Смеющаяся Тьма (СИ) - Громова Полина - Страница 53

— Кир…

— Рик?..

Я вышел от него как шальной. Тысячи мыслей роились в моей голове. Это было так странно, так непостижимо — это так походило на какую-то хитроумную ловушку — я ничего не понимал.

В течение нескольких часов мы сидели на полу и разговаривали, по нам ползали щенки Найды, потом они угомонились и уснули на наших коленях, а мы все говорили и говорили. О чем мы говорили? Да о всякой ерунде, за которой стояли наши представления о силах, движущих этим миром, — о силах, к которым нам обоим так или иначе удалось прикоснуться, и о глобальных проблемах, на поверку оказывающихся сущими пустяками. Мы говорили, говорили… У нас были совершенно разные представления о мире, в котором мы жили, но мы жили в одном мире. Кир оказался религиозным человеком, он многое объяснял с этой точки зрения. Рядом с ним я был каким-то отчаянным безбожником, но отлично понимал его, я понимал, что мы просто называем по-разному одни и те же вещи. Раскрыться перед ним, доверится — это было сильнейшее искушение, которое я испытывал за всю свою жизнь, потому что оно было чревато совсем другим искушением — обрести друга.

Только выходя из подъезда, проклиная все на свете, клятвенно обещаясь больше не приходить сюда и признаваясь себе, что при первом же удобном случае нарушу эту клятву, — только тогда я понял, что у меня никогда не было настоящих друзей. Кто-то считает, что люди, называемые друзьями, на самом деле мешают тебе жить, потому что ради дружбы ты обязан считаться с их мнением и оглядываться на них, совершая тот или иной поступок, делать что-то для них, если придется — ведь тебе может понадобиться их помощь. Я никогда так не думал. Я всегда тянулся к людям… Вот только друзей у меня почему-то не было. Я привязался к Хельге, к моей неподражаемой Хельге, но это была связь иного рода. Я уважал Лая, был рад провести время с Коленом — и поучиться у них у всех, но… Колена, впрочем, я мог назвать своим другом. Но до этого дня я даже не задумывался об этом. До сегодняшнего для я не задумывался над тем, что я вкладываю в слово «друг». Не думал, что это в какой-то момент может оказаться для меня так важно.

Я долго и без дела шатался по городу. Забываясь, ускользал в Поток. Там сегодня было прохладно и тревожно, неуютно, и у меня на душе было точно также. Домой я вернулся с твердым намерением выяснить, с кем я столь опрометчиво связался.

Колена я застал развалившимся на диване вместе с кошками и книгами. На полу рядом с ним стояла вазочка с казинаками и недопитая чашка кофе. Это было так привычно, так мило, так по-домашнему, что мне сразу стало спокойнее.

— Привет! Колен, мне нужно кое-что выяснить. Ты обещал показать, как работать с базами информации.

Колен совсем по-кошачьи выгнулся, потянулся, зевнул.

— Да, конечно. Есть что-то интересное по делу Рэдсена?

— Нет… Не уверен. Я с одним очень странным пареньком познакомился.

— Насколько странным?

— Очень странным. Хочу понять, кто он такой. Или что он такое.

— Даже так? — Колен поднялся. — Заинтриговал!

Мы уселись за стол друг напротив друга, Колен достал прямоугольную миску, положил на дно пустую глиняную табличку, плеснул воды.

— Запоминай заклинание, — сказал он и принялся читать. Закончив, он сказал: — Теперь тщательно представь себе человека, который тебя интересует, назови имя — ты имя его знаешь? — и читай, что увидишь.

Я кивнул и, вглядываясь в воду, принялся представлять себе Кира. Вскоре на табличке показался текст. Я прочел его — и нахмурился.

— Колен, а ошибочную информацию так можно получить?

Колен задумался.

— Ну… Всякое бывает, конечно. Но обычно информация точная. А в чем проблема?

— Видишь ли…

— Не вижу. Текст видишь только ты.

— Колен, я сегодня познакомился с одним парнем, мы так поговорили… А здесь сказано, что он умер почти… почти год назад…

Кажется, в тот момент, когда я проговорил эти слова, у меня по спине бегало рекордное количество мурашек за всю мою жизнь. Хорошо, что у Колена не было причин так волноваться.

— Умер, говоришь? — он проворно соскочил со своего места, очутился за моей спиной. — Не порядок! Рик, может, привидение? Ты позволишь?

— Что от меня требуется?

— Расслабься, — он положил руки мне на плечи. — И представь этого парня еще раз. Я посмотрю твоими глазами.

— Хорошо…

— Нет, информационная связка прочная и точная, — сказал Колен, отпустив меня через пару минут. — Это информация именно о том парне, с которым ты сегодня говорил. И это не призрак, это уж я тебе точно говорю.

Я кивнул. В том, что Кир не был привидением, я не сомневался.

В тексте, появившимся на табличке, было указано его имя и годы жизни. Ни отметки о наличии дара, ни указания причины смерти — это означало, что смерть была естественной. От болезни, например… Я сосредоточился и попытался выяснить причину смерти более точно: вдруг повезет?.. Сложно было сказать, повезло мне или нет. Текст на табличке немного изменился. Согласно ему, парень, разговаривавший со мной сегодня, скончался от воспаления легких одиннадцать месяцев и четыре дня назад. Нет, этот проклятый «примерно год» меня уже порядком доконал!

— Рик, ты уверен, что это один и тот же человек? — спросил наконец Колен. — Может, у него есть умерший брат-близнец и он назвал тебе его имя вместо своего?

— Не знаю, Колен. Но с этим парнем точно что-то не так. Понимаешь, я смотрел на него так глубоко, как только мог — он человек. Может, на нем совершенная маскировка, вроде той, что у Хельги? То есть, я сначала так и подумал. Потом аккуратно посмотрел на него в зеркало, там аура не отражалась. Колен, можно соткать вторую ауру, которая не отражается в зеркале?

— Если и можно, то мне ничего об этом не известно. Давай пока думать, что твой новый приятель — человек. Так что с ним?

— Он обладает магическими способностями.

С минуту Колен смотрел на меня так, как будто бы размышлял: сразу меня отправить в дом для умалишенных или посоветоваться с Хельгой — вдруг я могу пригодиться для какой-нибудь несложной хозяйственной работы?.. Потом он потряс головой, разгоняя бредовые мысли.

— Рик, так не бывает. Человек либо обладает даром, либо нет. Энергия есть у каждого, каждый человек способен ее вырабатывать хотя бы на уровне эмоций — это отличительная черта человеческой расы. Но дар — это умение управлять своей энергией… и чужой тоже. Дар или есть, или нет. Людям третьего не дано, Рик.

Я только покачал головой.

— Может, я чего-то не понимаю. Но, Колен, поверь мне. Он человек — и это ему не мешает, скажем, до сегодняшнего дня сохранять память о первых днях, проведенных на этом свете.

— Мало ли среди людей гениев рождается! Не все они с даром…

— Ага, не все. Почти все. Но ладно, ладно, я согласен. А что ты скажешь насчет этого: он способен читать мысли того, кто находиться рядом с ним, и это, как я понял, у него тоже с раннего детства. Я не исключение! Он видит меня насквозь.

Колен посмотрел на меня хитро.

— Ты же сам телепатией занимаешься.

— И что?

— Это вполне может быть побочным эффектом. Ты думаешь слишком громко — так, что окружающие волей-неволей слышат тебя. Ничего страшного, это бывает. Они не знают, что это твои мысли, они думаю, что это их собственные. А этот твой… Как, говоришь, его зовут?

— Кир.

— Этот Кир может быть просто очень наблюдательным человеком. Поверь мне, чтобы уловить настроение собеседника, сверхъестественных способностей можно не иметь. Достаточно хорошо разбираться в людях.

— Да… — теории мои рушились одни за другой — похоже, у них сегодня был неудачный день. — А мне он казался… Знаешь, как человек, которому выключили свет в комнате, а потом его глаза привыкли, и он начал видеть в темноте… Кстати говоря, он читает сквозь Поток, но с этим-то как раз проще всего. У него есть специальные очки…

— Очки? — в голосе Колена послышалась настороженность. — Артефакт? Темный или светлый? Откуда?