришлось встать на четвереньки. Но, когда я углубился в нее шагов на тридцать, потолок начал подниматься, а пол из комковатого, земляного начал превращается в ровную поверхность. В какой-то момент я смог не только встать, но и выпрямиться в полный рост. Сплошной подземной темноты тоже не было, хотя я и не мог понять, откуда сюда проникает свет. Он, тусклый и рассеянный, но все же достаточный для того, чтобы уверенно идти вперед, словно стоял в воздухе, как стоит видимая в солнечных лучах комнатная пыль.

Я уже не сомневался в том, что подземелье построили люди. Ход, изначально шедший под уклоном, превратился в лестницу с длинными низкими ступенями. Было похоже на то, что кто-то просто внахлест замостил долгий пологий спуск тонкими каменными плитами. Стало темно; я подумал о том, что неплохо было бы создать магический свет или огонь, но, вспомнив о том, что нахожусь в особенном месте, решил с этим повременить. Я не мог быть уверенным в том, что простое магическое действие не обернется здесь разрушительными последствиями. К тому же, пока что мое зрение позволяло мне видеть, куда я иду. Я даже заметил еще несколько птичьих перьев и клочки пуха на ступенях лестницы.

Наконец темнота впереди побледнела. Миновав широкую каменную арку, я вышел в большой подземный зал и невольно остановился за порогом. Пол был вымощен мраморными плитами темно-зеленого и белого цвета. О не портил ни мох, кое-где заваливший трещины между разошедшимися плитами, ни комья свалившейся сверху земли. От пола вверх устремлялись светлые резные колонны, подпиравшие потолок со множеством арок и сводов. Потолок местами был проломлен, и сквозь отверстия свисали корни растений и длинные лохмотья лишайников, проникал дневной свет. Стены зала были украшены фресками, краски которых, хоть и поблекли, а местами и затянулись плесенью, все же не исчезли до конца и свидетельствовали о том, что когда-то в обустройство и украшение этого зала было вложено немало средств. Кроме того, они говорили об увлечении того, кто когда-то жил здесь, драконами: изящные изображения этих ящеров присутствовали едва ли не на всех фресках. Крылатые и бескрылые, одноглавые, двуглавые и многоглавые, дышащие пламенем, выползающие из-под земли, покрытые льдом, всех возможных цветов и оттенков, драконы были везде. Даже в резьбе на колоннах угадывались их причудливые фигуры. И все же отнюдь не убранство подземелья поразило меня.

В самом центре зала, в пятне света, под большим свежим проломом торчали вбитые между плит длинные острые деревянные колья. И на этих кольях вверх круто выгнутой грудной клеткой, словно рухнувший с неба ангел, висел Ланс Коэн.

При виде этой картины мне стало физически плохо. Я машинально отступил, не собираясь, впрочем, уходить. И тут Коэн осторожно повернул голову и посмотрел на меня. Он был вполне себе жив, несмотря на то, что горло у него и грудь были пробиты кольями. Говорить он не мог, но, взглядом указав на колья, подозвал меня. Я двинулся вперед, понимая, что передо мной поставлена конкретная задача: снять мага с кольев, на которых он каким-то образом оказался… Задача оказалась совсем непростой. Пришлось повозиться, чтобы забраться на конструкцию, не шатая ее при этом, а потом, по нескольку раз продумывая каждое свое действие, помочь Коэну. Маг — надо отдать ему должное — держался молодцом, только морщился, когда шатавшиеся колья причиняли ему боль. А когда мы наконец оказались на твердом полу, он вполне уверенно встал на ноги.

— Кхр… Хм… — Он откашлялся, потрогал ладонью горло. Рана затягивалась на глазах. — Спасибо за помощь, Рик. Кстати, здравствуй.

Верховный светлый улыбнулся и одарил меня многозначительным взглядом. Непривычно было видеть его глаза без очков. Голубые и ясные, они смотрели с лукавым холодком. Никакой опасности я не чувствовал, зато явственно ощущал, кто тут главный.

— Здравствуйте, — ответил я.

Коэн огляделся, шагнул в сторону, поднял с пола свои очки, нацепил их на переносицу и сразу стал похож на того обаятельного чудаковатого светлого владыку нашего рубежа, которого я знал. Выпрямляясь, он обратил внимание на то, что в его одежде зияет здоровенная дыра.