Мое темное счастье - Шерстобитова Ольга Сергеевна - Страница 54

Обняла обоих, радуясь встрече. Мы вместе отправились грабить дворцовую кухню — Рокот заявил, что сильно голоден. Глин только закатил глаза и заметил:

— Так хорошо, когда тебе рады, сестричка.

Повара притащили гору продуктов, жадно прислушиваясь к нашему разговору.

— Можно подумать, кто-то посчитает иначе, — усмехнулась я, пододвигая дракону пирожки с мясом. Еще горячие, вкусно пахнущие.

— Орки были не рады, — спокойно заметил Рокот.

Глин захохотал.

— Слабо сказано! Да они вчера удирали до самой границы, когда ты с родителями решил размять крылышки.

— Рокот, там же маги, они могли… — всполошилась я.

— Да не было их там! Лир с Тиром вчера в пух и прах разнесли их щиты каким-то чумовым заклинанием, — заявил Рокот. — Те спрятались, как крысы в норах.

— Что-что делал Лир? — спросила я, уловив самое главное.

Рокот с двоюродным братцем переглянулись.

— Проболтались. Лир нас убьет, — вздохнул Рокот.

— Если выживет после разборок с Ари, — хмыкнул Глин.

— И что же еще поделывает мой муженек, кроме того, что укрепляет границы и пугает заклинаниями магов? — спокойно спросила я, разливая чай и не обращая внимания на суетившихся в кухне эльфов.

— Ну, всякое… — замялся Глин. — Ставит защиту всем, кто в ней нуждается. Сильную, непробиваемую. Вчера на поле боя поставил непроницаемый купол от огня вокруг одного смешанного отряда. Горящие стрелы гасли как спички на подлете, а про его туман уже слагают легенды.

— На поле боя, значит, — снова уловила я главное.

Глин с Рокотом выругались, виновато покосились на меня.

— Теперь точно убьет, — сказал Рокот. — Два месяца мы держали язык за зубами и надо же, расслабились!

— Вас только к врагу посылать с таким даром сокрытия информации, — ехидно заметила я.

Магия, которая последнее время откликалась на мои эмоции все чаще, вырвалась наружу. Поварята бросились под стол, сочтя его, видимо, самым безопасным местом. Повара нырнули в кладовку. Маги замерли с тарелками в руках.

Через пять минут, когда по кухне летел черный пепел и падал снег — я смогла снести и крышу, как выяснилось, — облегченно вздохнула и в который раз порадовалась, что моя сила не трогает никого живого.

Глин вытаращился на меня, Рокот молча доел кашу и покосился на поварят, которые не спешили выползать из-под стола.

— И давно это у тебя, Ари? — отмер Глин.

— Когда сильно нервничаю.

Рокот хмыкнул.

— С мечом Лир тоже выходит в бой? — задала вопрос я, понимая, что лгать они не станут.

— Было два раза в ущелье. С аркандинами.

Голос Рокота звучал тихо.

В памяти всплыл образ серых псов с горящими красными глазами, на которых совсем не действует магия. Порождения хаоса. Тогда в лесу они чуть не погубили нас всех и ранили Даринель.

Сила снова забилась внутри, и сдерживать ее не было ни малейшего желания. Через пятнадцать минут весь сад моего отца, кроме того, что я сотворила вечным, превратился в прожженную насквозь землю, во дворце треснули две башни, рухнули пять галерей, и в воздухе ощутимо запахло грозой.

Глин и Рокот вместе с поварятами, взирающими на мой гнев из-под чудом уцелевшего стола, даже не попытались что-то возразить. Лишь ждали, когда успокоюсь.

В этот момент на кухню с Рином на руках заглянула Даринель. Удивленно приподняла брови, обозрев побоище, передала сына Рокоту и осведомилась:

— Помочь?

Я молча кивнула.

Восстанавливать разрушенное нам было не впервой. Даринель тоже срывалась. И обычно в такие моменты дворец оказывался опутанным непонятно откуда взявшимися лианами и плющом. В чувство дриаду приводил только Аран, к которому она ходила успокаиваться.

Но приняться в этот раз за дело не успели.

— Ари, что происходит? — Лир позвал мысленно. В голосе чувствовалась тревога.

— Границы, значит, укрепляешь? — вспылила я.

А в ответ — тишина.

— Пусть даже не пытается со мной связаться, — сердито заметила я, прикидывая, сколько сил уйдет на то, чтобы убрать последствия погрома.

Я бы, может, и переместилась к Лиру, чтобы поговорить, да недавно маги попросили не делать этого. Была опасность, что Тезуэль может почувствовать сильный всплеск магии. Для себя же оставили один портал, через который как раз и пришли Рокот и Глин. И то они пользовались древним эльфийским амулетом. Перемещаться без него могли только русалы да их половинки.

Бок неожиданно полоснуло огнем. Я вскрикнула от боли, зажала раненое место рукой, обнаружив там… кровь.

— Ари! — Рокот и Глин подскочили сразу.

— Это не она, Лир ранен!

Рокот уложил меня на мгновенно освободившийся стол. Осторожно вытащил стрелу. Я почти потеряла сознание от боли и готова была выть, как раненый зверь. Даринель тем временем велела отнести к няне Рина, подошла ближе, помогая залечить рану. Через минуту после этого в помещении, которое только сумасшедший назовет кухней, из портала появился Тир.

— Живая? — спросил он, оглядывая меня, до сих пор ошарашенную и не пришедшую в себя.

— Да.

— Хорошо, — сказал брат Лира и… исчез.

И как это понимать? Леший побрал бы всех этих мужчин! Упомянула я нечисть, и тут же, откуда ни возьмись, появился мой знакомый.

— Леший, — удивилась Даринель. — А ты откуда взялся-то?

— Так меня Тир с Лиром переместили. Говорят, вам помощь по хозяйству нужна.

Леший огляделся, оценил последствия погрома. Даринель сдавленно хихикнула, заметив, как округлились глаза лешего.

— Ничего, разберемся.

И нечисть деловито закатала рукава рубахи, начала творить ворожбу.

Снова открылся портал, появился Тир.

— Ари, Лир сейчас не может прийти. Там наступает неизвестный нам вид нечисти, он держит защиту. И почему-то не может тебя дозваться. Блок поставила?

— Скорее, связь не работает от шока. Успокоится — поговорят.

Тир кивнул, принимая объяснение, и снова скрылся в портале. А я подумала — да и отправилась восстанавливать сад. Один леший не справится, а у Даринель забот и с Рином хватает.

Вечером, когда я расчесывала волосы, на колени упало письмо от Лира. Я долго смотрела на него, но открывать не стала. Обида жгла внутри, терзала.

Зачем он меня обманывал? Чтобы не волновалась? Остальные знают правду, а Лир ушел рисковать собой, не посчитав нужным довериться мне?

Положила его письмо в шкатулку, подаренную мамой, и отправилась спать. В течение следующей недели к нам никто не заглядывал, но приходили письма. От Лира скрученный лист падал каждый вечер. Я порывалась открыть, но вспоминала аркандинов, и мой пыл остывал.

К концу декабря нас навестил Эран. Он пришел с самыми последними новостями. Граница между Ларейей и Снежным королевством стала почти безопасна, Тезуэль в боях успел потерять большую часть своей армии и теперь рассредоточил силы, изредка нанося точечные удары.

— А что с Советом магов? — поинтересовалась я.

— Ловим их поодиночке, но это непросто. Они опытны, коварны, опасны. Без них Тезуэль будет не так силен.

— А Ларейя?

— В ближайший месяц будем укреплять границы и накладывать защиту на Аридейл и его жителей. Если и разразится битва за королевство Лирантанеля, то именно там. Главное, первостепенная задача — ослабить Тезуэля и отрезать ему пути, выполнена.

Даринель с облегчением вздохнула. Она, как и я, поняла, что маги возьмут передышку и вернутся домой.

— В Снежное королевство перемещаться не станем, слишком далеко от него до Аридейла. Будем держаться ближе к столице Ларейи. Ходят слухи, Тезуэль будет там примерно через месяц. Сил, чтобы открыть портал, у него нет.

— А морская ведьма? Разве она не может…

— Твой дядя, дочка, давно позаботился о том, чтобы она не могла перемещаться, поэтому и войска они не перебросят. Пробираться будут тайком, осторожничать. Тезуэль постарается сберечь оставшихся воинов, на помощь ему больше никто не придет.

— Разве не легче разбить Тезуэля на границе окончательно, не давая возможности окрепнуть? — поинтересовалась я.